Экзамен для эмпата

Глава 61. Прощание

Полис

Ми-ат лежала на полу, поджав к себе колени – так эта липкая связывающая её магия почти не чувствовалась. Главное не шевелиться и не делать резких движений. Металл ошейника, который надел на неё Нэ-он, давил на цепочку кулона Ти-йена и натирал кожу, пришлось долго возиться, прежде чем крошечная застёжка ей поддалась. Кулон приятно лёг в ладонь, и она много часов рассматривала оскаленную волчью морду, гладила ровную прохладную поверхность камня. Он как будто отвечал мерцанием прожилок. Это помогало не думать. Мысли были её врагами – в них можно было утонуть, как в болоте.

Ми-ат так и заснула с кулоном в ладони. От одного не получалось отвлечься – чувства утекающей из её тела магии. Силы уходили по капле, тоненькой струйкой, словно вода в песок из разбитого кувшина. Всё тоньше и тоньше становился золотой клубок внизу живота.

Дверь отворилась, и Ми-ат распахнула глаза, как будто и не спала. Первое, что ощутила – почти ничего не осталось. Бедная маленькая искорка жизни так и не разгорится внутри.

Нэ-он занёс еду и воду. Оставил на полу поднос и забрал другой, почти нетронутый.

– Здравствуй, – Нэ-он, пристально рассматривал её. Он, конечно, почувствовал всё, что творилось у неё на душе, но во взгляде не было и проблеска сочувствия.

– Пр-рочь, – как можно твёрже ответила Ми-ат, до скрежета сжимая зубы. Лишь бы остаться одной, когда маленькая жизнь потухнет. Она пройдёт через это сама, не будет делиться ни каплей горя. Уж эту малость он сможет ей оставить?

– Сегодня я буду занят, – бесстрастно произнёс Нэ-он. – Увидимся вечером.

Ми-ат от души мысленно пожелала, чтобы все его планы пошли гнилью, потому что этот человек по своей природе не мог делать ничего хорошего.

Нэ-он вздёрнул бровь вместо ответа и согласно кивнул.

– Хорошо, плохо, добро, зло – всё это так относительно, – пожал он плечами. – Благо для одного – зло для другого.

– Твоя смерть была бы большим добром, – процедила Ми-ат ему в спину. – Я надеюсь, ты скоро сгниёшь.

Дверь закрылась, Нэ-он не удостоил её ответа. Ми-ат думала о том, как же люди любят играть в слова! Как удобно прикрывать всё самое гадкое в себе красивыми фразами.

И лесной народ не идеален, но они хоть болтают меньше.

Последняя ниточка клубка потухла. Ми-ат до боли закусила губу, сжимая в ладони кулон Ти-йена. Она так и не поговорила с ним. Уже и не придётся…

Вдруг её оглохшие чувства встрепенулись – даже до них пробилось ощущение сильного источника где-то совсем близко. Он тянулся к ней, хотел помочь. Как будто знал, что иначе – беда.

Сперва она услышала звук, похожий на щелчок. Глаза, привыкшие к полумраку, ослепли от белого света, и когда Ми-ат проморгалась, то увидела, что он вытекает из тонкой ниточки трещины, рассёкшей камень в кулоне напополам.

Свет был магией, и она наполняла её. Прошла тяжесть в теле и головокружение, потухший клубок вновь сиял, и Ми-ат чувствовала то особенное тепло, которое сообщало ей, что и маленькая искра вновь горит ярко.

– Магия сердца, – прошептала Ми-ат.

Люди тоже знали её! Та сила, которая пряталась в кулоне, пришла к ней на помощь, когда была особенно нужна. Она пульсировала в её крови с тем же ритмом, что и дыхание Ти-йена. Они были связаны, хотя Ми-ат и не понимала, как это возможно.

Металл ошейника ощутимо нагрелся и обжигал кожу. Видимо, как камень, впитывая тепло солнца в ясный день, становится горячим, так и амулет, предназначенный забирать силу, взял слишком много.

Что-то треснуло на нём, и первой потухла сковывающая её паутина.

Ещё один такой же звук заставил ошейник задрожать. Ми-ат держалась за него пальцами и пыталась сдёрнуть, но безуспешно. На её руки посыпались блестящие крупинки – это крошились камни в ошейнике.

Металл начал остывать, а Ми-ат поняла, что больше ничего не отбирает у неё магию.

Было больно шевелиться, и какое-то время она сидела неподвижно, прижав к глазам саднящие от ожога руки.

Плакать она будет потом, если выберется. Теперь как будто это возможно. Она внимательно осмотрела, что у неё было: поднос, кувшин.

Кувшин подойдёт, он тяжёлый. Главное — не упустить момент, когда Нэ-он снова отворит дверь. Ми-ат села у самого входа – ждать.

***

После совещания в кабинете Феб и Лас отправились в Рощу с предложением к матре начать переговоры с оборотнями прямо сегодня. Нор опасался, что Фидия после их первой встречи откажется иметь с ним дело, однако дриад долго уговаривать не пришлось.

Немаловажную роль сыграло предложение Ласа:

– Прямо напротив главного корпуса посадили дерево ре-руш. Оно пока маленькое, но, как я понимаю, это неважно.

– При чём тут дерево? – не понял Нор.

– Это то, которое, мы думаем, дриады называют ликх, – терпеливо пояснил Лас, но Нору от этого понятнее не стало.

Зато суть его мысли ухватил Феб:

– Есть один очень старый документ, соглашение между людьми и Вечной рощей, согласно которому земля вокруг деревьев ликх принадлежит дриадам. Так они обозначают границы рощи, но там не указано, что речь идёт именно о ней.