Елена Прекрасная против Серого Волка

5.

Туман поднимался всё выше.

Мы со Святозаром оглядывались по сторонам. Но даже тени царевича средь деревьев не было. Окликнуть бы – вдруг отзовётся?

– Как звать-то его? – тихо спросила я.

– Он не говорил, – так же тихо ответил Святозар. – Велел царевичем звать.

Странный какой-то этот царевич. Тщедушный да скользкий.

– Царевич, ты где? – крикнула я.

Голос потонул в тумане. В ответ лишь потрескивали ветки в лесу. Не мог же он далеко убежать? Да делать нечего, не век же тут стоять.

– Пойдём, – сказала я.

– А как же царевич? – нахмурился Святозар.

– Он тебя в глушь завёл, а ты его жалеешь? – разозлилась на богатыря. И всё-таки сказала: – Искать его станем, да сами сгинем. А как Волка найдём, будем с него ответ требовать.

Прав Святозар – негоже людей в беде бросать. Да спасать их от своей же глупости – неразумно. Если сошёл с тропы со страха, то нет нужды вслед за ним пропадать. Кивнул Святозар, приняв мои слова, и пошли мы дальше.

Лес едва проглядывал сквозь туман. Воздух пах прелой травой, а по сторонам вспыхивали болотные огни. Гиблое место, нехорошее. Или царевич нарочно нас сюда завёл, чтобы никто о его делах с Серым волком не узнал?

Вдруг впереди показалась тень. Богатырь руку выставил, меня за спину отодвинул. Да я не из тех, кто от беды за чужой спиной прятаться станет. Нырнула под руку и первой шагнула к тени.

Посреди дороги торчал камень. Расходились от него тропы, и о каждой на камне написано.

– Направо пойдёшь – коня потеряешь, – прочитала я. – Налево пойдешь – голову сложишь. Прямо пойдешь – себя забудешь.

Посмотрела по сторонам, на тропы, все как одна – одинаковые, в тумане среди болот теряются.

– Направо пойдём, – решила я и первой в сторону повернула.

– Постой! – Святозар схватил меня за руку. – Нельзя направо. Не дело это, коня врагу отдавать. Налево пойдём. Авось с бедой справимся.

Я замерла и посмотрела на него. Он всерьёз думает, что рисковать собой без повода – верный путь?

– Святозар, – сказала вкрадчиво. – У нас нет коня. Терять нам нечего. И сам подумай: ежели Волк коней жрёт, именно там он и прячется.

Задумался Святозар, а возразить было нечем. Нахмурился – не по нраву ему выбранная тропа. Но кивнул, спорить не стал.

Пошли мы дальше. Тропа как тропа – раскисшая земля под ногой проседает, но торчат из-под неё острые камни. Человек глубоко не провалится, а конь на такой дороге ноги сломит. А по краю овёс рассыпан. Хитро – не тут, так дальше конь к зерну потянется, на камнях оступится.

Недолго мы шли. Вскоре сбоку тень мелькнула. Поднял Святозар меч, а я крепче лук сжала. Может и птица – зверю в болоте делать нечего. Да в таком месте и от них добра ждать не станешь.

Сбоку снова ухнуло, и послышался плач.

– У-у-ух… Пропадём.

Дважды хлопнуло крыло, и снова “у-у-ух”.

Звук шёл от упавшего дерева, будто из-под земли. Корни вывернуты, ветви в камышах. А между ветвей выпь.

– У-ух, детушки. Пропадем, – причитала выпь тихим голосом.

Чтоб меня! Говорящая птица! В гиблом болоте.

Умный бы сбежал, не оглядываясь. А мы подошли к краю тропы посмотреть. Крыло выпи прижато к земле веткой, а сама она тихо плакала.

– У-ух, детушки мои…

– Помочь надо, – пробормотал Святозар, глядя на птицу.

Я и сама о том думала – да как решиться? А если она нас потом в болота загонит? Да птицу размером с дворовую курицу бояться – людям на смех.

– Погоди ты, – остановила Святозара, который примерялся, как бы подобраться к птице.

Путь тут был один – через топь по ветке. Но я помнила старый дуб у конюшни, и как Святозар с него свалился. Как мне его потом из болота тащить?

Сама сделала шаг, ветка подо мной прогнулась. Покосилась на кочку рядом – ненадёжная опора. И ещё на шаг ступила. Впереди снова тень мелькнула – будто силуэт волчий. Да мне бояться некогда – не вздрогнув, встала на ветку потолще и подошла к птице.

Распутала ветки, вытащила выпь. Та сразу кричать принялась:

– Люди добрые! Спасли вы меня, да кто моих детушек от беды избавит? У-ух.

Знала я, что добра от говорящей выпи лучше не ждать. Раз помогли, куда она нас ещё отправит? Каждый ведал, как клубочек волшебный путь прямой да опасный показывает. А если выпь в самые топи позовёт?

Вернулась я на тропу. Выпь за мной выбежала. Крылья по земле стелет да просит:

– Помогите мне, люди добрые, я вам пригожусь.

– Нельзя её в беде оставить, – тихо шепнул Святозар. А мне и самой птичку жалко стало.

– И что ты от нас хочешь? – спросила её.

– Детушки мои пропадут, – начала она. – Как повалилось дерево – добежать не успела, с гнезда не вытащила.