Элементаль. Гроза среди зимы

Пролог

— …Таллийские императоры – ниспосланные Беймарком защитники рода человеческого…

Колёса стучали по мощённой дороге в унисон с цокотом конских копыт. Утренняя дымка застелила город, над вершинами которого розовело небо. Прохладный ветерок овевал карету свежестью, одаривал безмятежностью.

— …они единственные способны слышать божью волю. Ты способен слышать божью волю.

Кайл смахнул надоедливые кудряшки, потревоженные ветром. Веки ощущались тяжёлыми, будто в них поместили наковальни, и невольно опускались, пока не распахивались на очередном потряхивании кареты, чьи колёса попадали в разбросанные на дороге ямки.

— Тысячи лет прошло с последней Священной войны. Народ терпеливо ожидает, когда родится Слышащий, что будет избран Божьим Полководцем.

Карета покачнулась, въезжая на Малую Торговку. Лавочники спешили на рыночную площадь готовить прилавки и проверять товары, задорно приветствуя друг друга и справляясь о делах насущных.

Откуда-то донёсся приятный, сладковатый аромат сдобы, и в желудке невольно заурчало. Кайл слегка высунулся из окошка, и заметил открывшуюся столовую, возле которой уже толпились бедняки, желающие подкрепиться перед многочисленными поединками за редкую работёнку.

— Моё время пришло в первогоднюю грозу. Тогда молнии били наотмашь по башням и лесам, а ливень угрожал затопить северную часть города. Но как только ты вскрикнул в унисон с громом, тучи рассеялись, а в окно заглянуло солнце, будто сам Создатель с нетерпением ожидал твоего явления на свет.

Процессия обогнула рынок по узкой улочке и выехала на Певчую площадь. По обыкновению здесь ставили спектакли бродячие труппы, проводили увеселения по случаю венчания, коронации; также проводили умерших в последний путь перед сожжением и развеиванием праха по ветру.

— Как сейчас помню – звонили колокола и трубили глашатаи, да так громко, что гул был слышен в самой высокой башне дворца. Духовники проповедовали в храмах о рождении избранного Слышащего, а архиерей тем же утром на твоём омовении объявил: «Явился Божий Полководец! С позолотой на челе и сталью в руке он поведёт нас к светлой судьбе! Уничтожит тех тварей, что элементалями себя называли! День станет вечным; исчезнет голод, пропадут болезни. Вечным будет благоденствие!»

Сегодня на Певчей улице поставили особый спектакль, который милостью бога не окончится отпеванием.

Вокруг помоста столпились заспанные горожане. Служители веры в своём духе – ни свет, ни заря, – без устали несут свои проповеди, а главными гостями сего умиротворённого утра стали нагие мужчина и женщина в колодках, рыдающие и молющие о прощении. Лица раскраснелись от слёз, стыда и холода. Девушка задрожала и громче запричитала, когда духовник смочил плеть и приблизился. Щелчок, и хлёсткий удар прищёлся бедняжке по спине. Она взвизгнула, ударившись головой о колодки, царапая раму и заливаясь горючими слезами.

Кайл с омерзением задёрнул штору. Он терпеть не мог жалобные крики, будто они не знали цену грехам.

Поделом, и пусть другие мотают на ус!

Карета остановилась перед Серым Храмом, высоким и поистине величественным сооружением, построенным около шести тысяч лет назад. Высокие арки и толстые колонны потрепало время, оставив кривые шрамы, напоминающие рассекающие небо молнии. Дымчатый камень местами побелел, раскрошился и осыпался. Оконные витражи сделались тусклыми и мутными.

— Тебе суждено стать великим, сын мой. Великим Спасителем, — последний раз всплыли в памяти слова матери.

— Время пришло, — прошептал Кайл воспоминаниям, совершая глубокий поклон перед входом в обитель Создателя.

Стража распахнула кованые двери, и император шагнул в мрачные коридоры. Шаги отражались от стен глухим эхом. Путь прокладывали многочисленные потрескивающие свечи, тёплыми звёздочками указывая направление. В воздухе стоял едва уловимый аромат благовоний, сушёных трав и воска, которые при вдохе, будто пленили душу, заставляя ту оставить вне священных стен обыденную ношу и обрести гармонию с разумом.

Глаза с непривычки одолела резь, когда Кайл оказался просторном зале – из цветных окон просачивалась лучевая мешанина: синяя, фиолетовая, красная, олицетворяющие собой три мира – Сады, Средина и Пустошь.

По старым заметкам первого архиерея известно, что боги-близнецы хотели создать идеальный мир. Однако же идеалы братьев не совпали. В конце концов они разругались, не придя к компромиссу, и создали новые идеальные миры.

Зал был пуст, за исключением возвышенности в центре, где стоял алтарь и фигура Беймарка – высохший, сгорбившийся старик в просторных одеяниях, ладони которого полнились благословенной водой, что может смыть грехи, прогнать болезнь и отпугнуть Крамбея – злого брата-близнеца, который в народе известен, как Разрушитель. Ибо упоминание имени его может накликать беду – привести к безденежью, хвори и даже смерти.

Кайл поклонился изваянию Создателя, когда прибыл пожилой архиерей в компании двух молодых духовников. Последняя волна страшной чумы унесла сотни жизней и, увы, даже божьи стражи при имении благословенной воды от неё не защищены.

— Святейший, — старик глубоко склонился, — позвольте представить вам новые лица, носящие имена Благодетели и Верности.

Духовники рухнули на колени, приветствуя Слышащего. Кайл поднял одного, обхватил ладонями лицо и поцеловал в обе щёки.