Эламианская маска

Глава 10

Теперь я была почти уверена, что какая-то сила свыше намеренно водит меня по кругу, возвращая в компанию Люта и Найла, словно тыкая мордой и на что-то намекая. Уже прям толсто так намекая. И я даже спокойно принимала такое объяснение наших неожиданных встреч.

После своей смерти, или что там со мной произошло, я стала кошкой. Это куда более невообразимый факт, чем какая-то невидимая сила, намеренно возвращавшая меня к моим новым знакомым.

Более того, всё, что произошло со мной с момента появления в этом мире, начинало обретать какую-то чёткую структуру. Я пока не могла увидеть её в полной мере, но на интуитивном уровне уже явно ощущала. Таких совпадений просто не бывает, это система. Осталось только понять, кто я в этой системе и что за план на меня у Вселенной.

Я не спеша бежала вдоль улицы, огибая прохожих и внимательно следя за тем, чтобы никому не попасться под горячую ногу. Почему-то была яркая уверенность, что местное население кошек не боготворит, как в Египте, и мне вполне может прилететь пинок возмездия, если я кого-то подрежу. Проверять желание не возникало.

Куда и зачем я бежала? Да чёрт его знает, кошачье любопытство само вело меня по улицам, увлекая всё глубже в центр столицы. По дороге неслись экипажи и одиночные всадники, горожане спешили по своим делам, и я буквально слышала в этом ритме города его молодое здоровое дыхание. Оно откликалось где-то в груди, заставляя шерсть на загривке топорщиться в приятном предвкушении чего-то нового и необычного.

Должно быть, я сильно замечталась, поэтому не сразу среагировала, когда из узкого ответвления улочки на меня выскочила огромная лохматая собака. Слух среагировал оперативнее мозга: уши, как локаторы, повернулись на звук рычания, следом, как в замедленной съёмке, повернулась голова, и прямо перед глазами возникла необъятная морда с кучей жёлтых, влажных от слюны зубов.

Инстинкт сработал раньше, чем я вообще поняла, что делаю. Тело изогнулось дугой, шерсть распушилась, делая меня почти вдвое больше. Шипение вышло истерично-напуганным. Если бы у меня был речевой аппарат, то мой визг услышали бы даже во дворцовых сортирах.

Лохматый пёс, ожидавший, что я рвану с места и доставлю ему удовольствие побегать за добычей, замер, всё ещё скаля пасть. Мы так и стояли друг напротив друга — он, прижав уши и опустив морду, больше похожую на кабину бульдозера, и я, изогнувшись коромыслом, на самых кончиках лап.

«Хороший песик, кисок кушать нельзя», — как можно спокойнее проурчала я, особо ни на что не надеясь, но и не видя другого выхода из сложившейся ситуации.

К моему удивлению, это сработало. Пёс перестал скалиться и с недоумением уставился на меня, настороженно принюхиваясь. Воодушевлённая этой реакцией, я сама не верила, что делаю это, продолжила тихо мурлыкать.

«Тише, дружок, сидеть», — произнесла я тихо.

Собака продолжала принюхиваться. В умных тёмных глазах плескалось недоумение, но всё же помедлив, пёс уселся.

«Ну дела…» — удивлённо протянула я и немного расслабилась. — «Ты что, правда меня слышишь?»

Собака повела ухом и склонила голову набок.

«Хороший, умный пес», — я медленно подошла к собаке, которая больше не проявляла агрессии, и осторожно потерлась боком, тихо мурча. Зверь обнюхал мою макушку, влажным носом ткнулся в загривок и, поднявшись, побрёл прочь, совершенно утратив ко мне всякий интерес.

А я так и стояла, глядя вслед этому лохматому барбосу. Впервые с момента моего попадания в этот мир меня хоть кто-то понял и услышал. Неожиданно это было приятно и… грустно. Единственным живым существом, способным хоть как-то меня воспринимать, оказалась обычная бездомная собака. Это было немного обидно.

Захотелось догнать пса, сказать ему что-то хорошее, может даже пожаловаться на свою долю, но я прекрасно понимала, что это не заменит мне полноценного человеческого общения, по которому я втайне тосковала.

«Так, Мира, отставить тоску!» — преувеличенно бодро приказала я себе, ощущая успокоение. Зато у меня теперь появилось имя. И пусть никто его не знает, и представиться я не могу, но саму себя величать по имени мне никто не может запретить.

Я ещё раз бросила взгляд на удаляющийся собачий хвост и, развернувшись, побежала в противоположную сторону. Моё изучение мира только начиналось. У нас с судьбой явно есть планы друг на друга.