Электра Милвертон: Черная Плеть

Глава 16: Кто против кого

— До пояса, Магистр. И сразу же на стол ложитесь.

Брабус стал раздеваться:

— Уверен, что получится?!

— Получится… Если не будем медлить.

— Проделывал такое?! Да?!

Канн посмотрел на стул.

А ТАМ.

Противоядие и ножницы садовые, бутыль, кисточка, полотенце.

ВРОДЕ БЫ ВСЕ.

— Нет, не проделывал…

— Проклятье… Учти, Герхард! Не дай мне умереть!

Вздохнув, Ковен улегся на столе и вытянулся:

— Понял меня?!

— Прошу, Магистр… — Тот аккуратно разложил одежду на стуле рядом. — Вы мне и сами должны, не дам я вам такой возможности… Если, конечно, не задето ничего важного…

— Хоть это радует… Ну и?! Когда уже начнется?!

— Вот-вот, Магистр… Лежите и не кричите, я рядом…

— Я не могу лежать молча! Это невыносимо ожидать!

И ТУТ.

Плащ и рубашка на нем покрылись кровью и продырявились.

Брабус задергался как в судорогах и застонал громко:

— А-а-а!!!

В груди его и в левом боку вдруг появились раны с тремя болтами, а лысину и все лицо обезобразил ожог.

— Герхард!!!

— Руки! Да уберите руки, Магистр!

— Ах, как же больно!!! Сука!!! Быстрее!!!

— Сейчас… Сейчас…

Канн быстро и бесцеремонно перекусил ближайший болт в боку, после чего ударил ножницами по обломку, заставив наконечник проткнуть спину и выпасть на стол.

— А-А-А!!! — заорал Брабус и потерял сознание.

— Вот и отлично, — отозвался Герхард. — Хоть помолчишь…

Из раны заструилась кровь.

Перевернув тело на правый бок, он вылил в нее противоядие по обе стороны и по чуть-чуть и принялся замазывать отверстия тягучей и прозрачной жидкостью, периодически макая кисточку в бутыль.

Рана закрылась прямо на глазах и стала шрамом.

Канн повторил все то же еще дважды, внимательно поглядывая за Ковеном — не умер ли тот часом.

Закончив с телом, он успокоился.

НЕ УМЕР! ЗНАЧИТ, ВЫЖИВЕТ!

И перешел на голову.

На этот раз шрамов осталось столько, что Брабус сам бы не узнал себя. Жидкость в бутыли хоть и лечила, но полностью восстановить сгоревшую кожу ей оказалось не под силу.

Отложив кисточку, Герхард заткнул бутыль пробкой, поставил ее на стул, обтер Ковена полотенцем и сел рядом.

— Фу-ух… — Он сложил руки на коленях. — Магистр… Магистр, вы слышите меня?

— Что… — Тот приоткрыл глаза. — Я жив…

— Живы… К нашему общему счастью…

— А что с моими ранами?

— Взгляните…

Ковен приподнял голову и осмотрел себя:

— Ах! Будь я проклят, Герхард! Ты сделал это!

Он рывком сел и тут же застонал:

— А-а-а…

— Паучий яд нейтрализован, но лучше вам не дергаться…

— Вижу… Ах, чтоб тебя… Ты постарался, хоть и оставил шрамы… Ладно, неважно! Их не увидят!

— Вам стоит осмотреть лицо, Магистр. Я сделал все, что мог…

— Лицо?! О чем ты… — Брабус схватился за нос… Ощупал щеки… Лоб… Подбородок… — Герхард!!! Ты что, обезобразил меня?!! Где зеркало?!!

Тот встал:

— В углу, Магистр. Я покажу…

— Убери руки!!!

Ковен толкнул его, побежал в угол, схватил со стола зеркальце и пристально всмотрелся:

— Нет… Нет!!! Нет-нет-нет… Ты уничтожил меня, собака!!!

— Я спас вам жизнь!

— Ты издеваешься?!! Я стал уродом!!! Стадо НЕ ИЗБЕРЕТ меня!!! Что ты наделал!!! Тварь поганая!!!

Он бросил зеркало о стену, разбив его.

— Ваши эмоции понятны, Магистр…

— Что делать…

— Если позволите, я выскажу кое-что важное…

— Что делать, — растерянно повторил Ковен. — Ну вот же, сука…

— Вам лучше выслушать меня, Магистр!

Тот оглянулся с ненавистью:

— Я слушаю! И пусть ВСЕ твое красноречие поможет тебе в эту минуту! Иначе…

Канн взял со стула новую рубашку и новый голубой плащ.

— Во-первых… Вы живы и здоровы… И полны сил, Магистр… — Он подошел и уважительно протянул Ковену одежду. — Одно лишь это стоит многое, ведь те, кто выпустил болты, считают вас мертвецом…

Схватив рубашку, тот начал одеваться:

— С ними я разберусь и сам! Что во-вторых?!

— Ожоги, Магистр. Источник им отнюдь не Зверго и его люди. Они не знают магии, а значит, был кто-то еще. Какой-то маг Огня…

— Я не увидел, кто! Это случилось слишком быстро, Герхард! Но будь уверен, ничтожество получит по заслугам! УБЬЮ мерзкую тварь!

— Не сомневаюсь, Магистр. О заседании не беспокойтесь, пусть я не смог восстановить ваше лицо, вы все равно вернете вид…

— Опять пить Эликсир?!

— Вы правы…

— А что потом?! Лицо-то обезобразится!

— Увы…

— Проклятье, Герхард! Все из-за тебя!

— И наконец, в-третьих, Магистр…

— Чего еще?!

— Вам нужно обратиться к Темному Братству. У них есть лекари, способные устранять шрамы…

— Какие лекари, тупица! Мы десять лет с ними в разрыве! Все из-за этой твари, Нарины! Как я, по-твоему, вылечусь?!

— Вам нужен тот, кто лично знает Неферина…

— Владыку?!

— Да, Магистр…

— И кто же это?!

— Я…

— Ты?!

— Да, Магистр. Когда я покупал у него Бран для этой вот руки, — Канн поднял протез. — Он пригласил меня к себе в любое время. Пора воспользоваться этим приглашением.

Брабус набросил капюшон:

— Ладно… Ты убедил меня… Обсудим твою награду, когда я стану главой Ордена. Коллегия завтра, сейчас у меня есть время для мести…

— Согласен с вами, Магистр…

Тот ткнул в коллекционера пальцем:

— Ошибки нужно исправлять последовательно, Герхард! Первый в списке, конечно, Зверго! Я обещаю: он скажет мне, КТО из магов Огня — трусливая, жалкая тварь!

***

В Бромвиге к магии относились уважительно и даже трепетно. У входа в город стояли две красивейшие статуи в обычный рост.

МУЖЧИНА С ЖЕНЩИНОЙ.

Плащи, позы, лица — все явно указывало на магов. Они будто бы собрались применить заклинание против кого-то.

— Кто это, Ева?