Эльфийские Слезы. Дубликат.

***

— Мы же, в общем, не воевать хотим. Попытаемся использовать пещеру для того, чтобы получить ответы на ряд вопросов.

Между тем, влюбленного Милорна интересовало лишь состояние Малены и её настроение.

— Если ты передумала, то мы никуда не пойдем! И если тебе плохо, то мы тоже никуда не пойдем.

— Да, мне плохо, да, я никуда не хочу. Но мы все равно пойдем. Надо все закончить, выполнить задание.

— Не переживай, никакой Домар не сможет тебе предъявить претензии по поводу работы, за которую ты неосмотрительно взялась. Ну, не нашла ты ему ценный артефакт, обойдется.

— Я даже не могу сказать, нашла ли его. Странное состояние, какое— то раздвоение в голове.

— Может, ей станет легче, когда определенность появится? — предположил Нодэйр, не меняя положения. — Я не специалист, но думаю, что надо разобраться именно с Домаром. После его появления возникли трудности у девушки. Не только у нее, по слухам.

Молодой эльф многозначительно глянул в сторону Ниимут.

— Ведьмак ее, кстати, потерял и не может найти. Не знаю, какие методы использует, не могу предположить, каким образом поиск выстраивает, но мы вот видим Малену, а он не находит.

— Методов поиска много, — прокомментировала слова Милорна Ниимут. — Самый простой и наиболее действенный— это физическая связь. Он ее потрогал и уже частично наведен на девушку посредством не особо хитрых чар. Можно еще всучить человеку простенький амулет, который станет маячком. Только радиус действия у такого амулета порой весьма ограничен. Далее идут более трудоемкие варианты, но они имеются.

Тут мне вспомнилось, что Домар меня касался, сам же от рукопожатия отказался. Какой хитрец!

— Если он навредил Малене, то я его уничтожу!

— Не горячись, Милорн. Мы как раз и затеяли небольшую экспедицию по одной простой причине: требуется разобраться в ряде вопросов.

— Может, хватит уже болтать, а?

Думаруг всем своим видом выражал готовность к действию.

— Для сведения собравшихся, меня пытались убить в Оодуне. Повторная попытка, метод вызывает вопросы. Не думаю, что данное событие имеет отношение к нашему мероприятию, просто примите к сведению. Так же не думаю, что к этому причастен ведьмак. Руки у него коротки, чтобы проворачивать свои дела на священной земле эльфов.

Ниимут даже не стала вдаваться в подробности недавнего покушения.

— Отсюда следует простой вывод, да? Тебя, красавица, желают укокошить соплеменники. Всегда говорил, что эльфам следует доверять с оглядкой, ибо они коварны.

Думаруг верно оценил ситуацию. Именно остроухие настойчиво угрожали безопасности и здоровью Ниимут. Я уже об этом думал, анализируя ситуацию. Анули— вот первая кандидатка на должность подлого и коварного врага. Только с чего она взъелась конкретно на мою невесту? Чистокровный эльф, воспитанный в лучших традициях презрения всех остальных. Это мне удалось стать своим для красотки. Вроде бы Анули поперек горла всякие неполноценные, типа меня. И остальные гномы— гоблины.

— А Моринг когда объявится?

Я решил прояснить данный момент у своего свасти.

— Обещала быть, но мне она не особо и нужна, если честно. Что мы, неумелые рукожопы?

— Откуда ты знаешь такое слово?

— Я теперь еще выучил целый пласт терминов, благодаря тебе, извращенец.

— Не стоит именно сейчас демонстрировать свои познания. Я тебе охотно верю, друг.

— А вот Ниимут будет интересно узнать, какой ты порочный.

— Нет, мне это не интересно, ты опять болтаешь ерунду всякую. Между тем, дело ведь серьезное предстоит.

— Понял, умолкаю.

Драник не обиделся, я это видел. Мы уже выходили на свежий воздух, Малена чуть приободрилась и уже не выглядела ходячим трупом. Наверное, ей как— то помог Милорн. В общем, троих эльфов и одного драна хватило, чтобы открылся портал в нужное место. Мы оказались на краю поля, заросшего цветами.

— Не подходить, не трогать, — сразу же предупредил всех Милорн. — Это те самые загадочные цветочки, которые выросли стремительно. Глупая попытка подчинить себе силы, о которых ничего не знаешь. Для всего живого в Урдаруне данные растения— гарантированная смерть. Проход к пещере только один, мы рядом с ним. Но предстоит договариваться с гномами. Не уверен, что они нас пропустят.

— Никто не пытался прямо в пещеру наладить переброску? Минуя строгую и неприступную охрану?

Я ничего знал, поэтому и задавал вопросы.

— Я не слышал о таком, — ответил мне гном, сосредоточенно хмурясь. — Хотелось бы посмотреть на смельчаков. Думаю, все рискованные действия прекращены после того, как появились гадские цветочки. Это не шутки, когда непонятные растения ничем, кроме драконьего огня, невозможно уничтожить. Правда, особо никто и не пытался, ибо вдруг они дальше двинутся, захватив весь Урдарун?

— Весь? Думаю, что драконы бы оказались против, и выжгли бы всё.

На меня поглядели, как на недоумка.

— Драконы живут в горах, напасть эта добралась бы до них далеко не сразу. И жечь бы пришлось вместе с городами и поселками, оставляя выжженную землю. Ты хоть понимаешь, что они своим огнем уничтожают и почву тоже? Где с ними сражались, там остаются черные проплешины, на которых ничего не растет толком. Затягиваются эти червоточины крайне медленно, и зарастают сплошными сорняками в итоге.

— Понятно, не буди лихо, пока оно тихо, — пробормотал я. — Прям напоминает полигон по испытанью ядерных бомб. Ладно, считайте, что я ничего не понимаю.

Малена молчала, не произнесла ни словечка и стояла с безучастным видом. Казалось, что она к чему— то прислушивается, пытаясь то ли уловить непонятный далекий голос, то ли вспомнить суть задания. Ее кожа оставалась землистого оттенка, бескровные губы представляли собой узкую полоску на блеклом лице. Крайне плоха, мне было девушку жаль, и я не понимал, что с ней происходит. Не может же быть, что все это от неразделенной любви!