Эллион и вкус стали на губах...

Глава 29. Власть

Опустив мою голову на холодный каменный пол, он переступил через меня — даже не взглянув, даже не замедлив шага — и направился к раненому союзнику. Я с трудом могла пошевелиться, поэтому наблюдала за происходящим лишь краем глаза, мутным от боли. Вейн достал что-то из кармана штанов и зашептал заклинания. Слова тонули в вязкой тишине, оседая на стенах липким эхом. Работник, чьего имени я даже не знала, перестал поскуливать и оживился: дыхание выровнялось, побелевшие пальцы разжались. А, похоже, его подлатали. Надо было всё же его добить, пока была возможность.

В следующий момент работник слабо махнул рукой в сторону той комнаты, где был проход к артефакту. Вейн кивнул, влил в союзника остатки магии — ладонь полыхнула тусклым золотом, на миг осветив его хищное лицо — и сразу направился туда. Даже не оглянулся. На ходу достал из-за пазухи артефакт связи, что-то коротко сказал в него, и голос его звучал так буднично, словно он делл заказ в ресторане.

— Эль, долго валяться собираешься? — передо мной склонился призрак, скептически разглядывая меня сквозь полупрозрачные пряди волос.

Я злобно рыкнула на него и попробовала дернуться, но тело отозвалось тупой, разлитой болью. Магия поглотила меня до талии: она пульсировала в такт моему сердцу, впитываясь в кожу иглами. Ноги ощущались лучше, чем верхняя часть тела.

Призрак понаблюдал за моими судорожными копошениями и усмехнулся, скрестив руки на груди.

— И это всё, на что ты способна? — он посмотрел на меня с наигранной жалостью, в призрачных глазах плясали насмешливые искры. — И этот человек меня убил? Насколько же я жалок, если погиб от рук той, что не может даже подняться...

Его слова полоснули по самому больному, задели что-то глубоко внутри, где жила моя гордость. Злость плеснула в груди горячей волной, обжигая сильнее любой магии, и я дернулась резче, вкладывая в движение всю ярость. Магия послушно обтекла меня быстрее, заструилась по позвоночнику горячим потоком, заливая спину живительным теплом. Как же мне хотелось убить его второй раз! Врезать по этой самодовольной роже, стереть ухмылку, стереть его самого, чтобы от него осталось только эхо в этих проклятых стенах.

— Если ты и собираешься что-либо делать, то лучше сейчас, — он лениво обернулся на уходящего Вейна, чей силуэт уже почти растворился в темноте коридора, и вновь посмотрел на меня со скучающим видом. — А то твой очередной поклонник, кажется, о тебе скоро вспомнит.

Черт...

Игнорируя боль, я кое-как поднялась на ноги. Магия обняла меня целиком, проникла под одежду, слилась с кожей — по телу разлилось странное, почти интимное чувство, будто меня заново собирают из осколков, вплавляя кости обратно в суставы. Давление ментальной магии сразу ослабло, отпустило мозг, и я даже пожалела, что этот процесс не начался с головы. Но тут уж как вышло.

— Очухалась? — как только я встала, Кайлан мгновенно сбросил маску равнодушия. Теперь он смотрел на меня внимательно, с волнением, и лишь в этот момент я поняла: своими колкостями он приводил меня в чувство, выцарапывал из беспамятства, не давая провалиться в темноту.

Я кивнула, на мгновение задержав на нем благодарный взгляд, и повернулась к работнику, которого Вейн по непонятным причинам решил вырубить. Опустилась на корточки, пощупала пульс на шее — бьется, гад. Ровно, уверенно, словно издеваясь. Пальцы на мгновение замерли на теплой коже.

— Как думаешь, будет этично его сейчас?... — пробормотала я, материализуя клинок в руке. Лезвие сверкнуло холодным серебром в полумраке, отразив мое собственное искаженное лицо.

Не успел Кайлан ответить, как маг распахнул глаза и дернулся, пытаясь то ли закричать, то ли отшатнуться. Моя реакция была быстрее — смертельной. В прямом смысле. На этот раз клинок вошел в грудь четко, без заминки, пробивая ребра с тихим, влажным хрустом, от которого у сведущего человека свело бы зубы. Мужчина выдохнул — коротко, удивленно, почти обиженно — и затих, не оставив мне даже надежды на то, что выживет. Кровь толчками потекла по рукояти, заливая пальцы липкой теплотой, и я на мгновение зажмурилась от слишком знакомого ощущения.

— С предателями так и надо, — мрачно сказал Кайлан, глядя на труп с мрачным одобрением. В его глазах мелькнуло что-то похожее на хищное удовольствие. — Наконец-то ты не сдерживаешь себя. Мне нравится.

Я сжала губы и поковыляла в сторону артефакта, надеясь, что Вейн еще не успел до него добраться. По пути взгляд упал на тела остальных мужчин, которые делали мне ремонт. Они лежали у стены с закрытыми глазами... Черт, он их всех убил? Увиденное ударило под дых сильнее любого заклинания. Не знаю, кто это сделал — Вейн или тот предатель — но в любом случае это было ужасно. Они же тут совершенно не при чем, просто оказались не в то время не в том месте, просто хотели заработать на честной работе. Не знаю почему, но именно эта смерть поразила меня больше всего. Сердце кольнуло острой, неожиданной болью, и я замерла на мгновение, глядя на их застывшие лица.

— Не смотри, — Кайлан встал передо мной, но его призрачный силуэт не закрывал ужасную картину, только делал её ещё более сюрреалистичной. — Иди. Нельзя сейчас раскисать.

Я сфокусировала взгляд на нем и кивнула, проглатывая ком в горле. После этого, ускорив шаг, почти побежала в нужную комнату. Он уже отыскал люк, несмотря на наложенную туда иллюзию, и теперь жадно всматриваясь в темноту провала. Я набросилась на него в тот момент, когда он уже наступил на первую ступеньку. Он этого не ожидал — охнул, попытался отбиться, заехав локтем мне в ребра, но в итоге не удержал равновесие, и мы вдвоем кубарем покатились вниз по лестнице.

Он кричал — то ли от ярости, то ли от страха — я старалась его убить, вцепившись в плечи мертвой хваткой, его защитные артефакты мешали нанести ему реальный вред. Моя защита смягчала удары о каменные ступени, обволакивая тело невидимым коконом, поэтому я почти не пострадала во время падения. Пара синяков не в счет, пара ссадин — ерунда. Главное, что он был рядом, что я чувствовала его дыхание, его страх, его ненависть.