Ёлка для злого дракона

Живые ёлки, огненные шары и я, немного поехавшая крышей

Раанвир кинулся следом за ёлкой, а я, забыв обо всём на свете, кинулась уже за ним.

— Не трогай ёлку! — кричала я, всем сердцем чувствуя, что если Раанвир догонит ёлку, то от неё в лучшем случае останутся одни головешки.

А мне что, потом в лес за новой идти?

— Она для праздника!

Я перелетала через несколько ступенек сразу, не оглядываясь; мчалась какими-то коридорами, залами и снова лестницами и переходами.

Лыжные ботинки, явно не предназначенные для бега, не гнулись, скользили, и я чудом не падала на крутых поворотах. Догнать же Раанвира смогла только тогда, когда он уже загнал ёлку в угол и грозно наступал на неё, держа в руках два огромных огненных шара!

А ёлка — моя милая ёлочка — сжималась в углу всё сильнее, трясясь всеми иголочками.

В голове что-то щёлкнуло.

Сожжёт. Вот точно сожжёт и даже не поморщится.

О том, каким образом Раанвир вообще держал в руках огонь и почему пламя было в форме идеальных шаров, я просто не успела подумать.

Из последних сил я рванула к нему и, с криком «нееееет!», толкнула его в тот момент, когда он замахнулся, собираясь швырнуть огненный шар в ёлку.

Один шар ударился о стену, подпалив штору вместо ёлки. Второй, скользнув по моей руке, обуглил кожу и, словно лава, пополз вниз по полу.

— Идиотка! — гаркнул Раанвир, резко прижимая меня к себе одной рукой, а другой как-то странно взмахнул и вокруг нас тут же закружил настоящий снег.

Пламя погасло, а я… кажется, сошла с ума.

Закрыла глаза и замерла не зная что мне делать дальше.

— Покажи, — услышала я грозный рык над своей макушкой. — Руку покажи!

Я, не открывая глаз, махнула головой.

А может, я в коме и всё это мне просто снится?

Я слышала новый, злой рык; чувствовала, как Раанвир потянул мою ладонь и разгибал зажатые в кулак пальцы. Я боялась открыть глаза — настолько, что даже боли от ожога почти не чувствовала.

Но лёгкий холодок нежно скользнул по моей руке, и я всё же приоткрыла один глаз.

Раанвир наклонился к моей руке и дул на обожжённое место.

Я бы отнеслась к этому как к наивному действию (в такие «подуть и всё пройдёт» верят только дети), если бы воздух, который он выдыхал, не был зелёного цвета.

Зелёный туман опутал мою руку, и словно по волшебству на ней исчезли вздувшиеся пузыри, затем спала припухлость и ушла краснота. Через пару секунд моя ладонь снова стала как прежде — такой же, как до того, как по ней скользнуло пламя.

— Магия какая-то, — прошептала я, не веря своим глазам. Раанвир на это насмешливо фыркнул, а затем резко крикнул, отворачиваясь к ёлке:

— Стоять!

— Не трогай её! — позабыв о руке, тут же вцепилась я в одежду Раанвира, не давая ему подойти к ёлке. — Она хорошая!

— Это энт, — зло прошипел Раанвир, но больше к ёлке не рвался. — Вредитель. Вор. Разбойник.

— Это новогодняя ёлка, — не сдавалась я. — А вот если она не будет спокойно стоять наряженной, вот тогда ты её и спалишь.

Сказала и только потом поняла, что именно ляпнула.

Бедная ёлка перепуганно вытянулась по струнке и застыла, боясь пошевелиться. Раанвир прищурился и смотрел на меня с явным недоверием, но отступать было некуда.

— Дай ей шанс, — уже спокойней произнесла я. — Сегодня праздник. Пусть побудет эту ночь с нами, постоит наряженная и красивая, а завтра, если захочет — пусть идёт в лес.

— С нами? — Раанвир выразительно выгнул бровь.

Ой. Кажется, я всё-таки окончательно поехала крышей.

А вот так Раанвир гонялся за Ёлкой