Элизиум. Книга 2. Рассвет

Элизиум

– Чт-то за нелепость… – скривил губы Коллингвуд, глядя в окно из-за отодвинутой портьеры. – Я их не па-приглашал!

– Они вооружены? – с дрожью оскалилась мадам Бонно.

– Доннерветтер! Вас фюр айн… – пробормотал фон Кербер. – Польковник! Что это?

– Подготовка к штурму, – мрачно промолвил Гиббс.

– Но… но они же видят, что дом необитаем?

Бонно забегала глазами и, на всякий случай, отступила от окна.

– Нужно всем сообщить! – проворчал полковник, затушив сигару о цветочный горшок. – Где Рейнеке? Он должен быть в курсе!

Новость о нежданных визитерах стала распространяться по дому, как запах гари. Оркестр стих. Лакеи и официанты, позабыв свой долг, вслед за всеми устремились к окнам.

– Рейнеке, что это? – в оскорбленном недоумении хлопая глазами, спросила Хантингтон.

– Вам стоит задать этот вопрос нашему епископу, графиня, – лениво ответил Рейнеке. – Он лучше меня разбирается в символах и знамениях.

Епископ Атчерсон, бледный и помертвевший, ссутулившись в кресле, скорбно думал о чем-то своем. Он был сам не свой, с той минуты, когда Евгений и Беннетт вдруг поменялись ролями, а священная месть обратилась в балаган.

В дверь постучали.

– Мы им откроем? – глухо спросил Себастьян, глядя на Рейнеке.

Тот кивнул:

– Да.

Двери растворились, и в холл медленно вошли двое в офицерских мундирах, один в штатском костюме и пара солдат, держа наготове винтовки.

Их встретило с полсотни настороженных пар глаз.

– Ч-чем обязан? – сипло выдавил из себя Коллингвуд.

Джентльмен в штатском, поймав на себе требовательный взгляд одного из офицеров, не слишком уверенно произнес:

– В соответствии с Законом о государственной измене, все члены организации «Крысиный король» подлежат аресту! Дом окружен. При сопротивлении или попытке к бегству, по вам будет открыт огонь на поражение!

Рейнеке выступил вперед.

– Отличная шутка, сэр!

Он тихо, но от души рассмеялся и игривым жестом дал публике понять, что сказанное весьма забавно.

«Крысиный король» разразился нервно-фальшивыми смешками. Ироничное спокойствие Рейнеке возымело действие, однако в мощи карательной длани государства до сих пор не сомневался никто.

– Это не шутка! – выдохнул представитель власти, покрывшись испариной.

Мелькнула желтая вспышка.

Джентльмен, простояв пару секунд, как-то вдруг по-театральному медленно упал на колени, а потом рухнул лицом в пол.

Новая вспышка. Офицеры, с потухшими глазами, повалились, как подрубленные деревья.

– Это не я! – воскликнул Рейнеке, возбужденно замахав руками.

Один из солдат вскинул винтовку, но третья вспышка вышибла из него жизнь.

Его товарищ, опомнившись, издал чудовищный вопль и бросился вон из дома – смерть нагнала его за порогом.

Никто уже не смеялся.

На полу лежали пять трупов.

Рейнеке развернулся и, как ни в чем не бывало, со скучающим видом направился в гостиный зал.

– О, мон дью! Рейнеке, как можно?! – подскочила к нему мадам Бонно. – Вы… вы зашли слишком далеко!

– Это не я, – беспечно повторил Рейнеке.

– Если не вы, то кто?! – взвизгнул Берни.

Карлик Питер подал старому Себастьяну знак: провел себе по горлу большим пальчиком.

– Дела-а… – проскрипел дворецкий, в страхе рыская глазами.

Рейнеке проследовал в дальний угол гостиной, где развалясь в кресле, похожий на несвежего мертвеца, спал пьяный вусмерть Тиняков.

Рейнеке подхватил его и без труда приподнял одной рукой, как тряпичную куклу.

– Что все это значит? – ощерился Синклер.

– Я объявляю о закрытии нашего клуба! – с ледяной улыбкой торжественно возвестил Рейнеке.

Его и Тинякова вдруг заволок черный столб ирреального дыма. Всё увидели, что на месте Рейнеке вырастает страшное существо, укутанное в тёмный балахон, с длинными когтистыми пальцами и острозубым оскалом на сером подобии лица. Спящий Тиняков лежал у него на сгибе локтя, как младенец.

Раздались испуганные возгласы.

– Это ведь было очевидно, друзья мои...

Он обратился в дымный вихрь и, как снаряд, с оглушительным звоном вылетел в окно и унесся в ночь.

На пол упал ботинок Тинякова.

Повисла пронизывающая тишина.

Все вдруг заметили баронессу Бернгардт – она стояла в дверях, с Селеной по правую руку и с Иоганной по левую.

– Миледи! – воскликнул Синклер. – Вы видели, да?! Этот паршивый…

Он не докончил фразы.

Град пуль обрушился на особняк, решетя стены и взрывая стекла.