Эльфийская академия: меч для принцессы

Глава 31. Ректорский совет ч1

Лариндель нервно  поёрзывал в ректорском кресле. Ещё бы. Все достойнейшие члены комиссии из высшего совета в настоящий момент пребывали на лечении в лазарете и находились в состоянии не только магического, но и физического истощения. Глава комиссии, Фариан Айрайн  - повязкой на обожжённом молнией лице и повреждениями глаз, остальные -  с последствиями удара вызванной принцессой молнии и сильными ожогами на теле.  К тому же менталист двадцать пятого уровня, оказался одним из королевских советников по имени Лхаай Синтейн, и именно в его присутствии нуждался сейчас королевский двор. Но Лхаай Синтейн никак не мог прибыть в столицу.  Поединок с вызванным бастардом странником превратил менталиста в недвижное, ничего не осознающее существо, способное лишь выдавать нечленораздельные звуки. Диагноз целителей не вызывал оптимизма. Ментальное истощение с возможно необратимым повреждением мозга.  Некоторые члены ректорского совета уже знали об этом. И оттого так бледна была Эллария Виллариэль, ещё не успевшая прийти в себя после схватки с гмайрами. Ведь именно на её полигоне и в присутствии преподавателя её факультета произошёл магический взрыв. И декан факультета высшей магии Тарамиэль, хоть и бесстрастен внешне, но в ауре его то и дело вспыхивают алые всполохи. Ещё бы – второй неконтролируемый выброс магии у студентки его факультета. Даже не успел восстановить разорванную когтями мантию.  Ответственный казначей Мандейль-лль-Адалейн. Лицо сморщенное как прошлогодний лист и бледное, словно шкура снежного барса. Всё ищет магическую дыру,  в которую утекли три миллиона золотых айров, полученных академией за два последних года. Плюс пятьсот тысяч за учебные пособия, миллион двести – за подготовку магов для дальних регионов Лимиэля и четыре семьсот – за подготовку магов для сопредельных дружественных стран. Здесь даже Мбайи-ль-Кавейн с его способностью к иллюзии не поможет. Да, и сам престарелый профессор, в секретарские обязанности которого входило не столько вести протокол, сколько наводить морок на отдельных членов совета именно в те моменты, в которые это было необходимо Ларинделю. Деканша факультета травологии, пятисотлетняя лиера Майра-нн-Дейн и её подруга целительница Юнайей  ллир-Байен. Сидят, уткнувшись в теллейнеры – ждут новостей из лазарета. Менталиста Аламиэль-лль Кайайна нет. На лекции. Но самое главное – отсутствует Мириэль. Возможно, конечно, он прячется где-то в кошачьем обличьи, наведя на себя иллюзию невидимости, но ни Лариндель с его хвалёной способностью распознавать иллюзии, ни даже Мбайи-ль-Кавейн не углядели его присутствия, и в протоколе заседания против его имени красутеся жирное «отсутствует».  Лариндель вздохнул. Ему определённо не хватало хвостатого друга.

- Итак, - начал он. Эллария встрепенулась и переглянулась с Тарамиэлем. - Надеюсь, все в курсе.

Согласно мнению комиссии, в учебное время на полигоне присутствовало лицо, не являющееся преподавателем академии. Профессор Виллариэль, жду ваших объяснений.

- Я находилась в госпитале…

- Я в курсе. Но…

Эллария вздрогнула и напряглась. Стиснула кулаки, спрятав их в широкие рукава блузы. Этого никто не видит, кроме Лариндэля. Ну может Мбайи-ль-Кавейн, но ему явно не до того. Внимание обратил бы Кайайн, но он на лекции.

- Вы должны были предусмотреть. И не доверять вести первое занятие у первогодок сотруднику, который числится на факультете в нарушение всех установлений. 

Злится. Лариндэль всегда видел, когда она злится. Так было и когда он объявил об грядущем объединении с академией железных рыцарей, и о своей грядущей отставке.  По рыжим волосам забегали огненные искры. Ректор нахмурился. 

- Декан Виллариэль!  После заседания представите объяснительную. 

Искры потухли. Эллария всегда была слишком горда, чтобы терпеть публичные выговоры. Но он должен был. Иначе – сам подставится под удар.

 - И вызовите Науэлла. Пусть объяснит, каким образом на защищённом полигоне вначале похитили двух адептов, а затем нанесли ущерб здоровью уважаемым членам комиссии.

 - Защита не была нарушена. Науэлл лишь вызвал иллюзию…

-  Вызовите и разберитесь.

Сам Лариндэль не ставил ей в вину произошедшее. Он сам много раз проверял все полигоны и убеждался в их полной безопасности. Но почему появились гмайры? Каким образом в считанные мгновения была снята защита, которую создавали лучшие артефакторы и боевики?

- По-моему это вопрос к службе безопасности, - заметил Тарамиэль. – И к персоналу, обеспечивающему учебный процесс. Появление принца на полигоне…

Лариндэль гневно взглянул на Тарамиэля. Со стены ректорского кабинета на членов совета  взирал лик его императорского величества. Нельзя исключить наличие магической связи портрета с оригиналом. А заодно и то, что всё, сказанное на сегодняшнем совете, в считанные мгновения достигнет ушей императора.

- Мятежника, Тарамиэль, - наставительно оборвал он Тарамиэля.  - Бастарда-мятежника.

- Прошу прощения.

Мбайи-ль-Кавейн шевельнул губами. Шепчет по-стариковски или наводит морок?  А надо бы. 

- Вопрос второй, - раздражённо произнёс ректор.  - У нас работает комиссия, возглавляемая сеем Фарианом Айрайном. И снова на полигоне факультета боевой магии произошёл инцидент. Спонтанная активация магии Алисы Мирин… 

Гневную тираду ректора прервал внезапно появившийся менталист.

- Алиса Мирин? – с недоумением воскликнул он. - Вы считаете, что это существо способно поступить на факультет высшей магии? Я просканировал её на лекции. Пустышка. Полукрестьянка с умственно отсталым братом, которая с десяти лет ухаживает за птицей, а с двадцати – работает в хлеву и в поле.  Моего воздействия даже не распознала.