Элевия. Ужас тьмы

Глава 5 Истра. Жизнь важнее. Гости из тумана.

— Нет, нет и ещё раз нет!— грозно смотрела на стоявших перед ней медсестра, заслоняя собой дверь в палату старушки,— я не дам вам сделать это. Да какие вы родственники, если хотите убить свою мать! Вы звери в человеческом обличии! Я не пропущу никого к ней!

— Оля! Карпова! Что ты творишь!— рядом с родственниками старушки стоял главный врач больницы,— это их дело. Они подписали все бумаги. Это же просто эвтаназия! Да и Вера Михайловна сама так решила. Что ты здесь устраиваешь!

— Да как вам не стыдно, Матвей Сидорович! Бабушка просто поддалась уговорам этих,— презрительно посмотрела она на родственников старушки,— я никого не пропущу и можете меня уволить, но жизнь людей для меня дороже!

Кровь в венах Оли бурлила так сильно, что в голове гудело и перед глазами плясали солнечные пятна. Ей казалось, что сейчас она просто грохнется в обморок от зашкаливающего внутри гнева. Но твёрдо стояла на ногах, не пропуская в палату к больной никого.

— Ладно,— главврач больницы сдался и с досады махнул рукой,— давайте пройдём ко мне в кабинет и решим, что делать.

Родственники возмущаясь, пошли за ним. Оля вдохнула поглубже и выдохнула, внутри всё бушевало. Сейчас она одержала маленькую победу. А завтра, когда у неё будет выходной... Что будет завтра со старушкой, которую бросили все родственники и хотят только одного — умертвить её и получить немалое наследство.

— Олечка,— послышался из палаты тихий голос бабушки,— подойти ко мне, милая.

— Вера Михайловна, я иду,— медсестра закрыла дверь в палату и подошла к старушке, лежавшей на кровати среди аппаратов, от которых к ней тянулись провода.

— Олечка, не надо. Это я так хочу и уже всё подписала. Я полностью готова вступить в новый мир, уйти за грань. Детка, я тебе сейчас скажу то, что никому никогда не говорила.

Оля почувствовала, как по щекам текут горячие слёзы, в груди сжимается сердце и тоска наполняет душу.

— Вера Михайловна, ведь это не по—человечески. Так нельзя. Жизнь у нас одна...

— И я, Олечка распоряжаюсь ею так, как хочу. Не плачь, моя хорошая. У тебя вся жизнь впереди. Ты очень добрая и светлая. Я хочу тебя предупредить. От бабки мне передалось — я могу видеть судьбы. Вот и твою вижу. Впереди ждёт тебя трудный путь. Не на нашей земле, на чужой. Опасность, тьма и страх. Но свет пробивается сквозь тёмные дали. Не знаю, как помочь тебе, но предупредить могу. Опасайся двух парней, высокие, ладные, они заберут тебя с собой. Но не от них исходит опасность. Там, в другом месте что-то произойдёт страшное, вырвется на свободу! Я вижу смерть!

Старушка все шептала и шептала, держа медсестру за руку слабой рукой. Все, что она говорила, казалось таким ненастоящим, выдуманным. Оля думала, что бабушка просто не в себе, вот и говорит то, что ей подсказывает умирающий мозг.

— Оля! Ты мне не веришь! Моя бабка была очень хорошей ведуньей и мне передался её дар. Верь мне! Часы уже отсчитывают минуты, звезда упала с неба, за тобой уже идут...

Бабушка сжала руку и внезапно расслабилась, испустив последний вздох. Лицо застыло в умиротворении. Оля закрыла её глаза и встала со стула, на котором сидела у кровати больной.

— Спасибо, бабушка за предупреждение. Я верю...

Медсестра вышла из палаты, тихо прикрыла дверь и пошла к главврачу, где шумели родственники старушки. Открыв дверь кабинета, осмотрела всех и сказала:

— Веры Михайловны больше нет. Она ушла в лучший мир. А вам должно быть очень стыдно,— звенящая тишина после её слов разбавлялась лишь тихим стуком настенных часов в кабинете главврача.

Оля закрыла дверь и пошла на своё рабочее место. Её ждут больные, которым нужно поставить капельницы и уколы. А эти...пусть живут, как хотят и совесть же их не мучает...совсем.

День начинался, солнечные лучи пробивались сквозь листву за окном, освещая коридор больницы.

***

Далеко за городом, на поляну, в лесной чаще тихо опустились две капсулы. Из них вышли люди, с помощью маленького прибора закрыли капсулы плотным силовым полем, сделав их невидимыми. И пошли в сторону дороги, по которой мчались машины в сторону города Истра.

Предрассветный туман растекался по оврагам и лесным тропам, выползая на дорогу, по которой медленнее, чем обычно мчались машины. Скорость снизилась из-за плохой видимости.

Пожилой мужчина ехал на своей старенький машине синего цвета. Рыбалка удалась — в кузове лежали пять больших рыбин, весом каждая с два килограмма, да и мальков, да карпиков поймал с ведро. Будет чем похвастаться перед соседями.

"На уху позову Митяя, да и бабку Клаву, соседку надо бы позвать",— размечтался Алексей Иванович, бывший на пенсии. Работал он на заводе и был ко всему привыкший, там неожиданности так и сыпались на его бедную голову. То начальник заорёт, да так, что барабанные перепонки кажется лопнут, то жена, тоже сейчас на пенсии, прибежит на работу и что-то, да наплетёт начальству с три короба. Не унесёшь потом на плечах. Так что ко всему Алексей Иванович относился спокойно и не удивлялся ничему.

"Сейчас бы самый лов на реке! Да видно соскучилась по мне жена",— ухмыльнулся он и хитро посмотрел на себя в небольшое зеркало заднего вида в машине.

Именно в этот момент, из тумана, вышли на дорогу четыре рослых парня. Прямо под колёса машины. Если бы ехал быстро, то не миновать беды.

— Едрить твою налево!— в сердцах выругался Алексей Иванович и резко нажал на тормоза. Мимо пронеслась грузовая машина, взревев впереди на повороте.

— Вам что, жить надоело?!— высунулся дед из окна и грозно хмуря брови, добавил,— А вы откуда пришли? Из леса что ли? На грибников совсем не похожи, да и одеты как-то странно, будто на приём к губернатору. В таких дорогих костюмах, как у вас, по лесам не ходят.

Парни переглянулись и тот, кто стоял ближе всех к машине, подошёл ближе и вежливо произнёс:

— А можно вас попросить подбросить нас до города Истра? Мы и правда немного заблудились. Лес у вас очень густой, да и туман сильный очень. Совсем не видно ничего.