Эльдер. Золотая клетка

Глава 9. «Серый кардинал особняка»

Утром я особенно долго настраивалась на рабочий день. Уговаривала себя, что «болеющие» горничные, хмурый повар и страдающий провалами памяти садовник — это всё же лучше, чем выпивший милорд с его покровительскими замашками и режущим взглядом в упор. Саботаж персонала я проходила ещё в своём мире при слиянии компаний, так что примерно знала, чего ожидать. С людьми работать проще, чем с одержимыми аристократами.

И это сработало.

Спустившись к завтраку, я, можно сказать, цвела и пахла. Даже вечно недовольный Лоренс не смог испортить мне настроение. Я вежливо с ним поздоровалась и, подхватив поднос с завтраком на двоих, поспешила к себе. Вдохнула пряный аромат сладких булочек и поняла, как чертовски скучала по нашим с Юноной уединённым трапезам.

Сестра ещё сонно тёрла глаза, но запах выпечки выманил её из постели быстрее любого будильника. Пока она приводила себя в порядок, я наблюдала из окна за неспешной работой господина Теодора, нашего садовника. Этот любитель оранжевого цвета (который он умудрялся впихнуть в любой элемент одежды) медленно развозил на тележке бочку с водой.

Ко мне присоединилась Юна, и мы замерли, ожидая нашего ежедневного «утреннего шоу».

Вот господин Теодор присел на корточки за бочкой, чтобы его не было видно из окон гостиной. Затем воровато достал из-за пазухи фляжку. Потом сделал внушительный глоток, по-земному занюхал рукавом и счастливо зажмурился. Мы весело захихикали. На такой мажорной ноте и начался мой первый день в качестве «и.о. хозяйки».

Девочки-горничные пока не осознали всей полноты свободы, поэтому поутру обнаружились в полном составе. Но их загадочные переглядки не сулили ничего хорошего. Я знала: завтра начнётся «великий ленивый бунт».

Но вечер принёс сюрприз посерьёзнее. В дверь моей комнаты постучали — настойчиво и ритмично. На пороге стоял Гелберт.

— Господин Гелберт? Что-то случилось? — я невольно сжала края своего домашнего платья.

— Госпожа Юлианна, не могли бы вы спуститься в кабинет милорда?

— Неужели он вернулся?! — сердце ухнуло куда-то в район тапочек.

— Нет, — лицо дворецкого было высечено из гранита. — Но нам нужно поговорить.

Дворецкий ждал меня у дверей кабинета. Мы вошли, и я привычно опустилась в кресло для посетителей. Гелберт же не встал за моей спиной, как обычно. Он прислонился к краю массивного стола виконта, скрестив руки на груди.

В этот момент я поняла: передо мной другой человек. Пропала профессиональная выправка слуги, исчез подобострастный наклон головы. Передо мной стоял мужчина, который привык отдавать приказы, а не принимать их.

— Госпожа Юлианна, простите за позднюю встречу, но нам стоило поговорить. Давно.

Сердце неприятно кольнуло. Гроза, которую я ждала от виконта, кажется, просто сменила адрес.

— Хорошо, что вы понимаете серьёзность момента, — Гелберт внимательно наблюдал за мной. — Надеюсь, после этого разговора мы разойдемся полюбовно.

— Это... намёк на моё увольнение? — я постаралась, чтобы голос звучал твердо, в стиле Зотовой.

— Если бы я хотел вас уволить, госпожа Юлианна, вы бы уже обсуждали приданое, а не условия. Я наблюдал за вами, и то, что я увидел, мне понравилось. Вы эффективны. Умны. И, что редкость для вашего пола, умеете держать дистанцию. Поэтому я счёл необходимым сначала поговорить, прежде чем приступать к.. действиям.

К каким действиям? И при чём тут приданное?!

— Действиям? — я сцепила пальцы на подлокотниках. — Вы меня пугаете, господин Гелберт. И, кажется, делаете это специально.

— Возможно, самую малость, — он едва заметно усмехнулся. Маска «дворецкого» окончательно сползла, обнажив хищную и очень опасную натуру. — Простите, привычка.

В голове вспыхнула догадка. Прошлая экономка, её внезапный отъезд...

— Господин Гелберт, а прошлая экономка... она ведь вышла замуж? И похоже не случайно? И с вашей лёгкой руки?

Неправильный дворецкий весело, почти по-мальчишески рассмеялся.

— Угадали. Я рад, Юлианна, что не принял скоропалительных решений на ваш счет. Вы действительно проницательны.

— Причина её... замужества? — я не разделяла его веселья.

— Непомерные амбиции. Она возомнила, что сможет стать леди Яродан.

— И её желание сбылось на половину? — пробормотала я. — Она вышла замуж, но не за милорда.

— Именно. — Гелберт вмиг посерьёзнел. — Милорд Яродан — не тот человек, на которого можно охотиться с помощью дешёвых женских уловок.

— А что натворила я? — я приготовилась к худшему. — Я не мечу в жёны виконта, уверяю вас.

Гелберт печально вздохнул, и этот вздох был самым искренним за весь вечер.

— В том-то и дело, что вы — ничего. В этот раз инициатива исходит от него. Вы... слишком интересны ему, Юлианна.

— Это ерунда! Его интересует моя амнезия, моё прошлое...

— Я знаю Власа не первый год, — перебил он меня. — Я умею отличать любопытство от заинтересованности. То, как он смотрит на вас за завтраком... то, как он гнёт вилки, когда слышит имя «Керк» ... Это опасно. Для вас в первую очередь.

В кабинете стало холодно. Гелберт подошёл ближе.

— Вы очень разумно поступили, включив в Договор пункт о неприкосновенности. Это дало мне время.

— И что теперь? — я выпрямила спину. — Вы выставите меня на улицу прямо сейчас?

— Нет. Я не вижу смысла провоцировать милорда на безумства. К тому же, вы действительно отличная экономка, а я не люблю менять работающие механизмы. Мой план таков: вы спокойно дорабатываете свой срок. Милорд не вернётся в Кемар до конца осени, а если я постараюсь — то и до весны. Я найду ему дела в столице.

— А весной?

— А весной вы просто не продлите договор. Получите полное жалованье, премиальные и тихо исчезнете из этого дома. Я помогу вам и вашей сестре перебраться в другой город.

Я пыталась осознать масштаб этой «сделки с дьяволом». Почти семь месяцев жизни без обжигающе холодного взгляда хозяина, без его удушающей опеки и двусмысленных намёков. Это было даже лучше, чем просто увольнение. Это была оплачиваемая свобода под прикрытием самого влиятельного человека в доме.