Эльф из дома утех

1

Воздух на невольничьем рынке был густым и приторным — пахло потом, дешёвым вином и чем-то ещё, что я не могла определить, но от чего сводило желудок. Я пробиралась между рядами клеток, сжимая в кулаке тощий кошелёк так, что монеты впивались в ладонь. Внутри всё было сжато в один тугой, дрожащий комок.

Орки, люди-горы в шрамах… Торговцы выкрикивали цену с площадки, и сердце не просто уходило в пятки — оно проваливалось куда-то под землю, оставляя после себя ледяную пустоту. Моих сбережений не хватило бы даже на самого хилого орчонка, не то что на грозного воина.

А воин мне был нужен. Потому что иначе мне пришлось бы одной идти через Тёмные Леса. А идти одной через Тёмные Леса — это даже не самоубийство, это просто глупый и неприличный способ превратиться в чей-то обед. Отец, конечно, наказал перед смертью: «Доберись до бабушки в Ущелье Серебряных Рос, и найди там мужа, наш род не должен прерваться». Но он, вечный мечтатель, не подумал, как именно его дочь-алхимичка, не видевшая в жизни ничего страшнее вспышки реактива, должна это сделать.

— Эй, красавица! Ищешь кого? — ко мне подскочил вертлявый человечек с хитрым лицом и протиснулся между мной и клеткой с каким-то звероподобным типом.

— Мне… мне бы воина, — выдавила я, чувствуя, как горит лицо.

— Воина? Так это ко мне! У меня как раз есть идеальный вариант. Смотри!

Он с размаху шлёпнул ладонью по прутьям ближайшей клетки. Внутри на соломе сидел эльф.

Я замерла. Он был худощавый, почти хрупкий на фоне остальных «экземпляров». Длинные, огненно-рыжие волосы, спутанные и пыльные, падали ему на плечи. И глаза… Я никогда не видела таких глаз. Ярко-зелёные, как молодая листва после дождя. Невероятно красивые. И абсолютно пустые. В них не было ни страха, ни злобы. Одно сплошное равнодушие.

— Видала? — торгаш понизил голос. — Настоящая редкость! Эльфы… они ведь отличные воины. Ловкие, меткие…

Из глубины клетки донёсся тихий, но отчётливый смешок. Эльф даже не повернул головы, просто усмехнулся, глядя в пустоту. Похоже, ему было смешно слышать такое про себя.

— Характер, конечно, у него… своеобразный, — торгаш поморщился, будто проглотил что-то кислое. — Но зато с оружием обращаться умеет! Руки-то видишь? Длинные пальцы, хватка твёрдая…

— Чем он занимался? — перебила я, всё ещё не в силах оторвать взгляд от этих зелёных глаз. Они вдруг ожили и уставились прямо на меня. Мне стало не по себе.

— Чем занимался? — торгаш замялся на секунду. — Охранял! Знатное имение, ценности разные… Но хозяевам не угодил, понимаешь? Ну, мелочи. Зато цена! — он назвал сумму, которая была в три раза меньше, чем у самых дешёвых орков, и как раз соответствовала тому, что лежало у меня в кошельке.

Слишком уж хорошо всё складывалось. Подозрительно хорошо.

— Он что, больной? — спросила я прямо.

— Да что ты! Здоров, как бык! Просто… — он снова понизил голос, — просто мне нужно срочно место освободить, партия новых рабов на подходе. Вот я и уступаю. По доброте душевной, так сказать.

Эльф снова усмехнулся. На этот раз громче. Его взгляд скользнул по моему лицу, по простому платью, задержался на потёртом кошельке.

— А он... у него странный взгляд, — проговорила я сдавленно. — Пустой. Разве у воина могут быть такие глаза?

— Пустой — значит, послушный! — тут же парировал торговец. — Ты ж теперь хозяйка! Прикажешь — будет смотреть с огоньком, да хоть с обожанием. Не захочет — накажешь. Всё просто.

Я сжала в ладони кошелёк. «Лучше так, чем никак». Этот девиз преследовал меня всё последнее время. Лучше сомнительный эльф, чем никакой защиты. Лучше риск, чем гарантированная погибель в лесу.

— Договорились, — выдохнула я, ощущая, как по телу разливается странная слабость. — Беру.

Лицо торгаша озарилось неподдельной радостью. Он чуть не вырвал у меня из рук кошелёк, пересчитал монеты и моментально сунул их за пазуху, будто боялся, что я передумаю.

— Отличный выбор, красавица! Зуб даю, не пожалеешь! — он уже достал ключ и с ловкостью открыл замок. — Выходи, дружок! Встречай свою новую хозяйку!

Эльф медленно, с какой-то врождённой грацией поднялся. Он был высоким. Когда он вышел из клетки и выпрямился во весь рост, я поняла, что он выше меня на голову. Он потянулся и наконец-то взглянул на меня. Пристально. Оценивающе. Его взгляд был всё таким же насмешливым.

Торговец шагнул к эльфу. Тот не сопротивлялся, не отшатнулся — лишь поднял подбородок, обнажив горло, будто предлагая сделать это быстрее. Железное кольцо с глухим щелчком сомкнулось вокруг его шеи, и этот звук прозвучал неожиданно громко в гомоне рынка. Металл, холодный и бездушный, резко контрастировал с бледной, почти фарфоровой кожей эльфа.

— Готово, — торгаш одобрительно хлопнул по ошейнику ладонью, словно по крупу добротной лошади.

Затем он повернулся ко мне. В его руках, игриво поблескивая, извивалась тонкая, но на вид невероятно прочная цепь. Он не просто сунул ее мне — он с почти церемонной нежностью уложил холодные звенья мне на раскрытую ладонь. Металл был обманчиво легким, но его прикосновение жгло кожу как раскаленное железо.

— Держи крепче, красавица, — прошептал он с притворной заботливостью, и его пальцы на мгновение сомкнулись поверх моих, заставляя сжать звенья. — Удачи.

И, бросив на прощание многозначительный взгляд, он растворился в людском водовороте, словно его и не было.

Я стояла сжимая в потной ладони конец цепи. Он стоял напротив, и его рыжие волосы казались единственным ярким пятном во всём этом унылом месте. Его зелёные глаза теперь изучали меня без стеснения.

— Ну что, — произнёс он. Голос у него был низким, бархатистым, и от него по коже побежали мурашки. — Куда дальше, моя госпожа?