Эльфийская Ведьма и Драконы

18 глава

— Проводите ее в гостевые покои на третьем уровне.

Отдал распоряжение следователь стражникам, всё ещё не сводя с меня взгляда.

— Обеспечьте достойные условия. И… никаких досмотров.

Двое охранников почтительно склонили головы.

Один из них сделал жест — приглашающий, но не приказной.

— Прошу вас, госпожа.

Произнёс он сдержанно.

Я кивнула и направилась к двери, стараясь не выдать ликования.

Но стоило мне выйти в коридор, как напряжение последних часов дало о себе знать: ладони вспотели, в висках застучала кровь.

Я глубоко вдохнула, выравнивая дыхание.

По пути я невольно отмечала перемены.

Стражники, которые ещё недавно толкали меня и грубо хватали за руки, теперь держались на почтительном расстоянии.

Охранники у постов выпрямлялись при моём приближении, бросали короткие взгляды на артефакты.

Даже воздух, казалось, стал чище — будто сам статус принцессы очистил его от тюремной затхлости.

Гостевые покои оказались просторной комнатой с высоким потолком и узким окном, забранным решёткой.

Но на этом сходство с камерой заканчивалось.

Здесь были мягкие ковры, удобная кровать с шёлковым покрывалом, столик с фруктами и кувшин прохладной воды. У стены стоял шкаф с чистой одеждой.

— Если вам что-то понадобится, нажмите вот эту кнопку.

Указал один из стражников на небольшой кристалл у двери.

— К вам сразу придёт слуга.

— Благодарю.

Сдержанно ответила я.

Как только дверь за ними закрылась, я подошла к окну.

Решётка всё ещё была на месте, но теперь она казалась скорее формальностью.

Я прижалась лбом к прохладному стеклу, глядя на город внизу.

Радость была недолгой.

Вопросы, терзавшие меня в допросной, вернулись с новой силой.

Если погибшая эльфийка и правда была Наарит Иллюминэль, почему её не спасли?

И главное — почему драконы, поймавшие её, не поняли, с кем имеют дело?

Я подошла к столу, взяла яблоко, но тут же отложила его — есть не хотелось.

Вместо этого я села на край кровати и коснулась кольца на пальце. Оно слегка пульсировало, отзываясь на моё волнение.

«Кто ты, Наарит? — мысленно обратилась я к той, чьё имя теперь носила. — И что с тобой случилось?»

Страх стал закрадываться в сознание — холодный, липкий, обвивающий сердце. Если раньше я не очень задумывалась о той, чьё тело заняла, то теперь…

Всё менялось слишком быстро.

Я могла обмануть тех, кто не знал принцессу в лицо.

Но как я обману Верховного правителя эльфов?

А мать Наарит?

Она наверняка помнит каждую чёрточку лица дочери, каждый жест, каждую интонацию голоса.

Чёрт, кажется, стремясь спастись от одной беды, я вляпалась в другую — куда более опасную.

«Надо бы узнать, что с Лирой и Ульрихом», — перескочила я на другую мысль, пытаясь ухватиться за что-то знакомое, реальное.

Но тревога не отпускала.

Снова невольно вернулась к артефактам.

Почему они приняли меня?

Разве такие привязки — древние, родовые — не почувствовали бы, что душа Наарит Эллюминэль отлетела, покинула тело?

Они должны были отвергнуть чужака, а вместо этого…

Диадема мягко мерцает, колье греет кожу, кольцо пульсирует в такт моему пульсу.

Я подошла к зеркалу в резной раме.

Вгляделась в отражение.

Тонкие черты лица, светлые волосы, глаза цвета лесной тени — всё это принадлежало Наарит.

Но что-то в выражении, в глубине взгляда выдавало меня.

Я не она.

И если явится кто-то достаточно проницательный, он это заметит…

В голове всплыли обрывки воспоминаний — не моих.

Мимолётные образы: светлый зал с витражными окнами, запах цветущих экзотических цветов, мягкий голос, шепчущий заклинание.

Чьи это воспоминания?

Отголоски прежней хозяйки тела?

Раздался осторожный стук в дверь.

Я вздрогнула, резко отвернулась от зеркала.

— Войдите.

Мой голос прозвучал ровнее, чем я ожидала.

Вошёл слуга с подносом — чай, свежие булочки, мёд в хрустальной чаше.

Он поставил всё на столик, поклонился и уже собрался выйти, но вдруг замер.

— Госпожа.

Тихо произнёс он, не поднимая глаз.

— Если вам что-то нужно… или если вы ищете кого-то… скажите. Я могу помочь.

— Что ты имеешь в виду?

Я насторожилась.

Он поднял взгляд.

— Вам привет от Джемени.

Прошептал слуга едва слышно.

— И я знаю, где держат ваших друзей.

Моё сердце пропустило удар.

Лира, Финнбар, Ульрих.

Живы?

В безопасности?

— Говори.

Приказала я, стараясь не выдать волнения.

Слуга сделал шаг ближе, понизил голос ещё ниже:

— Меня зовут Эрион. Лира в тюремном блоке «Г», Ульрих — в допросной на пятом уровне. Финнбар там же, только на четвёртом уровне.

— А я где?

— Вы на девятом.

— Скажи, что их ждёт? Какое наказание?

Я затаила дыхание, ожидая ответа.

— Смерть.

Прошептал он.

Я вздрогнула.

Сердце замерло, а в груди будто образовалась ледяная пустота.

Смерть?

Смерть?!

— С ними долго церемониться не будут.

Продолжил Эрион, и в его голосе прозвучала неподдельная горечь.

— Скорее всего, завтра приговор приведут в исполнение. Публично, чтобы другим неповадно было.

Мир вокруг покачнулся.

Стены комнаты поплыли перед глазами, воздух стал густым и тяжёлым.

Мне стало плохо, и я пошатнулась.

Слуга подхватил меня под руку — вовремя, иначе я свалилась бы на пол.

Он усадил меня на кровать, его пальцы на мгновение сжались на моём локте, передавая едва ощутимую поддержку.

— Госпожа, выпейте воды.

Он протянул мне стакан, который наполнил прохладной водой.

Я взяла дрожащей рукой и сделала несколько глотков.

Холодная вода вернула меня в реальность, прояснила мысли.

Полегчало — но лишь физически.