Элизабет во тьме

Глава 3

Церемония закончилась, народ начал расходиться, а я замерла на месте  статуей, боясь пошевелиться, даже вздохнуть.  Казалось, стоит мне “ожить” и это спровоцирует окружающих  подойти и поговорить со мной. Будто любое моё движение станет отмашкой сочувствующим. В пристальных взглядах читала похожие раздумья. А я совсем не чувствовала себя в силах с кем-то разговаривать. Потому была благодарна друзьям, незаметно снова построившим стену вокруг меня. К счастью, их действия удержали большинство людей и нелюдей от общения. Я говорю большинство, потому что всегда найдется один, которому плевать на какие угодно намеки.     

В данном случае «единственной» была тетя Грейга Мириам. Не самый приятный собеседник и в хороший день, составляй я список людей, с которыми мне меньше всего хотелось бы пересекаться сегодня, ее имя было бы первым. Мириам. полная, уже не молодая женщина, несла себя с удивительным достоинством. В родне у нее, кроме всего прочего, отметились драконы, что, как она считала, давало ей право относится к “низшим расам” с презрительным безразличием в лучшем случае, но обычно с брезгливостью. Шушева расистка. С людьми она не определилась, вроде как сама к человеческой расе принадлежит, да и в  мире, где семеро из десяти человек смески, и не каждого сразу вычислишь по сопутствующим признакам, трудно было бы быть особенной. 

Сейчас Мириам плыла через зал, как огромный великолепный лайнер, разрезающий морскую гладь. Своим видом она вызывала восхищение - у тех, кто ее не знал, и отчетливое, даже навязчивое желание увидеть момент ее крушения - у тех, кому не посчастливилось быть с ней знакомыми.  Многострадальный муж утлым суденышком плёлся в фарваторе всего этого слегка колышущегося роскошества, взявшего курс на столкновение со мной.

Ник крепче сжал мой локоть, в его глазах угадывался вопрос: хочу ли я, чтобы он избавился от нее. 

― Я разберусь с этим, - прошептала я. Несмотря на обстоятельства, это не его битва.

Дивный корабль “Мириам” и лоцманский борт “ дядя Тилимон” добрались до нас, увы, без столкновений в пути.   А ведь неверная походка тёти Грейга вселяла надежду до последнего, но дядя Тиля бдил. И я знала точно, дорогущие туфли от “Эльбутэна” - как только они застегнулись на её ногах? - могли взять на себя лишь часть вины за  неустойчивость Мириам, она любила выпить за обедом несколько бокалов (читайте, бутылок) вина. Или иногда вместо обеда. Пышную чуть  пошатывающуюся фигуру  с легкой ноткой провокации обтягивал костюм от “Фай Фай”.    Феи всё-таки великие мастера швейного дела. Потерять лицо в одежде от фейских брендов невозможно. Даже гоблин в шарфе от “Фай Фай” или “Фуйччи” потянет на  красавчика.

Эту встречу надо просто пережить, утешала я себя, готовясь к разговору с женщиной, у которой такта, как у стада бизонов в период гона. Кроме того, она всегда должна была сказать первое и последнее слово. И большинство промежуточных.

― Я подумала, что должна сообщить тебе, как мне жаль было узнать о смерти Грейгориза, - начала она с соболезнования в своей неповторимой манере, в ее голосе звучало на пару капель больше искренности, чем у пастора в прощальной речи.

Только Мириам звала моего мужа полным именем - Грейгориз. Он ненавидел это имя и постоянно просил ее не использовать его, но Мириам дела нет до чужих чувств и желаний. 

―  Хорошо, что вы нашли время прийти, Мириам. Я уверена, он это оценил бы. - 

На самом деле, будь он жив, он порадовался, если бы она переехала в другую страну, Или, что еще лучше, на другой континент.

― Я всегда говорила, что он плохо кончит, если продолжал общаться с этими сомнительными личностями. Если бы он стал бухгалтером, как мой Уильям, я уверена, всего этого можно было бы избежать. Мужчине нужна уважаемая работа. Никогда не услышишь, что кого-либо из друзей Уильяма из загородного клуба убили, - даже в такой ситуации она не удержалась и прочитала мне лекцию. Мириам относила любого мужчину, который ездил на мотоцикле, имел татуировку или не работал с девяти до пяти, как "сомнительную личность". 

        Большинство наших ближайших знакомых попадали в одну из этих категорий, в то время как сын Мириам, Уильям, был примерно таким же увлекательным, как медуза, и таким же беспозвоночным. Жена Уильяма, к слову, тоже была не в восторге от него. Только на прошлой неделе я видела, как она, спотыкаясь, выскакивала из гостиницы «Грани» на окраине города в компании симпатичного доставщика пиццы из «Джузи». С довольной улыбкой, какая бывает у женщины после отличного секса, она деловито поправляла  трусики, ухватив их краешек прямо через юбку. “Грани” одна из тех гостиниц, где обязательно есть номер для молодоженов, с зеркальным  потолком, кроватью с функцией массажа и кристаллами с порно на любой вкус. Тем не менее, это были похороны, и я не хотела устраивать сцен, поэтому оставила эту милую историю при себе. 

― Он сам принимал решения в жизни, Мириам.

― Несомненно. Некоторые решения были не самые удачные, - сказала она, многозначительно посмотрев на меня, не оставляя сомнений в том, какое его решение она имела в виду. Тётя Грейга была уверена, что я трофейная жена и золотоискательница. Я знала это, потому что она сказала это моему мужу примерно через неделю после нашей свадьбы. Никаких поздравлений. Никаких “любви и счастливой совместной жизни”. Я думаю, ее точные слова были: “Ты что сделал? Она проститутка? Надеюсь, у тебя хороший адвокат”. Как я уже говорила, Мириам очень высокого мнения обо мне. 

Пока я отчаянно сопротивлялась зову “Мамбы”, - я знала, Ник всегда носил этот пистоль  на лодыжке, - “сама тактичность” продолжала: 

― А что касается той охранной компании, которую он основал… - она покачала головой, и ее двойной подбородок дрогнул, не поспевая за движением, - Грейгориз мог бы сибаритствовать, путешествовать по миру. Но что он решил сделать? Устанавливать охранные сигнализации и советовать старушкам,  какие замки ставить на входные двери. Пустая трата сил и времени, если спросили бы меня.