Ёлка и Новогодние письма

Ёлка и Новогодние письма

Понедельник, как водится, день тяжёлый. Особенно, когда ты только навела порядок в собственном кабинете. Симур Еврганыч - уже бывший зам, передал мне свою вотчину и козликом ускакал на пенсию. Я вздохнула, мне бы его радость. А все потому, что я потом долго прибирала кабинет.

Находя «подарки» в виде позабытых в столе бутеров, глядя на которые, я понимала, что там зародилась новая цивилизация, и именно я, их Апокалипсис. Но делать нечего – мусорное ведро и прощай тухлый бутер. А еще, я разбирала документацию и наводила свой порядок. Убрала всякие Рождественские прибамбасы, поставила на стол органайзер с канцелярской мелочью. И...

– Заместитель директора Ёлочка Рождественская, вас вызывают в кабинет Санта-Клаус. – Голос Альбины Николаевны снова разнесся по цехам.
А я только поставила чайник в надежде сгрызть пару печенек под кофеёк, но видимо, не судьба. Благо мой кабинет рядом с начальником, а эта швабра на весь завод орет. Могла бы и размять жирные ляшки.

Выходя из кабинета я глянула на себя в зеркало – хороша, вынесла я вердикт. Строгий брючный костюм, цвета бордо и нежная кремовая рубашка смотрелись неплохо. А добавить лодочки на маленьком каблучке? Уфь!

Правда если вспомнить как я носилась по магазинам, дабы отыскать, что-то подходящее. Лучше не вспоминать. Потому, что я ношусь ураганчиком с недовольной миной, из магазина в магазин. То мне не нравится покрой, то верх отличный, а брюки или юбка, такое фу, что смотрится на мне как на курице ангельские крылья.

Стук в дверь, снова молодецкое «Уэх!» и я на ковре перед начальством.
– А повышение тебе к лицу Рождественская, – одобрительно кивнул босс, – я не прогадал.
– Премия больше к лицу шеф. – Съехидничала я.

– И это тоже, но я тебя вызывал не для комплиментов. – Снова серьезное лицо, я уже боюсь, честное рождественское! – Дед Мороз просит нашей помощи. У него не кому читать и сортировать письма, а ты, насколько я помню, приходила к нам как раз сортировщиком.
– Да шэф, все верно, сортировщиком. А потом прошлась по всем цехам, так что я универсальный солдат. В чем конкретно заключается моя помощь?
– Надо подобрать и научить персонал. Белки, ёжики и прочая живность хорошо конечно, но нужны профессионалы, закончилось время кукол и машинок. У детей другие желания, в которых зайчики не разбираются. – Шэф вздохнул.

Да, есть такая проблема. Чего только эти «Айфоны» стоят. И как итог – зайки в обмороке. – Белки прячутся в дупло и отстреливаются орехами, с криками: «– Пошли вы на хер со своим Иксбоксом!»

– Так что собирайтесь и завтра вы едете в командировку в Россию.

Я коротко кивнула, получила сопроводительные документы, "Ц.У.» на случай зайкоапокалисписа" и отбыла в родные хоромы. Весело мне живётся, из огня, да в полымя.

Доброе утро – начинается в обед, но это не про меня. В восемь утра, меня, сонную зомбарьку, везли в аэропорт. Гир, пока я пускала слюни на заднем сидении, в надежде доспать это утро, заехал кофейню. И взял мне «ведро» капучино, боги небесные! Я влюбилась в него по второму кругу.

Пять минут, полет нормальный, но я все равно вцепилась руками, ногами и зубами куда только можно. Ну боюсь я, чё теперь? Пара часов на иголках и я в России.

Когда я спускалась с трапа, то уже поняла – тут трендец! У нас конечно бывает холодно, но тут! Это ужас, я даже в своей супер теплой шубе и валенках замерзла. Аш сопли под носом, сосульками звенят. Как окажусь в городе надо подзакупиться трусами с начёсом и все, что только можно с начёсом, а то за неделю окачурюсь.

В зале меня уже ждали, даже мои чемоданы забрали. А встречали... Снеговик с белками. Белки тут кстати занятные, в кокошниках и нарядных пестрых сарафанах, под ними накрахмаленные рубашки. Чудно.

