Эламианская маска

Глава 11

До наступления ночи я бесцельно слонялась по городу, изучая улочки, дома и местные достопримечательности. Потеряться не боялась. У самурая нет цели, у самурая только путь.

В голове медленно вырисовывалась карта столицы. Условная, конечно, ведь для меня человеческие дороги не были необходимым атрибутом. Где-то я перелезала через заборы, где-то путешествовала по крышам, а где-то и вовсе просачивалась через такие дыры, что и подумать страшно.

Ближе к вечеру добралась до дворцовых стен. То, что за стеной как минимум дворец, можно было понять по количеству солдат, выставленных вдоль неё на равных промежутках. Высокие, статные, все как на подбор — оловянные солдатики в красивых серебряных шлемах с небольшими загнутыми назад рогами. Помимо них мне встретилась ещё дюжина отрядов, но уже в бронзовых шлемах, патрулирующих прилегающие широкие улочки. Да, охрана серьёзная, мышь не проскочит.

Сначала, поддавшись любопытству, я хотела обойти стену по периметру, чтобы понять масштабы, но отказалась от затеи уже через час, когда поняла, что конца и края ей не видно.

Пришлось вернуться на главный проспект, кое-как забраться на парапет крыши трёхэтажного здания и уже оттуда рассматривать то, что лежит за дворцовыми стенами.

Там тоже тянулись широкие улицы вдоль богатых домов, утопающих в зелени. Словно город в городе. И лишь далеко впереди, на холме, я увидела центральное строение с широкой длинной лестницей, ведущей ко входу. Масштаб впечатлял.

Солнце уже покатилось за горизонт, когда я возвращалась к окраинам города, своими тропками. Чем дальше от центра — тем проще и беднее становились дома. Вполне закономерная картина, в моём мире было всё ровно так же.

По сравнению с первым днём я уже вполне комфортно ощущала себя на городских улицах. Я перестала шугаться громыхающих колёс, старалась не лезть людям и лошадям под ноги и вообще предпочитала лишний раз не беспокоить местных.

Поэтому, когда я спрыгнула в тёмный проулок и услышала приглушённую ругань, то даже ухом не повела. Человеческие силуэты впереди вытягивались в слабом лунном свете и приобретали пугающие формы, ложась на кирпичную кладку стены.

Подслушивать и тем более как-то участвовать в чужих разборках не хотелось, и я уже собралась покинуть тупиковый закуток, когда знакомый женский голос добрался до моего слуха.

— Ты должен был выполнить свою часть договорённостей, ублюдок! — прошипела девушка, и если бы я не затаилась поблизости, то даже не услышала бы, насколько тихо и зловеще звучал её голос. — Из-за тебя теперь нужно менять план, а Джер ненавидит этого!

— Пусти меня, сумасшедшая девка! — огрызнулся мужик, прижатый к стене. Он попытался отпихнуть от себя девушку. — Я вам ничего не должен! Договор был на несколько повозок и пока вы платили, я закрывал глаза. Но вы, черти, устроили взрыв! Если меня поймают, башку отрубят и на пику насадят.

— Не беси меня, Арман, стой и не дергайся!

Я вспомнила её. Майя — единственная девушка, что сопровождала повозки. Она из повстанцев? Вороны?

Вот везёт мне, что тут сказать. Я тихо вздохнула. По-хорошему уйти и забыть, как страшный сон, ведь меня эти разборки совершенно не касались. С другой стороны, я никуда не спешу, интересно послушать, что у них тут в столице происходит. Явно же что-то назревает. А если эти фанатики собрались ещё что-то подорвать?

— Отвали! Наши дела закончились сразу же, как вы убили людей и всю столицу поставили на уши, — зло выдохнул Арман прямо в лицо своей противнице. — Я не хочу иметь с вами никаких дел, чертовы повстанцы. Да если бы я знал…

В темноте сверкнула сталь. Молниеносно и жестко, лезвие ножа мелькнуло в луче тусклого света. Арман захрипел, захлебываясь собственным криком. Я напряглась, вытягивая шею и стараясь увидеть, что там происходит. Майя отступила на шаг от стражника, и тот безвольно осел на землю.

— Тогда наши дела закончены, свинья, — холодно бросила Майя и быстро вытерла нож о подол плаща.

Она что, зарезала его?!

Да нет, быть не может. Разве можно так спокойно и хладнокровно резать людей?

Пока я стояла, застыв в каком-то оцепенении, Майя медленно развернулась и, накинув капюшон, пошла прочь, исчезая в ночи.

Я заставила себя отмереть и на негнущихся лапах пошла к застывшему на боку человеку. Мозг отказывался верить, но нос ясно ощущал солоновато-металлический запах крови. Тёмная, почти чёрная кровь всё ещё медленными толчками бежала из ровного разреза на шее, натекая в приличную лужу. Арман тихо захрипел, как-то жалобно кашлянул. Кровь сильнее брызнула из раны.

Во все глаза я смотрела на гаснущую в глазах стражника жизнь и не могла двинуться с места. Волна ужаса пробежала по телу, будто я смотрю в глаза самой смерти. Шерсть неконтролируемо встала дыбом.

Тихий всхлип, почти зевок, и Арман замер. Грудная клетка перестала судорожно вздыматься, застыв навсегда.