Эльфийская академия: меч для принцессы

Свет мой зеркальце, ч.3.

Гладкая поверхность зеркала подёрнулась рябью. Черты лица теряли чёткость, расплывались, затягивались белёсой пеленой. Сердце гулко ухнуло. На мгновение отпрянув, я вновь прильнула к зеркалу. Будь что будет. Всё лучше, чем смерть от руки этого подонка.  В зеркале тем временем клубилась сероватая дымка. То сгущаясь, то вновь рассеиваясь, она манила меня к себе, в то же время заставляя внутренне содрогаться от ожидания чего-то важного. Важного и неизбежного. Альтернативой которому, скорее всего, была моя смерть. Затаив дыхание, я вглядывалась в туманные очертания проступавшего за ней города. С маленькими, прижавшимися друг к другу домами, узкими брусчатыми улочками и яркими вывесками на непонятном мне языке. Двери обиты кованым железом. Замки – тяжёлые, массивные. Игрушечные садики и низенькие заборы. Словно игрушечные. По улице идёт человек. Невысокий, кряжистый. С длинной седой бородой, грубыми чертами смугловатого лица и глубокими морщинами. Будто старый дуб. Древний, но всё ещё крепкий. В зелёном сюртуке, коричневых штанах до колен и полосатых гольфах. За поясом – кинжал и небольшой, перетянутый тесьмою мешок. Похож на туго набитый кошель. Движется бесшумно, несмотря на тяжёлые деревянные башмаки. Человек заворачивает за угол. Чуть наклоняюсь, чтобы лучше видеть. Шаг вперёд… Горький запах в ноздри. Будто перец или горчица. Пахнущая горчицей дымка. Она окутывает меня, затягивая внутрь… Будь что будет.

Я внутри. За зеркалом. За полупрозрачной чертой – комната. А я… Стою прямо на улице, напротив одного из домов. Того самого, на углу, у которого свернул человек. Вот только почему-то все домики слишком малы. Самые высокие, в два этажа – чуть выше меня ростом. Да и двери – почти кукольные. Мне до пояса. Где я? Пытаюсь догнать исчезнувшего за поворотом человека. В два прыжка добираюсь до перекрёстка. По краям его – два фонарных столба чуть выше меня ростом. И заросли кустарника – чуть пониже меня. Ничего себе посёлочек! А вот и он. Тот самый. Вот только человек ли? Или… гном? Он идёт вперёд. Вот только почему на улицах никого нет? Слышу топот. Похож на кованые сапоги. Чей-то зычный голос. Явно не гномий.

- Отряд, стой!  По улицам разойдись!

Гном останавливается у одной из дверей. Будто ждёт кого-то. Топот сапог всё ближе. Надо спрятаться. Вот только где?  Метнувшись в ближайший кустарник, присаживаюсь на корточки и замираю.

- Ты здесь, Дхарм? – слышу басовитый хрипловатый голос. Чуть отодвигаю колючую зелёную ветку. Вижу высокого – не чета гному – краснорожего типа в кольчуге и мечом на перевязи.

- Да, лиер, - голос гнома похож на треск сухого дерева. – Здесь.

 Гном появляется. Почтительный, скорее, даже подобострастный.  Очи долу, а правая рука многозначительно покоится на кошеле. Вот, значит. У них – то же самое. 

- Что тебе надо?

В глазах краснорожего нетерпеливыми блёстками мечется жадность. Руки в кожаных перчатках чуть подрагивают.

- Лиер, мне бы парней забрать, - робко произносит гном. – Тех, что давеча в таверне взяли. Глупые. Молодые. Майра перебрали, вот хмель и ударил в голову.

- У Ховса, что ли взяли? – глаза краснорожего впиваются в гномий кошель.  

 - Угу, - почтительно бормочет гном, расстёгивая тесёмки.

- Завтра. Здесь. Задаток – сто монет.

 Тихий перезвон, и горстка жёлтых монет перекочёвывает в широкую ладонь краснорожего, а из неё – в объёмистый карман его штанов.  

- До встречи. И не вздумай…

Душно. Боль в груди разливается холодным свинцом. Конечности леденеют… С трудом хватаю воздух… Мгновение, и неведомая сила выбрасывает меня из странного мира. Обратно, в комнату. К равнодушно посверкивающей зеркальной глади и «Истории Лимиэля» на секретере. К прячущейся по углам опасности. И к нему. Неведомому и опасному.