Меня усадили в закрытые теплые сани, заряженные тройкой коней-тяжеловозов. Внутри было мягонько, тепленько, меня даже отогрело малясь. Как уснула, не знаю, но очнулась от остановки моего транспорта. Когда выползла оттуда уже вечерело, м-да, далекова-то завезли. А что, красиво, ёлочки в снегу, а этого снега – по пояс. Морозный воздух прочищает лёгкие и мозги. Ещё б не было минус сорок и совсем ляпота была бы.

Мне выделили маленький домик возле завода, как раз для таких ситуаций. Одноэтажная избушка такая, с русской печью и одной спальней на чердаке. Слава небесам хоть свет и туалет есть. А то я уж думала придется бегать во двор, задницу морозить. А вот с душем бяда, хочешь помыться – топай в баньку.

В помощницы мне выделили шустренькую молодую белочку. Если бы не она, я б наверное загнулись тут, она меня на пороге взяла в оборот. Втащила в растопленную баню, прогрела, веничком отходила. А потом на кухню, пить горячий чай с пирожками.

Пока я лопала, белочка сбегала домой и притараканила теплые носки, подштаники, свитер и шапку с шарфом. А самое классное – это варежки на резинке, чтоб я не потеряла.

Утро началось! Хорошо оно началось. С блинчиков политые медом и взвара малинового. Ум, как вкусно! Через неделюку такой кормёжки и домой покачусь колобком, а не полечу. Нацепила все что только можно, да потеплее потопала на завод (какое громкое слово!).

Одноэтажное здание, с покатой крышей и все как надо, но маленькое такое, у нас один цех там поместился бы. Внутри тепло, белочки шустро мастерят игрушки, я же огляделась. В углу сидел Дед Мороз и мастерил сам игрушки, миленько.

– Доброго утречка Ёлочка! – Меня встретили мягкой улыбкой и обняли как родную. – Ну пойдем почаевничаем, да поговорим с тобою. – Сказал дед, делая ударения на буквы о.

Небольшая комнатка с рабочим столом, заваленный до верху письмами. Дед видимо смутился беспорядку и щёлкнул пальцами, бардака как не бывало. Интересненько девки пляшут. Мне сунули в руки громадную чашку с медовым чаем. Сам дед взял такую же и поставил на стол плошку с пряниками , сахарными сухариками и печеньем.

Кушать не хотелось (после такого завтрака-то) поэтому я вяло пила чай и макала сухарик.

– Дедушка Мороз, а это единственный завод у вас или ещё есть? – Первая прервала молчание
– Да, одинешенек он у нас, трудимся в поте лица круглый год.

Я заглохла на минуту, а потом продолжила.
– Надо расширяться, не правильно так, а магия ваша насколько велика? – Припомнила я исчезновение макулатуры. – Можем ли мы здание переделать?
– Отчегож нет, можем все. Пока в меня верят я много могу. Чаек откушаем да примемся за дело. – Потёр руки дед, а ручки крепки, у работе привыкшие, мозолистые.

Не долго мы чай пили, не было нужны рассиживаться. Мы вышли в зал и я начала командовать, а Дед исполнял. Для начала увеличили площадь, разбили на секторы, каждой игрушке – свой цех. Отдельно пекарня и кондитерская. Удобный кабинет для Мороза и специальный отдел для писем. Отсек для тех, кто будет вскрывать и читать, дальше где сортируют по желаниям. И последний, для высчитывания кого, чего и сколько.

Дедушка Мороз щелчком пальцев все исполнял. Я только ахала. Но довольно быстро себя взяла в руки. Теперь нужно найти кто этим всем будет заниматься.

Вместе с хозяином мы отобрали из работников ху из ху, назначили бригадиров отдела. Я даже расщедрилась и рассказала несколько секретов для лёгкости труда. Отдельно создали технический отдел, для новомодных гаджетов, правда он пока пустовал.

Стало легче. Теперь с письмами надо решить проблему
Я крепко задумалась. Кто может этим заниматься? Тот кто любит читать и зануда настолько, что не пропустит ни строчки, ни изъяна и доложит все как есть. Точно!

