Эллион и вкус стали на губах...

Глава 6. Часть 2. Трое из подворотни и четвертый

- Эли, справа, руби! – раздалась очередная четкая команда призрачного помощника.
Доли секунды мне хватило, чтобы блеснуть клинком – быстрый, точный разрез пересек его ладонь, высвобождая алый фонтан.

– Ты… ты чудовище! – захрипел он, разжимая пальцы, и нож с грохотом полетел прочь.

– А сам-то… – я тут же отшвырнула его пинком в тёмный переулок.

Но на этом ничего не закончилось. Раненые, униженные, они с новыми силами бросились на меня, будто гиены, почуявшие слабину. Пытались взять количеством, оглушить, задавить.

Но меня было уже не остановить. Кровь стекала по руке с раненого плеча, и эта прохладная влага напоминала мне ту самую ночь, когда Кайлан сам стал призраком, пытаясь уничтожить меня.

– Уклоняйся влево! Бей в живот! – его голос был моим внутренним компасом в этом смертельном танце.

Я кружилась, сверкая сталью, которая пела в воздухе свою боевую песню. Одному, тому, что с ножом, я отвела клинок, оставив на горле тонкую алую нить. Он захрипел и рухнул. Второму, тому, что кричал о деньгах, я всадила лезвие в живот и, с рычанием, провернула его. Он затих, глаза остекленели.

Двое были повержены. Третий, тот самый, что первым ударил меня ножом, увидев падших товарищей, испугался. Дикий ужас исказил его лицо. Он попытался бежать, подскальзываясь на собственной крови.

– Нет уж, – хищно, безумно и дико улыбаясь, прошептала я, и в один прыжок настигла его, повалила на камни, обездвижила, оседлав сверху. – Ты начал первым.

И стала осыпать его ударами кулаков в тело, пачкаясь в его крови, под его дикие крики боли и хрипы. Я вдыхала воздух, густой от запаха страха и их поражения, и он был сладок. Занесла руку, и магический клинок снова вспыхнул у меня в ладони, готовый обрушить всю мою ярость, чтобы нанести последний удар.

Моя рука зависла в воздухе, будто наткнулась на невидимую стену. Но это была не стена – вокруг запястья сомкнулись чьи-то пальцы, невидимые, но плотные и тёплые. Клинок дрогнул и рассыпался сияющей пылью, похожей на лунную.

Я застыла в шоке, глядя на пустое место, куда должен был вонзиться мой клинок.

– Довольно, леди, – прозвучал за спиной бархатный голос, низкий и спокойный. – Думаю, с него достаточно.

– Не мешай, – холодно произнесла я, хотя внутри всё сжалось в тугой узел. От незавершённого дела. От его наглого прикосновения, которое жгло кожу.

– Не могу позволить даме доводить себя до такого состояния, – слова незнакомца растеклись ядовитой сладостью, выводя меня из себя ещё сильнее. А когда его пальцы сжали моё запястье чуть ощутимее…

– Эль, он свидетель! – одновременно с выкриком призрака, который пришёл в себя, я с рыком бросилась на мужчину, целясь ему в лицо, хотелось стересть усмешку, которая слышалась в его глазах.
Каким же было моё удивление, когда он легко уклонился, отпустив мою руку, и я наконец разглядела того, кто посмел мне помешать.

Передо мной стоял мужчина лет двадцати семи. Дорогой, но помятый костюм, будто он провёл в нём не одну бессонную ночь. Умное, насмешливое лицо с острым подбородком и живыми, пронзительными глазами, в которых плескалась усталость – и всё же в них теплился какой-то странный, почти безумный огонёк.

– Какой темперамент! – восхищенно прокомментировал он мой выпад, и усталость в его глазах мгновенно растаяла, уступив место живейшему интересу.

Эмоции снова захлестнули меня, вылившись в новую атаку. Я не хотела его убивать – лишь вырубить, убрать с дороги.

- Бездна, вы прекрасна... Такая ярость... Такая грация... – каждое слово отдавалось ударом сердца, ударом руки.

Но он двигался так, будто это был изысканный танец, уворачиваясь от каждого удара с лёгкой, почти насмешливой грацией. Даже призрак с его подсказками не помогал!

– Вы знаете, что ваша кожа при лунном свете просто ослепительна? – прошептал он прямо у уха, оказавшись за моей спиной после очередного перехвата. Я попыталась ударить его локтем, но он поймал мою руку и мягко приложил ладонь к моему раненому плечу. – Такую кожу не должны портить шрамы…

Я замерла, а под его пальцами мягко вспыхнул зелёноватый свет. Боль, до этого пульсировавшая огнём, ослабла и исчезла. Он исцелил меня!

– Руки прочь от неё! – рычал все это время голос призрака.

Я вырвалась и отпрыгнула на несколько шагов, смотря на этого безумца исподлобья. В его глазах читалось не просто любопытство – в них горел вызов, восхищение и что-то ещё… что-то опасное и манящее.

Не в силах больше это выносить, я развернулась и пошла прочь. К счастью, моё «прочь» лежало в сторону дома.

Рейвэн Торн.

Мужчина застыл в неподвижности, будто вырезанный из ночного мрака. Три искалеченных тела образовывали вокруг него зловещий узор, а вдали, в пелене тумана, таял, словно призрак, ускользающий силуэт. Он смотрел ей вслед, сжимая руку влажную от ее крови, и не находил ответа.

Почему он позволил ей уйти? Это было выше его понимания — следователя с безупречной репутацией. Лишь когда последний отблеск ее плаща растворился в подворотне, чары рассеялись. Рейвэн вздрогнул, резко выдохнув струю пара в холодный воздух, и послал магический импульс, вызывая ближайший патруль и дежурного лекаря. Один из несчастных, тот, что был помоложе, по-прежнему подавал слабые признаки жизни.

Да уж, явно не такой исход он предполагал, выходя из офиса под предлогом неспешной вечерней прогулки, чтобы проветрить голову после очередного тягостного дела.

Улица наполнилась суетой считанные минуты спустя. Бряцание амуниции стражников, приглушенные команды, тревожный свет фонарей, выхватывающий из тьмы жуткие подробности. К Рейвэну, не отрывавшему изучающего взгляда от следов борьбы на утоптанной земле, приблизился молодой стражник, чье имя он еще не удосужился запомнить.

— Доброй ночи, следователь Торн. Что здесь произошло? — в голосе новичка сквозила нервозность. — Услышал крики, решил проверить. Но когда я подоспел, уже всё стихло, — ответил Рейвэн, не отводя взгляда от темных пятен на дороге. Он не солгал: в тот миг, когда его глаза встретились с глазами той девушки, крики уже прекратились. Но и всей правды, конечно, не сказал.