Элоиза, королева магов

Глава 7

Интерлюдия

— Говоришь, посуда невиданной красоты? — переспросил Михаил, чуть приплясывая от нетерпения: уж очень хотелось взглянуть на это чудо хоть одним глазком.

— Да, брат мой, — снова кивнул Константин, старший сын Михаила Дуки, осуждающе глядя на младшего. — Твоя несдержанность не пристала сыну императора Константинополя, пусть даже и не наследному.

— Ты высокомерен, Константин, — фыркнул ему в ответ. — Так куда, говоришь, её снесли? Прямо в сокровищницу? Настолько бесценна? Тогда точно хочу посмотреть! — порывисто воскликнул юноша.

Константин, заломив идеально очерченную чёрную бровь, насмешливо посмотрел на Михаила, но тот не обратил внимания на показное недовольство брата и поспешил выйти из комнаты.

Михаил младший отличался от своих сверстников, все помыслы которых были лишь о юных красавицах и оружии. Юный принц же жаждал иного: изучения необычного, подтверждения выстроенных им и его наставником гипотез. В последнее время, впечатлённый рассказами вернувшихся путешественников о взрывающемся чёрном порошке, рецепт которого хранился в строжайшей тайне желтолицыми людьми, он принялся пытаться создать нечто подобное сам. Помыслы второго сына императора Византии всегда были заняты чем-то необычным. Вот и сейчас его отсутствие во дворце обернулось для него невозможностью увидеть чудо, о котором гудел весь двор. Он, конечно, мог бы приказать отвести его в сокровищницу, но император запретил пускать туда кого бы то ни было, кроме него, императрицы и хранителя ключей.

Путь от личных покоев наследника до императорской сокровищницы он преодолел в рекордно быстрые сроки, пройдя его тайными переходами. Многочисленная стража осталась в полном неведении о прошмыгнувшем мимо них юном принце.

Эти ходы он нашёл несколько лет назад, ведомый исследовательским азартом и жаждой приключений, и никому о них не сказал, даже своему наставнику, прекрасно понимая все риски. Наверняка, кроме него, знали ещё отец и мать, может, кто-то из самых верных приближённых, и увеличивать этот список умный и прозорливый не по годам ребёнок не стал.

Достав дубликат ключа от сокровищницы, Михаил вставил его в замочную скважину, провернул, и тяжёлая дверная створка, обитая металлом, чуть приоткрылась. Едва слышно насвистывая незамысловатую мелодию, принц потянул дверь на себя, вспоминая, что и где находится в святая святых, и прикидывая, куда могли бы запрятать вожделенный хрусталь.

Хранилище было просто невероятных размеров! И вещи всегда лежали в строго определённом месте: на правой от входа стене висело изящное оружие, стоящие подле сундуки полны той же холодной смертоносной стали и искусно сделанных доспехов. Левую стену от пола до самого потолка занимали шкафы с забитыми до отказа полками, на которых лежали рулоны тончайшей ткани; напротив входной двери в несколько рядов уместились сундуки, закрытые увесистыми замками. Михаил знал, что в них хранится золото, жемчуга, драгоценные камни и бесценные меха из далёкой Руси.

В этом месте он был всего лишь раз, когда отец-император решил наградить своих детей за прилежание в учёбе и позволил выбрать себе любое украшение или оружие из личных запасов. Тогда-то шкодливый младший сын повелителя земель и решил выкрасть ключ и сделать себе дубликат. Ну, а что? Мало ли, что в жизни случается? Пусть будет, запас карман не тянет.

Откинув лишние мысли прочь, Михаил уже увереннее шагнул внутрь и тут же замер, превратившись в неподвижную статую.

Расположенные практически у самого потолка узкие бойницы в это время суток давали достаточно солнечного света, чтобы всё рассмотреть.

То, зачем он сюда пришёл, стояло недалеко от входной двери, прямо по центру на специальных, отлитых из золота, подставках.

Хрустальный сервиз. И название какое интересное, необычное.

Точнее, все десять наборов.

Грани драгоценной посуды переливались в лучах весеннего солнца всеми цветами радуги, и красочные отсветы от сервизов рассыпались по полу и близлежащим предметам разноцветными всполохами, превращая холодное помещение в волшебную пещеру из сказок его наставника.

— Кто же придумал и создал эдакую красоту? — восторженно прошептал Михаил, не смея подойти ближе и прикоснуться к этим воздушным творениям. — Я должен обязательно это выяснить!

Юноша, подстёгиваемый любопытством и жаждой знаний, всё же подошёл к подставкам вплотную и взял в руки необычной формы вытянутый стакан на тонкой стеклянной ножке, осторожно повертел его в руках, любуясь игрой света на чётких гранях сосуда.

Выяснить у ключника, у кого он купил хрустальные сервизы, оказалось просто.

— Принц Михаил, — важно ответили ему на заданный вопрос, — я выкупил почти всё у этого ушлого купца Сейхи Полони! Но, оказывается, два других набора кто-то успел увести у меня, считай, прямо из-под носа!

И столько праведного гнева слышалось в голосе всегда спокойного слуги, что Михаил не выдержал и весело рассмеялся.

— Не грусти, Ашут, главное, что после тебя такое чудо больше не досталось никому!

— И то верно, мой принц!

На центральный рынок Михаил попал лишь ближе к полудню: занятия с наставником никто не отменял.

Принц прибыл в сопровождении двух телохранителей, вся троица облачилась в одинаковые бесформенные плащи до пят с накинутыми на головы капюшонами. Накидки были пошиты из очень дорогой ткани, тем самым предупреждая горожан, что перед ними важные сановники.