Элли, Элла и Корона

Продолжение 15

Франциск не интересовался подробностями, а вот король Карл с удовольствием выслушал от своих людей доклад об истерике, устроенной графиней после прочтения письма. Красавица дала полную волю горячему южному норову, от которого в тот день пострадала не одна горничная. Хотя, по мнению короля было совершенно глупо запугивать прислугу, требуя признаться, кто выдал тайное увлечение госпожи. Глупее, пожалуй, было только устраивать «тайные» свидания в маленьком, переполненном знатью, курортном городке.

Ну и поделом. По большому счету, Карл не питал никаких иллюзий насчет высокого ума метрессы сына. Потому что одно дело – вовремя подставиться вдовому графу, соблазнив стареющего мужчину юностью и свежей красотой а другое дело – надолго удержать молодого принца. Взрослой женщине не нужно большого ума, чтобы соблазнить мальчишку. Но его интерес к любовнице нужно поддерживать постоянной новизной, состязаясь при этом как с более юными, так и с более титулованными соперницами.

Почетные гостьи, тем временем, готовились к отъезду. Оставались в запасе пара вечеров и приемов, когда герцогиню Людовику и Элинор пригласили на приватную беседу в королевский кабинет.
- В общем, дорогие родственницы, я думаю, что нам пришла пора прояснить несколько важных моментов. – Сказал он, когда все удобно расположились в креслах.
По лицу присутствующих дам сложно было прочесть, что они сейчас испытывают. Разве что Элли сплела пальцы лежащих на коленях рук, стараясь не выдавать лишних эмоций.
- По этому поводу Его Высочество хотел бы сказать нечто важное. – Добавил тем временем Его Величество.

Франциск встал, вытянулся во фрунт, словно на военном параде. Ему пришлось немного прокашляться, чтобы голос звучал, как обычно, но кронпринц быстро справился с волнением.
- Ваша Светлость! – Обратился он к герцогине Людовике. – Я, Людовик Карл Франциск фон Виндабонна, наследник королевств Кльостеррайх, Магиариа и других земель, прошу у вас руки вашей дочери, принцессы Марри Софии Элинор из дома Гроссенгофф. – Принц сделал короткую паузу, вдохнул и добавил уже чуть менее пафосно. – Ради моих высоких чувств и для союза наших государств.

Герцогиня Людовика, выслушавшая положенную тираду с лицом, исполненным надлежащего случаю величия, чуть склонила голову, выражая таким образом свою благосклонность, и ответила.
- Ничто не доставило бы мне большего счастья, Ваше Высочество. Однако же, последнее слово за Элинор.
- Я б радостью принимаю ваше предложение, Ваше Высочество. – Все роли в этом спектакле было расписаны за столетия, и каждый из участников прекрасно знал свою партитуру. – Ради… Ради моих чувства к вам и для блага наших государств.

Когда все любезности были сказаны, все пальчики поцелованы и все материнские слезы благополучно вытерты батистовыми платочками, герцогиня Людовика взяла слово.
- Это все замечательно, но как же мы успеем в такой короткий срок уладить все формальности?
- А мы и не успеем. – Развела руками королева Элинор. – Ми с Его Величеством были бы только рады, чтобы все поскорее завершилось свадьбой. Но детям, увы, понадобилось немного больше времени, чтобы обрести друг друга, чем мы ожидали.

Герцогине ничего не оставалось, как сделать вид, что поверила. Однако, вопрос так и остался без ответа. Король Карл, как обычно, взял «ответственность за судьбу королевства» на себя.