Экзамен на прочность

Глава 14.

– Айвери! Где ты, Айвери?

Анайдея двигалась сквозь густые заросли мертвого затихшего леса. Сухие ветки хватали и рвали одежду, колючие растения раздирали кожу, но девушка старалась не обращать на это внимание – она упорно двигалась вперед, надеясь догнать подругу раньше монстров, присутствие которых она ощущала уже почти физически.

«Все что он говорил это не правда, этого не может быть! Они мои друзья, они поймут, примут меня. Нужно только… нужно только рассказать, объяснить все. Они не отвернуться от меня… нет же? А что если?.. Нет! Не возможно, я не стану верить в это.»

– Айвери, отзовись! Давай поговорим?

«И Альбигор, он не придаст, уверена, он любит меня! Ведь иначе, почему он был так добр, так нежен со мной? Я… я должна увидеться с ним, поговорить и тогда….»

Дикий вой за спиной раздался совсем близко.

Анайдея обернулась в ту сторону и ужаснулась – между деревьев и тумана виднелась ужасная фигура здоровенной глумии, что раздирала еще живого вульфа. Несчастный зверь брыкался и старался вырваться из смертельной хватки, но безжалостные челюсти глумии рвали его на куски, забрызгивая ближайшие деревья горячей кровью.

Не желая привлечь к себе внимания, Анайдея стала пятиться назад, пока не уперлась спиной в старое искореженное дерево, моля про себя, чтобы тварь была слишком увлечена добычей. Но молитвы Создателя самому себе не могут сотворить чуда – под ногами хрустнула ветка, глумия моментально подняла голову и стала принюхиваться.

Монстр, не имевший глаз, водил в стороны огромной уродливой башкой и с шумом вдыхал воздух через три пары ноздрей. В какой–то момент он хрюкнул, уловив что–то, и резко повернул морду в сторону Анайдеи. Девушка задержала дыхание, прокручивая в голове варианты спасения.

Глумия была огромна, даже издалека было понятно, что она вдвое крупнее лошади, все ее тело, похожее на что–то среднее между свиньей и собакой, было покрыто мощными панцирными пластинами, на двух парах передних лап красовались острые когти, а сзади колыхались покрытые шипами два хвоста. Анайдея думала, что может в этой ситуации. Она не могла улететь, крылья до сих пор не срослись и причиняли лишние неудобства и боль.

Ее мечи вряд ли способны прорубить броню этого чудовища, тогда что? Броситься в атаку, надеясь попасть в глаз и пробить мозг? Но у этой твари и глаз–то нет, а ждать и целиться в открытую пасть – самоубийство. Монстр только что поел и набрался сил, а у нее самой сильное истощение организма и магического резерва. К тому же нет никакой гарантии, что тварь броситься на нее в одиночку, а не позовет на помощь других. Взвесив все «за» и «против», Анайдея решила ждать, пока монстр потеряет к ней интерес и вернется к поглощению трупа вульфа, тогда она сможет отойти на достаточное расстояние и скрыться.

Она стояла, вжимаясь спиной в дерево, и ей казалось, что глумия «смотрит» прямо на нее и вот–вот нападет, но не позволяла себе вдохнуть. Лес замер в ожидании развязки, даже звуки отошли на задний план. Сейчас существовали только застывшая девушка и безглазый плотоядный монстр. Время будто остановилось – глумия не двигалась, не возвращалась к туше зверя, не нападала, а Анайдее все больше требовалось вдохнуть. Сердце начинало стучать в висках, перед глазами поплыли темные круги, в ногах появился тремор – первые признаки удушения.

«Я больше не выдержу!»

И когда Анайдея была готова сделать вдох, глумия в очередной раз что–то тявкнула и отвернулась, вгрызаясь в тушу вульфа. Девушка еще секунду подождала, а затем облегченно выдохнула, стараясь сделать это как можно тише и плавнее. Но лес словно ополчился на нее – стоило ей восстановить сбившееся дыхание, как с дерева, у которого она стояла, с грохотом на всю округу упала шишка прямо под ноги Анайдее. Та, проводив источник шума взглядом, подняла глаза на монстра и поняла – бежать!

Никогда еще так быстро Анайдея в своей жизни не бегала, но ей никак не удавалось оторваться от преследующего чудовища.

«Вот уж правду говорят – страх силу отнимает! Что делать?!»

Глумия с легкостью сокращала разделяющее их расстояние, каждый раз набрасываясь то с одной стороны, то с другой, будто играла с мышкой. Анайдее приходилось уворачиваться и отражать атаки, силы покидали ее: истощенная сущность суккуба более не поддерживала тело, и девушка почти утратила способность к регенерации и кровной магии. Теперь по всему ее телу расплывались кровавые подтеки от порезов и ссадин, что оставались после ударов шипованных хвостов чудовища. Айвери не было видно, ниточка, связывающая с ривером, истончилась до такой степени, что казалась паутинкой в тумане.

«Риссон, Айвери, где же вы?»

Анайдея отвлеклась всего на минуту, когда запнулась об корень, торчащий из–под земли, и услышала трескучий звук вперемешку с воем. Обернувшись, она поняла, что неизвестный звук принадлежит преследующей ее глумии. С левой стороны раздался похожий, но более тихий – это отвечал второй монстр. И теперь девушка поняла, почему глумия не нападала напрямую – ее заманили в ловушку.

«Проклятье!»

Монстр услышал ответ второй особи и бросился вперед, подгоняя жертву в нужную сторону. Но быть кроликом Анайдея не собиралась, зря, что ли Альбигор столько лет потратил на выправку ее навыков. Времени не оставалось, ей еще раньше нужно было решиться на бой, пока монстр не позвал других, но она упустила этот шанс, понадеявшись на бегство.

– «От судьбы не сбежишь», – сквозь мысли всплыл голос прошлой жизни.

– «Отвали, не до тебя сейчас!»