Элиза. Осколок тьмы

Глава 8. Один шаг назад

Глава 8. Один шаг назад

Кейли провожала взглядом Элизу и её друзей, пока те, смеясь и перебрасываясь короткими фразами, скрывались за поворотом улицы. День был жарким, солнце жгло мягко, но уверенно, заставляя воздух дрожать над асфальтом. Лёгкий ветер трепал рыжие пряди на её висках, и она, прищурившись, задержала взгляд на хрупкой, немного ссутуленной детской фигурке Элизы — та шла немного в стороне от других, всё так же не торопясь.

Когда дети исчезли из поля зрения, Кейли развернулась и неспешно зашла в дом. Дверь за её спиной закрылась почти беззвучно. Внутри было прохладнее. Тишина в доме была густой, плотной, словно оберегающей.

Она прошла по прихожей, задержалась у окна, отодвинула край светлой, чуть выгоревшей от солнца шторы, и ещё раз бросила взгляд в сторону улицы. На губах появилась тонкая улыбка.

Потом отпустила ткань, позволив свету снова рассеяться, и направилась вверх по лестнице. Шаги отдавались лёгкой сосредоточенностью — она думала, прокручивала утро, уловки Элизы, её взгляды и молчания. Наверху она прошла в свою спальню, где воздух пах её духами и старым деревом, и потянулась за полотенцем, аккуратно сложенным на кресле у кровати.

Оно было тёплым от солнца, которое только что скользило по ткани сквозь приоткрытое окно. Кейли обернула его вокруг плеч, привычным движением подоткнув край, и прошла в ванную комнату, дверь в которую вела прямо из её спальни. Тонкий свет из окна ванной легкими полосами прорезал керамическую плитку, освещая белую раковину, стеклянную душевую кабину и большое зеркало, в которое она почти не смотрела.

Она включила воду в душе, подождала, пока струя станет горячей, и сбросила полотенце на край раковины. Раздвинула стеклянную дверцу, ступила внутрь, и горячая вода обрушилась на плечи, стекая по телу, смывая напряжение и остатки пота от утренней пробежки.

Несколько минут она стояла неподвижно, позволяя воде обволакивать её, наслаждаясь теплом, ощущая, как расслабляется каждая мышца. Взяла гель, скользнула руками по плечам, по спине, смывая пот и упрямые мысли, не дававшие покоя с самого утра.

Выбравшись из душа, она обернулась в полотенце, провела ладонью по зеркалу, стирая туман с поверхности. Отражение проявилось медленно: влажная кожа, капли воды, стекающие по ключицам, и яркие рыжие кудри, прилипшие к щекам. Глаза — ясные, спокойные, с лёгким прищуром. Она просто смотрела на себя, без оценок, без мыслей, как на часть утреннего ритуала.

Кейли зашла в спальню, откинула полотенце на кровать и открыла дверцу шкафа. На вешалке висело лёгкое повседневное платье из тонкой белой ткани. Простое, но аккуратное, оно идеально подходило к её утреннему настроению. Она надела его, подсушила волосы полотенцем, взъерошила пряди пальцами и, чувствуя свежесть на коже, подошла к окну.

Раздвинула плотные шторы, и яркий солнечный свет заполнил комнату, отразился на светлых стенах и пробежался бликами по полу. Её зелёные глаза прищурились от ослепительного света, но она не отступила — просто стояла, впуская утро внутрь.

Спустившись по лестнице босыми ногами, она почувствовала прохладу деревянных ступеней. На ногтях был нежно-розовый лак с лёгким блеском, едва заметным, но подчёркивающим аккуратность.

Внизу она прошла в гостиную и опустилась на диван. На журнальном столике лежали четыре книги. Один роман — любовная история, разворачивающаяся в Париже; второй — триллер с загадками прошлого; третий — сборник эссе о внутренней свободе; четвёртый — книга о спорте и сбалансированном питании, с закладками на рецептах и советах по восстановлению.

Кейли взяла тот роман, из которого торчала тонкая закладка, и, устроившись на диване, облокотилась на подлокотник. Лёгкий ветерок из приоткрытого окна шевелил страницу, но её глаза быстро скользили по строкам. Её лицо было расслабленным, взгляд сосредоточенным. Она листала страницу за страницей, полностью погрузившись в происходящее.

И вдруг — стук. Не громкий, но чёткий. Кейли подняла глаза, чуть нахмурилась. Мысль о том, что это могла быть Элиза, была первой, но… зачем бы она стучала?

Она подошла к двери, заглянула в боковое окно. На крыльце стояла темнокожая девушка — молодая, в жёлтом льняном сарафане с мелким цветочным узором, аккуратные кудри были собраны в высокий пучок, она улыбалась тепло и уверенно, словно знала, что этот момент станет особенным. В руках у неё был букет — яркий, пышный, обёрнутый в светлую матовую бумагу.

Кейли открыла дверь, и вместе с утренним воздухом в дом ворвался тонкий аромат жасмина, исходящий от букета. Девушка вежливо поздоровалась: — Доброе утро. Кейли?

— Да, это я.

— Вам доставка. Пожалуйста, распишитесь, — она протянула планшет.

Кейли взяла его, недоумённо покачала головой: — Я ничего не заказывала.

— Это передали для вас. Без комментариев. — она улыбнулась шире.

Кейли расписалась, поблагодарила, аккуратно приняла букет и, прикрыв за собой дверь, задержалась в прихожей. Она вдохнула аромат цветов — насыщенный, свежий, — и на мгновение просто постояла, держа их перед собой. Затем прошла в гостиную, опустилась на диван, осторожно поставила букет рядом и, наклонившись, стала разглядывать цветы. Между стеблей, она заметила небольшой свернутый листок бумаги. Аккуратно вытянув его, развернула.

Ровным почерком было написано:

«Прошу прощения, если показался навязчивым. Иногда я бываю слишком настойчив — не из злого умысла, просто не всегда умею отступать вовремя. Надеюсь, букет поможет простить меня.

P.S. Конфеты, которые должны были идти с этим букетом, сейчас у меня в заложниках. Верну их только после официального прощения.»

Внизу стояла подпись: Дэвид Бейкер.

Кейли невольно улыбнулась. Настроение сдвинулось, появилось лёгкое тепло внутри — не что-то значительное, но приятное. Он был ей симпатичен, пусть они и виделись всего пару раз, но она замечала — его присутствие не раздражает, а даже вызывает интерес. И всё же в глубине оставался страх: если подпустить его ближе, если открыть хоть часть своей жизни — можно потерять куда больше, чем просто возможность улыбаться вот так просто.