Эльф из Преисподней

Глава 4

Итак, последовавший разговор подтвердил догадки. Этот мир действительно не был Мундосом. Назывался он Землёй, и путь его развития сильно отличался от того, что считал само собой разумеющимся я.

Почти всю Землю населяли люди. К нелюдям (самоназвание: Ат'Эде) и особенно к эльфам они относились с едва скрываемым презрением, а то и открытой враждебностью — зависело от временного периода.

Не то чтобы эльфы были полностью невиновны. Около двух тысяч лет назад они распяли в местечке под названием Голгофа объявившегося Бога Человечества по имени Иешуа. Распяли ради самозащиты — божок пропагандировал уничтожение всех нелюдей, — но идеи людского превосходства далеко разошлись в течение следующих столетий. Нечего было создавать мученика!

Лично я полностью поддерживал эльфов в их желании прикончить бога. Нельзя давать богам зазнаваться. А уж просить их о чём-то — всё равно что проделывать течь в днище лодки, чтобы напиться.

Из экскурса в историю я понял одно: эльфы в людском сообществе не показывались давно. И не столько из-за иешуанства, сколько потому, что эльфы и другие Ат'Эде решили отгородиться от опасных соседей в пространственном кармане около двух столетий назад.

Почему?

Нет, не потому что люди объявили против них новый крестовый поход. С Ат'Эде это никак не связано.

Около двух столетий между крупнейшими сверхдержавами того времени — Российской империей и Французской Республикой — разразилась война. Началась она в 1812 и закончилась тем, что эльфы пафосно обозвали Ночью Падающих Звёзд. А попросту — оба государства применили новейшее «атомное оружие». После чего Ат'Эде смекнули, что следующими в очереди на испытания могли стать они, и заблаговременно спрятались в карманной реальности за барьером — Пеленой.

По людскому календарю сейчас 2007, и эльфы всё ещё ждут развала государств, обладающих «атомным оружием». Надо понимать, интригуют в тени, чтобы оно поскорее забылось. С ним и связан запрет на посещение Земли: мол, слишком опасно привлекать людское внимание.

Как только я услышал об «атомном оружии», то загорелся энтузиазмом. Заполучить бы что-нибудь такое, зарядить в катапульту да зашвырнуть в Карнивана!

Но даже без столь заманчивых вкусностей мир людей манил демонологическими разработками. Ат'Эде смотрели на демонологию, как на гору гниющей требухи. Единственная причина, по которой меня не трогали, — то, что папаша занимал видный пост в каком-то важном совете. А сам отец полагал, что рано или поздно мне надоест маяться всякой дурью.

Даже если люди преследовали за занятия демонологией, желающих погрузиться в неё всё равно куда больше. Больше данных — быстрее найду путь обратно в Эфирий.

Зачем мне в Эфирий? Демоны, которые примерно тысячу лет находятся вдали от родного плана, развоплощаются. Вот так просто. Когда-нибудь мне потребуется вернуться домой.

Но сначала я повеселюсь.

И первой ступенью на пути к веселью станет побег. Я не собирался ждать совершеннолетия, чтобы подавать заявку на посещение Земли! Тем более что её всё равно не одобрят, как заметил папаша.

Кое-как поклевав салата, я направился к свою комнату — готовиться к сегодняшней ночи. Затягивать я не намеревался.

Зайдя в комнату, я ощутил едва заметный флер чужого присутствия, но он быстро истаял. Видимо, кто-то захотел присмотреть за непутёвым эльфом, но удовлетворился поверхностным изучением.

После того как я собрал необходимые вещи (в основном сменную одежду; убегающим ведь нужно много одежды, чтобы пережить непогоду, ведь так?), остаток дня провёл, шатаясь по особняку и приставая к слугам с вопросами, где находится Пелена. Именно её мне необходимо было повредить или обойти, чтобы попасть на Землю.

Слуги бледнели, краснели и пыжились, но отчаянно молчали или давали уклончивые ответы. В конце концов я заключил, что они и сами-то не сильно представляют, как добраться до Пелены.

Мои дознания не остались незамеченными. Когда вечером я вернулся в комнату, чтобы дождаться глубокой ночи и слинять, то обнаружил возле дверей двух крепких заросших леших, нацепивших вывернутые наизнанку ливреи.

— Юный мастер, — смущённо сказал один из них, — ваша матушка наказала вас никуда не выпускать ночью. Говорит, у вас воображение разыгралось, как бы во сне не начали ходить… Вот мы и остережём, стал быть, покой.

Сильна, однако, наша семейка, раз лесные цари не гнушаются заниматься такими поручениями! Я пожал плечами, мол, поступайте как знаете. Меня парочка леших всё равно не остановит.

До заветного часа я провалялся на кровати с закрытыми глазами, позволяя телу поспать. Мне-то сон не требовался, но тело без него будет слабеть.

Не самое приятное состояние — плавать в кромешном мраке без малейшего контакта с окружающей реальностью. Неожиданно образовавшееся свободное время я потратил на то, чтобы погрузиться в воспоминания бывшего владельца тела. Я дал ему кличку Нани — на мой вкус, обращение чересчур слащавое, а вот ему сгодится в самый раз. Не частить же с прозвище временное всю оставшуюся ему жизнь?

На сей раз Нани оказался чуть более сговорчив и поведал, что его пособия по чернокнижию (так назывался местный аналог демонологии) уникальны для земель под Пеленой.

За семьдесят с лишним лет, что Нани потратил на это увлечение, он натаскал в своё логово всё, что отдалённо относилось к дьяволам. А дальше в нём взыграла гордость первооткрывателя, и он отошёл от учебников.