Эльфа и Вселенная

Глава двадцать первая

Глава двадцать первая 

Первое. О том, как кто на кого смотрит 

Том взял за левую руку Нарциссу, за правую – Норберта, и телепортнул их обоих к Ведьме. Они очутились прямо перед нашими шезлонгами. 

Эльфа разозлилась. Это приятно, что Том взял её за руку. Весьма недурно. И правильно – к ней стоило бы поприставать. 

Но вот неприятно, что он взял за руку Норберта. У него не должно быть друзей: должна быть только она, его возлюбленная. 

Нарцисса ощутила вспышку ревности, хотя не до конца понимала – ревнует ли она Тома к Норберту или Норберта к Тому. Потому, что Норберт тоже должен её обожать. 

На её взгляд, это ей стоило держать обоих за руки, быть по центру. 

Так что, когда они телепортнулись к нам, вид у Нарциссы был злющий. 

Я бы предпочла никогда с ней не пересекаться. Ни со злющей Нарциссой, ни с какой-либо другой. 

С другой стороны – нам ведь нужно объединиться. Тогда всё идёт как по маслу. 

Норберт тут же начал смотреть на Ведьму с нескрываемым презрением, Эльфа же смотрела с презрением на всех, кроме Тома: на него она смотрела с обидой. 

Меня Том не знал и глядел с любопытством, а Волшебник удивился, что я тут. 

Все пялились друг на друга. 

Том слегка поклонился Ведьме: 

– Приветствую хозяйку территории. 

Ведьма вежливо кивнула в ответ. 

– Ого. Уже пятеро собрались, – заметила я. – Почти все. 

В этот раз Том слегка запыхался. Двоих телепортировать сложнее, да и это была вторая телепортация подряд. 

Все продолжали смотреть друг на друга, и никто не знал, что делать дальше. 

Я поняла, что скучала по Норберту. Мой лучший друг. Мы так мало общались в последнее время. Я постоянно пребывала в плохом настроении, перестала с ним связываться. А он мне дорог. Вот сейчас вижу его и понимаю, как скучала. 

Он же на меня поглядывал обиженно, наверное, потому, что я не пришла на его зов. Но я-то пришла, просто не туда. 

– Мы так и будем пялиться друг на друга? – спросила я. 

Ведьма подметила: 

– Не хватает Дракона. Думаю, она скоро появится. 

Том щёлкнул пальцами и появилось ещё три шезлонга. У него возникла лёгкая отдышка – он устал колдовать. 

– Предлагаю пока напиться. 

Он наколдовал виски с колой себе, Эльфе и Волшебнику. 

Эльфа увалилась в шезлонг, отхлебнула виски и принялась плеваться: это было для неё слишком крепко. Она вылила виски, выкинула стакан в пустыню и, недовольная, скрестила руки на груди. 

Волшебник десять раз посмотрел, чистый ли шезлонг, только затем сел, а потом попросил Тома доколдовать в его напиток ликёр какой-нибудь, а то и правда крепко. 

Слабаки. 

Том смотрел на меня и качал головой. 

– Чего ты головой качаешь? 

– Твои проблемы на лицо. 

– Какие ещё проблемы? 

– С социализацией. 

– Чего? 

Норберт тем временем пепелил взглядом Ведьму. Самоучка проклятая. 

– Прекрати так смотреть, – ответила она. – Что я, виновата, что ли, что талантливее тебя раз в двести? 

– Что ты сказала?! 

Нарцисса кипела. 

Столько внимания и никто не обращает его на неё. Четверо человек, кроме неё самой, и никто не занят ею. 

Пуф. 

Дракон появилась из ниоткуда рядом с нами. 

– Ребят, короче... 

Она удивлённо заметила, что тут не только я и Ведьма. 

– Нарцисса! – обрадовалась она. 

Эльфа отвернулась. 

Ну неисправимая дура. Сама же только что хотела к себе хоть какого-то внимания. 

Второе. Что она имеет в виду? 

Ведьме не нравилось, когда вокруг неё много живых. Неважно, призраков или Существ. 

Да, в этом мире призраки относятся к живым. Это такая форма существования. Так себе форма, конечно. Это как родиться навозным жуком. Хотя навозных жуков хотя бы египтяне уважали. И вообще они старательные ребята, не то, что призраки. Извините, жуки, за это сравнение. 

Ведьма – интроверт. И уже через пять минут после того, как собралась целая тусовка во дворе её лачуги, она хотела, чтобы все куда-нибудь свалили. 

Но благая цель спасения мира держала её рот на замке.  

Вот так вот собираешься жить отшельницей, выбираешь себе непривлекательное жильё, но нет, все равно же как мухи на мёд слетаются. 

Ведьма глобально устала. 

Она не знала, зачем ей спасать мир, но чувствовала, что должна спасать. Это как нелюбимая работа. Ну надо. 

Только тут не вопрос денег, а вот какой вопрос: если мир умрёт, то и она вместе с ним, так что стоит решить этот раздражающую задачу. 

Решить эту задачу и дальше жить отшельницей. 

– А Зиз не нужна? – спросила я. 

– Нет, она не Существо. 

Зиз часто мелькала в моих снах, так же часто, как все Существа. Ну, как Дракон и Эльфа. Ведьма редко мелькала. Тома я только пару раз видела, давно-давно. Это обидно, кстати. 

– Том, я и забыла, что видела тебя, но я видела. Почему тебя мало в моих снах? 

– Почему меня мало в твоих снах? – переспросил он, подняв одну бровь. – Интересный вопрос. Теперь обязательно буду присутствовать. 

Не понял он меня, короче. 

Ведьма сказала: 

– Все в сборе, вроде. У меня есть записи о том, какой ритуал нужно провести, чтобы мир прекратил умирать, но не уверена, что в ритуале действительно есть смысл. Скорее всего, это байка. 

Я была недовольна. 

– Подожди-ка. Сначала нужно всё выяснить. 

– Что выяснить? 

– Ну, всё. Почему мир умирает? Почему до сих пор жива Нарцисса? 

Ребята посмотрели понимающе: да уж, вот бы она того. Коньки отбросила. Только Том действительно понял, о чём я. Только Дракон возмутилась. 

– А почему это Нарцисса должна умереть? 

– Я про то, что она бессмертна, Дракон, а не про то, что я хочу её убить. Хотя и не то, чтобы против, но речь не об этом.