– Дедушка, а у вас же Домовой есть?
– Есть конечно, отчего ж ему не быть. – Дед подмигнул. – Тихобор! Выходи, перед Ёлочкой покрасуйся.
– Ёлочка значит, – прямо посреди комнаты появился старичок, росту по пояс мне, – хороша девка. Неужто мне в невесты? – Хитренько улыбнулся домовой.
– Простите почтенный, но я уже просватана, свадебка скоро.
– И чагось хотели тоды от старика? – Скуксился домовой.

Пришлось рассказывать, что мне нужно. Домовой выслушал меня и испарился. Своим докладывать пошел.

Рук-то нужно прилично. Зато им дело, современники не верят в домовых, хоть они и есть в каждом доме. А тут, вон, душу отведут, делом занятые. Прождали не долго. Домовые дали согласие, но, с условием, им нужно перо волшебное. А оно у Змея Горыныча хранится. Ну вы поняли, да? Мне кабздец.

Вечером пришла домой уставшая, как собака. Меня покормили, в баньке попарили и спать уложили. Выспалась – как в раю, чес слово! Мягкая перина в которой утопаешь по самый нос, мягонькая подушка и одеялко. Надо дома себе такое же ложе соорудить, тепло, уютно.

Утром я в компании своей белочки-выручалочки потопала к Горынычу. Морозу спасибо, он перенес нас поближе к его логову, а то месяц бы добиралась.

– Хозяин, отворяй ворота! – Пропищала белочка. – А то молодцев тут нет, силушки не откуда брать!
Это она тонко подметила, потому, что хоромы у змея, здоровущие, двери и тролль не откроет.
– Чего надо пигалицы! – Прорычали в унисон все три головы. – Я доставку еды не заказывал!

Охренел драконище чтоль, жрать меня ещё захотел. Щас я ему хвост бантиком скручу!
– А вам и не стоит кушать, вон зад как отрастили! – Язык мой – враг мой! Но слов обратно не вернёшь.
– А тебе мясца бы стоило нарастить, тощая, словно шпала. – Змей-то с прикольцой оказался. – Заходите уж, а то замёрзли небось.

Дом у змея оказался приятный, правда ощущение у меня было, что я в дом к великану попала. Нас напоили чаем с брусничным вареньем, уж очень его драконище уважал оказывается.

– Так зачем пришли красавицы? – Горыныч хитро глядел на меня.
– Перо нам нужно хозяин, волшебное, для Деда Мороза. – А чего ходить вокруг-то.
– Перо значит, дам я вам его, только, мне обещание нужно от вас, что мое письмо доставите Морозу.

Мы с белкой переглянулись и кивнули. Не ожидала я, что так легко получится. Мне передали коробочку с пером этим, и письмо.

Когда я спросила, что за перо, ответ мне дали развернутый. Оказалось, что хитрые домовые самопишущее перо захотели. В принципе мне без разницы кто писать будет, главное не курица лапой.

На заводе меня встретили всем скопом, думали сожрали меня, а хренушки! Перо отдала, всем все объяснила и к Морозу на поклон пошла. Письмо-то надо в руки ему отдать. Лично!

Дедушка встретил просьбу с доброй улыбкой. Оказалось давно он письма от старого друга ждал. А все к нему боятся ходить. Моя милая белочка вызвалась стать почтальоном. Дед одобрил. Заодно и ещё пару адресов подкинул, к кикиморе и Бабе-Яге. Белка струхнула сначала, но в руки себя взяла быстро.

Прошла неделя. Всех обучила, производство наладила. Красота стала неописуемая, а главное, все письма читаются, все желания исполняются, а значит, в Дедушку Мороза верят.

Домой приехала в обновках. Счастливая. Перелетов уже не боюсь, Бабушка-Яга снадобье дала крутое. Зайки кучу вязаных вещей подарили, а Дед Моз шубку новую наколдовал в подарок, я стала почти на Снегурку похожа.

Гир в аэропорте не узнал, а потом ворчать начал. Мол, всякие колдуны, у него без недели жену, увести решил. Я конечно поржала. Но уверила, что он мне не то, что в дедушки, а в пра-пра-прадедушки годится. Успокоился, но от себя далеко теперь не отпускает. Чудной он у меня, но любимый.