Эльфийка для викинга

Глава 4

Силы Килиану было не занимать. От толчка я упала на пол и оказалась под столом, а секундой позже перевернутая набок скамья загородила меня от происходящего. Ушибленная коленка отзывалась тупой саднящей болью.

Собрав руки-ноги в кучу, встала на четвереньки и осторожно выглянула из укрытия. Лучше бы я этого не делала. Изо рта вырвался полузадушенный вскрик, а сердце, сделав кульбит, ухнуло в район желудка. На пороге стояли пятеро… Я так и не поняла, что это были за существа. Но назвать их людьми не повернулся язык. Кривоногие и коренастые, с кожей серо-бурого цвета, как успевшие полежать в земле мертвецы. Уродливые, какие-то изломанные лица с крупными чертами, искажала ярость. Поверх лохмотьев, служивших переродкам одеждой, звякали доспехи. В неестественно длинных руках они держали наготове кривые мечи.

Пять пар глубоко посаженных красных глаз пробежались по комнате. Один из них, тот, что покрупнее, рыкнул на непонятном мне языке и бросился на Килиана. Зажав рот, я проглотила рвущийся наружу крик. Лезвие со свистом пронзило воздух, следом раздался булькающий хрип. На лицо брызнуло что-то липкое и теплое. Вытерла щеку ладонью и увидела черную жижу. В ноздри ударил запах гнили и еще чего-то противного.

— Не высовывайся, — Килиан мотнул головой, веля забраться дальше под стол.

С меча в его руках стекала такая же черная гадость. На полу, содрогаясь в агонии корчился переродок. Я видела лишь его голову и лицо, искаженное предсмертной гримасой.

Комната наполнилась звоном мечей, грохотом перевернутой мебели и отменной бранью. Стиснув зубы и обхватив колени я, не помня себя от ужаса, прижалась к стене. Тело оцепенело. «Хочу проснуться, хочу проснуться», стучало в висках.

Сверху раздался удар – судя по всему, кого-то приложили об стол. Скамья, мой единственный защитный барьер, отлетела в сторону и, прежде, чем я успела дернуться, черная лапа схватила меня за ногу и вытащила из укрытия. Острая вспышка боли пронзила голень. «Камбаловидная мышца», мелькнуло в голове. Интересно – растяжение или разрыв?

— Агркхххх, — прорычали сверху.

Надо мной склонилась черная морда с горящими глазами. В мускулистой руке блеснул ятаган. Кажется, вопрос с тяжестью травмы через пару секунд перестанет быть актуальным. Как и все остальное.

Еще на первом курсе нам говорили, что у человека нет инстинктов – а то, что мы обычно считаем за оные – есть рефлексы или социальные навыки. Не знаю, что из перечисленного сыграло роль, но за миг до того, как переродок обрушил свой ятаган, я откатилась в сторону. Лезвие с размаху вонзилось в пол. Несколько дополнительных мгновений жизни – что ж, уже неплохо.

Переродок, впрочем, не собирался отступать. Ловко выдернул ятаган из половицы, издал победоносный рык, замахнулся…

— Прячься!

Килиан рысью метнулся в сторону красавчика-мутанта, и, налетев со спины, применил удушающий прием. Рыкнув, тварь атаковала его затылком по носу. Раздался глухой звук удара. Я вскрикнула – уж слишком хорошо, знала, эту боль. В одиннадцатом классе, на уроке физкультуры девочка из параллели случайно (или нет) зарядила мне в нос баскетбольным мячом. А голова переродка, надо думать, покрепче будет.

Охнув, Килиан на мгновение ослабил хватку, и противнику этого оказалось достаточно, чтобы освободиться. Тварь ринулась в мою сторону. Килиан вскочил на ноги, бросился следом, но сбоку, наперерез выскочил еще один переродок. Рассек воздух ятаганом, так что край лезвия пронесся в паре сантиметров от шеи Килиана. Парень отклонился в последний момент.

Что было дальше, я не видела. Стоя но коленях, схватила валявшийся рядом кухонный нож и чудом увернулась от смертельного взмаха. Ударилась головой об угол серванта. В глазах потемнело.

— Попалась, сучка! — рычание оказалось вполне понятным.

Не видя цели, я вслепую махнула ножом и почувствовала, как лезвие вонзилось во что-то мягкое.

Зрение вернулось. Пошатываясь, встала на ноги и увидела схватившегося за плечо переродка. Рыкнув, он выдернул нож. Взглянул на запачканное черным острие, оскалился и, поймав мой взгляд, хищно облизнул собственную кровь.

— Думаю, твоя вкуснее. — Переродок шагнул в мою сторону.

Я лихорадочно огляделась. Килиан отбивался сразу от двоих, Бехатар скрестил меч с третьим.

Одним махом перепрыгнув опрокинутую скамью, тварь бросилась на меня. Метнувшись вбок, я закатилась под стол, проползла на четвереньках и выбралась с другой стороны. В нескольких метрах темнел дверной проем.

Не помня себя от страха, вскочила на ноги, выбежала из комнаты и оказалась в маленькой прихожей. Входная дверь была распахнута настежь. Сзади послышался рык. «Сейчас схватят», пронеслось в затуманенной ужасом голове. Выбора не осталось. Я выскочила прямиком в темноту.

Сердце бешено колотило по ребрам, в ушах свистел ветер. Я бежала, не разбирая дороги, лишь краем глаза замечая черные стволы деревьев, и, чувствуя холодную землю под босыми ногами. Холод царапал кожу, камешки и прочий мусор сдирали ступни, ветки били по лицу, но остановиться я не могла. Паника охватила от макушки до кончиков пальцев на ногах. Правая лодыжка болела так, что слезы наворачивались. В конце концов, споткнувшись о здоровенный сук, я рухнула пластом.

Отдышавшись, приподнялась на полусогнутых руках и оглянулась. Никто не гнался за мной. Высоко над головой качались от ветра и потрескивали верхушки сосен, светила полная луна. Затаив дыхание, я вслушивалась в ночь, но меня окружало безмолвие. Адреналин еще хулиганил: кожу покалывало, учащенный пульс отдавался в висках.