Эльф, Дракон и Немножко Катастрофы

Глава 7. Артефакт, Серьёзный Разговор и Поцелуй, Которого Не Должно Было Быть

Каменная дверь была запечатана магией, которая дышала холодом и древним, непреклонным порядком. По легенде, эту печать мог снять только тот, кто обладал силой противоположных полюсов: идеальной стабильностью и чистым, непредсказуемым хаосом.

— Я — Порядок, — тихо сказал Аэлион, кладя ладонь на холодную поверхность двери. Его магия потекла — ровная, чистая, синего цвета, окутывая руны. — Я могу дать стабильность.

— А я — Хаос, — Настя положила свою руку рядом. — И у меня есть Гоша.

— А я — голодный и хочу чипсов! — раздался энергичный голос Дракона. — И у меня есть идея! Порядок и Хаос? Это как свет и тень, Настюха. Ты — хаотичный вихрь, а этот лавандовый... Страж — якорь. Ты должна его... потрясти!

Настя вздрогнула.

— Потрясти? Как?

— Энергия! Мы, Драконы-Шутники, всегда уравновешивали мир, вызывая смех и панику. Давай! Выпусти свою энергию! Ты же не просто менеджер! Ты — портал!

Аэлион почувствовал, как Настя напряглась.

— Настя? Что он сказал?

— Он сказал, что мы должны работать вместе, — быстро ответила Настя, решив пропустить часть про "потрясти". — Ты — якорь. Я — вихрь. Мы должны... объединиться.

Она повернулась к Аэлиону и, игнорируя все его правила и все свои сомнения, взяла его руку в свою.

Магия Аэлиона, синяя и холодная, тут же вступила в реакцию с магией Насти, которую она даже не понимала, — та была похожа на фиолетовые, золотые искорки, хаотически бьющиеся вокруг их рук.

— Сосредоточься на своем желании вернуться домой! — прошептал Аэлион, его взгляд был прикован к ней.

— А ты сосредоточься на своем желании, чтобы я больше ничего не сломала! — ответила Настя, и на ее губах появилась улыбка.

Настя закрыла глаза. Она сосредоточилась на чувстве: на тоске по дому, на восторге от приключений, на смехе Аэлиона в подземелье. Все эти эмоции, этот хаотичный человеческий коктейль, хлынули в их общий магический поток.

Древняя печать застонала. Синее и фиолетовое смешалось, создав яркое, пульсирующее серебро.

— Давай! — крикнул Аэлион.

Настя сделала последнее усилие, выпустив всю свою надежду, отчаяние и... внезапную, ошеломляющую привязанность к эльфу, который держал ее за руку.

Вспышка!

Печать рассыпалась золотой пылью, и дверь медленно отворилась, открыв небольшое помещение, в центре которого на постаменте лежал маленький, светящийся кристалл. Ключ Пространств.

Они оба отшатнулись, задыхаясь от перенапряжения. Настя посмотрела на свою руку — она все еще держала руку Аэлиона.

Аэлион смотрел на нее. На этот раз в его глазах не было ни Стража, ни Порядка. Было что-то дикое, нарушенное, но невероятно живое. Он смотрел, как его мир, его пятьсот лет дисциплины, были уничтожены одной вспышкой хаоса и... чувства.

Он сделал шаг вперед, его серебристые волосы упали ей на плечо.

— Ты... — его голос был низким, — ты — худшее, что случалось с моей жизнью, Настя.

— А ты — лучшее, — прошептала она, ее сердце стучало как сумасшедшее.

Игнорируя все протоколы, все правила, все знания о том, что это человеческое существо — временная аномалия, Лорд Аэлион Сильвервинд, Страж Порядка, наклонился и поцеловал ее.

Это был поцелуй, которого не должно было быть. Он был резким, отчаянным, полным накопившегося напряжения и отрицания. Он пах хвоей, лавандой и, впервые, чистым, необузданным желанием. Аэлион притянул ее к себе, как будто она была единственным якорем в этом разрушенном мире.

Настя ответила ему с такой же страстью. Она почувствовала, что этот поцелуй стоит всех ее скучных офисных лет.

Они отстранились друг от друга. Оба были потрясены. Настя задыхалась. Аэлион смотрел на нее, его глаза были темными, полными смущения и... необратимости.

— Я... — начал Аэлион, хватаясь за мысль. — Это было... это было нарушение всех правил.

— Ну, наконец-то! — воскликнул Гоша из рюкзака. — Я думал, вы тут до утра будете друг на друга пялиться! Настюха, хватай артефакт и бежим!

Настя встряхнулась. Артефакт. Ключ.

Она подошла к постаменту и взяла кристалл. Он был теплым и слегка вибрировал. Теперь она могла вернуться. Прямо сейчас.

Она повернулась к Аэлиону. Он стоял, опустив голову, серебристые волосы скрывали его лицо. Он ждал. Он ждал, что она уйдет.

— Ты уходишь? — его голос звучал глухо.

Настя посмотрела на кристалл. Ее мир. Кофеин. Совещания.

Потом она посмотрела на него. Хаос, лаванда, розовые пудели и... смех.

— Я... — Настя сжала кристалл. — Я не знаю.

— Настюха, не тупи! Домой! К чипсам! — завопил Гоша.

— Если ты вернешься... — Аэлион поднял голову. — Все вернется на свои места. Я вернусь к Протоколам. Ты вернешься к... своим продажам. И этот... этот поцелуй никогда не повторится.

Он не просил ее остаться. Он просто констатировал факт. И именно это заставило Настю понять, как сильно она не хочет, чтобы "все вернулось на свои места".

— Нет, — твердо сказала Настя. — Не вернется.

Она крепко сжала кристалл в руке. И теперь ей оставалось только сделать свой последний, самый важный выбор.