Эллиада из Ровары

Стена пала

Сумасшествие настигло город, тут и там кто-то кричал, бегал и паниковал. Это месиво из магических существ и других жителей города совсем не было похоже на прежнюю Ровару, полную гармонии. Эллиада бежала к городской стене, где уже собралась куча народа. Она уже потеряла из виду своих подопечных, впрочем, сейчас ей не было до них дела, ее волновала лишь стена. Любой роварианец с детства знал, Главная городская стена, как ее прозвали жители, была важнейшей частью города. Она была выстроена сильнейшими магами из волшебного растения, которое невозможно было разрушить, она составляла основную оборону города, не пропускала магию во внешний мир, ее невозможно было разрушить. Однако, то, что происходило сейчас, означало, что стена разрушена…

Девушка подбежала к толпе и, растолкав собравшихся в разные стороны, ошеломленно распахнула глаза: зеленая, величественная стена покрылась инеем, по траве от ее основания начал распространяться лед, от всего вокруг веяло диким холодом. Раздался резкий хруст и возглас толпы, по обледенелой стене пошла огромная трещина, расползаясь паутиной, убивая последнюю надежу на нерушимость стены. Времени больше не было, нужно было действовать, у эльфийки не осталось и толики сомнения. Конечно, войны и битвы были, и нередко, однако, они проводились на нейтральной территории, сама столица считалась неприкосновенной. Однако, сегодня это правило рухнуло так же, как вот-вот рухнет городская стена. Размашисто развернувшись, Эллиада уже хотела побежать к замку, но это оказалось ненужным.

В начале дороги показался золотой блеск, особенно ярко выделяющийся на фоне, окружившего Ровару холода и серости. Это была армия Короля Люниана, с ним во главе. Около сотни солдат в золотых доспехах, на великолепных конях прошли к стене. Король был высоким, статным мужчиной с длинными по пояс черными волосами и величественными янтарными глазами. Он, подойдя к стене и положив руку на холодные растения, тихо произнес:

— Du prøver å beskytte oss, takk, — Эта короткая фраза привела большую часть собравшейся толпы, как и тебя, мой друг, в полное недоумение, и это понятно, однако, для Эллиады эти слова имели смысл. Дело в том, что сказаны они были на древнеэльфийском, языке уже давно используемым лишь монархами и мудрецами, но девушка, будучи в детстве крайне любопытной, попросила отца выучить ее и этой грамоте. Тихо, в ошеломлении, Эллиада мысленно произнесла эту фразу на более распространенном наречии:

«Ты пыталась защитить нас, спасибо»

Это простое предложение заставило Эллиаду открыть рот в изумлении, оно означало конец. Король разрешил стене сдаться. Девушка стала искать глазами отца, среди сотни солдат в золотых доспехах, однако, того не было видно, зато были слышны указания короля солдатам:

— Оружие наготове, встать в боевую позицию, стена продержится еще полчаса, не больше! За ней вражеская армия, и судя по их первой атаке, не слабая! Держаться строя, всеми силами защищать горожан, — громкий, строгий и серьезный голос Короля настроил солдат воинственно, они сразу преступили к выполнению заданий. Эллиада же побежала искать отца, попутно вслушиваясь в то, что говорил горожанам Король:

— Главное не паниковать, я и наша армия в состоянии защитить народ от нападений, те, кто уверен в своих силах и хочет защитить столицу, оставайтесь и отдайте свою честь за Ровару, остальные же проведите женщин и детей к замку, там вы сможете укрыться и обеспечить себе безопасность…

Король говорил что-то еще, однако, эльфийка его уже не слушала, она бежала в самую гущу толпы, на поиски отца, и чем тише становился голос короля, тем понятнее было — безопасность уже никому не обеспечить.

«Нужно найти его» — крутилось у девушки в голове.

***

Король был прав, с каждой минутой стена выглядела все хуже и тоньше, было ясно — долго она не продержится, так что подготовка к обороне шла полным ходом: солдаты выстроились в шеренги, самые смелые горожане встали рядом с ними, другие же проводили эвакуацию остальных жителей. Именно в числе людей, контролирующих тыл, Элли и нашла своего отца. Он стоял в самой гуще толпы и показывал направления, попутно указывая остальным, что делать. Увидев его рыжую бороду, эльфийка с облегчением выдохнула, она быстрым шагом пробралась сквозь людей и встала рядом с отцом, тот, заметив ее, нахмурил брови и хмуро пробурчал:

— Что ты тут делаешь, я думал, ты покинула площадь со всеми остальными.

— Если ты так обо мне подумал, отец, то твое мнение весьма ошибочно, — Элли нахмурилась в ответном жесте, но тут же заметила улыбку родителя.

— Ты права, было глупо полагать, что ты сбежишь с поля боя, я тебя не так воспитал, — его плечи слегка опустились, он повернулся к дочери и взял ее за руку, — Элли, ты храбра и умна не по годам, и я уверен, что первой пойдешь в бой, и уж поверь мне, я знаю, что не в праве просить тебя об этом, но попрошу. — Он с надеждой взглянул в глаза девушки, — обещай мне, что не будешь безумно кидать голову под плеть, я не переживу если с тобой что-то случится, — в его глазах читалась явная мольба, — обещаешь?

— При всем уважении, папа, я никогда бы не дала такого обещания, иначе не имела бы права зваться Аделард, — она взглянула в полные гордости и грусти глаза отца и сразу же услышала ответ.

— Другого ответа я и не ждал, дорогая, но попробовать стоило, — он улыбнулся, — через несколько минут стену прорвет, будь готова, помни все, чему я тебя учил. Постарайся не лезть в самое пекло, и самое главное — сражайся доблестно, ведь… — девушка не дала ему продолжить.

— Ведь нет ничего хуже, чем победа, одержанная ложью, — она улыбнулась.

— Правильно, дорогая, я хорошо тебя воспитал.

— Звучит как прощание, — Эллиада крепче сжала отцовскую руку.

— Это не прощание, Элли, это жизнь, она непредсказуема, — мужчина нагнулся и поцеловал девушку в лоб, в этот же момент за их спинами раздался громкий звук. Стена рухнула. Генерал развернулся и побежал на свое место, туда, где он должен был быть — защищать своего Короля. А Эллиада осталась стоять, но лишь на мгновенье, уже через секунду ее белая коса виднелась среди защищающих город солдат и горожан. Таковы уж они — эльфы рода Аделард, их судьба защищать чужие жизни, наплевав на свою, и сейчас и отец, и дочь это понимали…