Эльф из Преисподней

Глава 9

Понедельник, третий день осени, выдался прохладным, но весь холод Земли не мог погасить моего негодования. Я кипятился от возмущения, по-особому сгибая пальцы и повторяя замысловатые слова заклинания.

Ничего не получалось.

Сочувственно надувались шторы распахнутых настежь окон. Их поддержка не помогала.

Когда Лютиэна принялась объяснять мне особенности людской магии, я сперва не поверил. Местная система была выстроена на редкость убогим образом. Она не требовала от мага ни понимания природы сущего, ни платы за использование, — что это за таинство, что за толк от подчинения природы, если не соблюдён закон равновесия?

М? Демоническая воля плевать хотела на равновесие? Ну так это совершенно естественно. Мы, жители Эфирия, создаём личные законы, плетём свою реальность в собственном мире силой голого воображения. Для людей подобное совершенно немыслимо.

Но у землян получилось нечто похожее. Нет, совершенно противоположное! Механическим перебором они отыскали ключ к формуле мироздания, путём бесчисленных попыток создали проверенные способы её менять. Тем и ограничились. Любой маг из Мундоса разбирался в плетении реальности куда лучше, без этого не удастся заинтересовать обитателей Изнанки.

Тут же… безвкусица! Пошлость! Они препарировали самую суть магии, в извечной своей манере разбили слепленных гомункулов на круги: от нуля до девяти. Такой подход к изучению волшебства выводил из себя.

Это напоминало дурную шутку. Такое могло нравиться лишь полнейшим извращенцам — иными словами, людям Земли. Они определили силу каждого заклинания, заботливо поместили его на соответствующий круг и придумали магические ранги. Чем выше круг заклинания, тем лучше это показывало силу мага и давало ему повод перейти на следующий ранг.

Знаю, сущая нелепица. Такое звучало как насмешка над самой природой магии. Любой с каплей самоуважения осознавал искусственность этой лестницы, её хитрую манеру подталкивать к механической зубрёжке. Ох, как, должно быть, радовались местные, когда этот рукотворный монстр одарял их повышением!

Я заскрипел зубами и вновь протараторил бессмысленный речитатив. Предполагалось, что он вызовет поток воздуха, который перенесёт листок с одного стола на другой. На деле — пшик.

Следившие за моими потугами экзаменаторы делали безжалостные пометки в плетёных блокнотах и молчали.

Вся система насквозь прогнила! И это на Земле называли магией? Лютиэна верно подметила, здесь пристанище дегенератов! А впрочем, эльфы не лучше. У них наверняка припасена похожая пакость.

Искренне горюя о том, как люди извратили суть магии, я предпринял очередную попытку. На сей раз — поджечь злополучный листок. Он затрепетал белоснежными уголками и отлетел — единственная реакция на мои усилия. Скорее всего, вызванная тем, что я кричал прямо в него.

— Достаточно, — сказал один из проверяющих.

Я мог бы применить волю и спалить аудиторию дотла вместе со всеми жалкими отбросами, собравшимися здесь. Однако было понятно, что местные не смотрели на результат. Им нужна была реакция от табличек с самоцветами. В лучшем случае они бы сочли учинённое мной результатом магии рода и отправили бы меня обратно к несуществующим предкам. Чтобы, значит, осваивал тайное искусство под присмотром.

А в академии нужны были результаты общей магии. Родовой тут не учили по определению. Хуже того, если раскопали, что я никакой не ублюдок местного дворянина, возникли бы вопросы: а откуда простолюдин имеет доступ к неизвестным силам? Хотя, наверное, старик из приёмного пункта уже всё растрепал.

Тем не менее гордость помешала мне принять поражение.

— Дайте мне трубку с магопием, и я вам покажу истинную магию! — объявил я.

Если эти примитивные аборигены знали о существовании Изнанки, они должны были оценить мой уровень. Прямо сейчас я готов был пообщаться с её жителями, пусть даже плата на Земле была выше, чем на Мундосе. Это, кстати, стоило проверить.

Глаза экзаменаторов нехорошо остекленели.

С другой стороны, если тут не подозревали о том, что у реальности есть оборотная сторона, моё требование могло выглядеть немного… подозрительным. Всё-таки магопий — крайне опасный наркотик. Чтобы не прибегать к нему, некоторые маги и шли на риск призыва демонов из Эфирия.

А ведь, хоть по мне такого не заметишь, демоны — непредсказуемый и опасный народец.

Главный преподаватель, заведующий этой частью поступления, кашлянул в кулак, разряжая обстановку.

— Ваши практические навыки, юноша, мы уже оценили. Давайте к аппарату, и закончим здесь.

Юноша! Это я-то — юноша! Этот хрыч с клубками волос возле ушей и сморщенной лысиной прожил от силы лет семьдесят! Даже моё эльфийское тело было старше него. А если припомнить, что я — великий Малдерит, то все эти тупоголовые смертные были лишь крупинкой соли в океане моего необъятного опыта.

И нет, я не был обижен на то, что даже с наставничеством Лютиэны простейшие заклинания работали через раз. Я был выше этого.

Хотелось кого-нибудь убить.

Лютиэну определили в другую группу испытуемых. Увы, моей очаровательной вещи рядом не было, а это хорошего настроения не добавляло. Демонам не рекомендовалось надолго разлучаться с вещами в мире смертных. Для благополучия этих самых смертных рекомендовалось.