Эльфа и Вселенная

Глава семнадцатая

Глава семнадцатая 

Первое. Душетрясение 

Дракон застыла в недоумении.  

Синяя фея улетела, а Дракон не успела даже спросить, в какой стороне тут выход. 

Так что Фива пошла в случайном направлении.  

Она уже устала, она скучала по Эльфе, она чувствовала себя одинокой, она раздражалась при мыслях о Ведьме. Ещё Фива переела вишни и потому шла кряхтя. И так как ела она не очень аккуратно, то шла как будто бы вся в крови. 

Вот бы снова всё было как прежде! Вот бы очутиться возле телевизора с приставкой, и пусть Нарцисса сидит рядом, и они проходят уровень за уровнем, забыв, какое сегодня число, какой месяц, забыв, весна сейчас или лето. 

Это же было прекрасно. 

Но нет, Фиве показалось, что этого мало. Фиве хотелось чего-то большего, хотя она не могла описать, чего конкретно ей хотелось, но чего-то более интересного и впечатляющего. Приключений ненапряжных. Нового, но хорошего, не стрессового. 

И в поисках чего-то большего, Дракон потеряла всё то, что у неё было. 

А большее так и не приобрела. И даже что-то равноценное не приобрела. И вообще ничего не приобрела, только потеряла. 

И теперь она с досадой плетётся в вишнёвом саду, потеряв выход из него. 

Но вот впереди что-то блеснуло. 

Кажется, это вода. 

Любая вода стала бы желанным изменением пейзажа, так что Дракон прибавила шагу. 

Вскоре прохлада коснулась носа Фивы, и Фива ускорилась ещё больше, представив, как она окунётся в воду. 

Хотя Фиве было страшно. Зелёные деревья, свежая трава, водная гладь. Это необычное место: не высушенное солнцем. Подозрительно. 

Эдакий оазис. А любое хорошее место у Фивы ассоциировалось с клеткой или мышеловкой. Просто так хорошо не бывает, если хорошо, значит, тут подстава, значит, она попала в сети великана. 

Тут земля начала трястись. 

– Ну точно, великаны, я так и знала. 

Душа Дракон тоже затряслась, в страхе. 

Она чувствовала вибрацию всем телом, и эта вибрация усиливалась. 

Землетрясение? Вроде, равнина, никаких гор на горизонте. Никаких вулканов. 

Вибрация быстро набирала обороты, и вот Фиве уже было трудно стоять. Чтобы не упасть, она сама села на землю. И вообще, лежачих не бьют, так что она ещё и легла. 

Пуф! Вспышка света, глаза Дракона автоматически закрываются. Вибрация прекращается.  

Фива открывает глаза: небо снова голубое. Не цвета морской волны, а небесно-голубое, нормальное, в общем. 

Второе. За две минуты до 

После таких новостей Зиз понадобилось присесть. Она села на высокий стул за баром. И положила голову на барную стойку. 

Она была расстроена. Покорные слуги не могут расстраиваться, а она расстроилась. Видимо, Эльфа очень плохо зачитала заклинание или вложила не ту энергию. Непонятно. Ясно одно: Зиз была расстроена. 

Она чувствовала, что она не такая, какой должна бы быть. 

Зиз должна заботиться о Нарциссе. Зиз должна выполнять всё её желания. Зиз должна радовать её. Должна быть вместе с ней безотрывно. 

А Зиз далека от избранной. И Нарцисса несчастна, Зиз это чувствовала. Как Зиз заботиться о хозяйке, если она так далеко? Да и желание у Эльфы «всё изменить» вообще какое-то нереальное. 

Прямо плакать хочется. 

Ведь если Зиз не может угодить Эльфе, то жизнь её бессмысленна, а предназначение не реализовано. Ей самой такая пустая жизнь не нужна. 

Бесполезная фея. 

Синяя горько засопела. 

Впрочем, недолго осталось мучиться и расстраиваться: скоро она умрёт. Бармен сказал, что у неё семь минут. 

Бармен, глядя на сопящую Зиз, невольно сменил суровый взгляд на слегка сочувствующий. Ему даже захотелось погладить Зиз по голове и сказать что-то вроде: 

 – Ну не расстраивайся ты. Всё будет хорошо, – но не будет же. 

Гладить Зиз бармен не стал, зато налил ей ещё алкоголя, только уже водки, ведь ситуация теперь располагает к более крепким напиткам. 

– Сколько осталось? – спросила Зиз. 

– Две минуты, – ответил бармен. 

Третье. She's alive! 

Когда Зиз потеряла сознание, то слуги тут же разошлись. Все пятеро. Молча поднялись со стульев, вышли из харчевни, оседлали лошадей и уехали подобру-поздорову. 

Когда Зиз падала, потеряв сознание, бармен перегнулся через барную стойку и успел схватить её за руки. Затем он медленно опустил её на пол, перехватывая руки всё ближе к кистям. Зиз упала, но череп не расшибла – и всё благодаря бармену. 

Бармен обошёл барную стойку, поднял фею на руки и донёс до потрёпанного дивана возле стены. 

Начали приходить призраки. Часть из них спустилась по лестнице со второго этажа, часть прошла через главный вход, через который вошла и Зиз. Народ собрался вокруг лежащей феи и перешёптывался.  

Абсолютно все были призраками: у кого руки нет, у кого ног. 

– Может, связать её? – предложил один из присутствующих. 

– Не думаю, – сказал бармен. – Это не Королева, другая совсем. Драться вряд ли будет. Хорошая. 

Один из призраков принёс воды в стакане и вылил воду на лицо феи. Диван все равно паршивый, чего его жалеть. 

Зиз резко вдохнула, дёрнулась и мгновенно села. 

Крылья расправились сами собой и задели спинку дивана, она испугалась того, что крылья задели невидимое ей препятствие, поэтому вскочила с дивана, тут же врезалась в одного из призраков, стоявшего перед диваном, выдала «ой», сделала импульсивный шаг назад, споткнулась о диван и снова села. 

Призраки загыгыкали. 

– Я жива? – удивилась Зиз. 

Бармен нахмурился и спросил недоумённо: 

– А с чего бы тебе умирать? 

– Ты же подсыпал яд. 

– Яд? Ты что, думаешь, что я убийца?