Эльвира Советкина и Тень Басманного переулка

Глава 13: Дорога Холода и Кот-Навигатор

Каменные Артерии встретили их ледяным дыханием и гулкой тишиной, нарушаемой лишь каплями конденсата. Воздух был густым, пропитанным запахом вековой пыли, влажного камня и чего-то... металлического, как старая кровь. Эльвира прижалась спиной к шершавой стене сразу за входом, сердце колотилось о ребра. Фонарь в ее здоровой руке дрожал, луч выхватывал узкий туннель, уходящий в непроглядную тьму в двух направлениях.

«Ну, адмирал? – прошептала она, глядя на Мамая. Кот сидел столбиком, уши радаром, нос тестировал воздух. Его черная шерсть сливалась с тенями, лишь зеленые глаза и белый кончик хвоста маячили в свете. – Куда плывем? Налево, где пахнет тараканьим апокалипсисом? Или направо, откуда несет перспективой стать чьим-то морозным обедом?»

Май не удостоил сарказма ответом. Он тщательно обнюхал левую стену, потом правую, фыркнул (явно не впечатлен) и уверенно тронулся... прямо вперед, в темноту между лучами фонаря. Эльвира вздохнула: «Прямо, конечно. Почему я не удивлена? Надеюсь, там не тупик с табличкой «Добро пожаловать, закуска!»».

Шли осторожно. Туннель петлял, то сужаясь до щели, то расширяясь в небольшие гроты, заваленные обломками и покрытые странными мерцающими наростами – то ли кристаллы соли, то ли каменные грибы. Май шел впереди, его поступь бесшумна, лишь изредка он останавливался, принюхивался или терся щекой о выступ, будто оставляя невидимые метки. Эльвира чувствовала холод в руке – не боль, а скорее... зуд навигатора. Он усиливался, когда они шли за Маем, и слабел, если она замедлялась. «Компас Советкиной, – подумала она. – С батарейкой из вечной мерзлоты. Рейтинг на «Яндекс.Картах» – минус пять звезд».

В одном из гротов путь преградила стена... льда. Не прозрачного, а мутного, серого, пронизанного темными прожилками. От нее веяло таким холодом, что дыхание застывало в воздухе. «Вот тебе и «Зеркало», – съязвила Эльвира про себя. – Только грязное и в полстены». Май подошел ко льду, постучал по нему когтем. Звук был глухой, тяжелый. Кот обернулся, смотрел на Эльвиру вопросительно: «Твоя очередь, ледокол».

«Опять я? – вздохнула Эльвира. – Ладно. Но если там замороженный мамонт, я на него не чищу». Она поднесла свисток ко рту, сосредоточилась. «Сила в Ритме. Воля в Дыханье». Вдох. Ритм сердца. Выдох – и мысленный образ тонкой, сверлящей струи холода, направленной в центр ледяной стены. Не взрыв, а растворение. Дунула коротко, резко.

Из свистка вырвалась тонкая, синеватая игла. Она вонзилась в лед с тихим шипением. На месте удара появилась точка, от которой поползли трещины, покрываясь инеем. Лед не таял – он становился хрупким, рассыпчатым. Через несколько секунд в стене зияла дыра размером с кошачью голову. Май тут же сунул нос в проем, заурчал одобрительно. Эльвира продолжила, методично расширяя отверстие. «Неплохо, – подумала она, ощущая лишь легкую усталость. – Эльвира Советкина – профессиональный перфоратор порталов. Вакансии открыты, соцпакет – хроническое обморожение и кот-начальник».

Проделав лаз, достаточный для человека, они протиснулись. За стеной открылся другой туннель, еще более холодный. На стенах – толстые корки инея. И тут Май замер. Шерсть на загривке встала дыбом. Он издал низкое, предупреждающее рычание, которого Эльвира не слышала со встречи со Стражем.

«Что? – прошептала она, гася фонарь. – Опять твой поклонник-червяк?»

Из темноты впереди донесся звук. Не шипение, не скольжение. А... шлепки. Множество мокрых шлепков, как будто по лужам бежит отряд босоногих гномов. И запах – резкий, химический, как хлорка, смешанная с гнилыми яйцами.

«Новые друзья?» – Эльвира осторожно включила фонарь на минимальную мощность.

В луче замерли... существа. Ростом по колено. Человекообразные, но скрюченные, с длинными цепкими руками. Кожа – серая, склизкая, как у головастиков. Лица – сплошные рты-присоски с рядами игольчатых зубов. И глаза. Десятки крошечных черных глаз-бусинок, покрывавших их головы. Они стояли, тяжело дыша, пар вырывался из присосок. Один из них держал в руке... кусок ржавой трубы.

«Охранники ТЦ «Артерии»? – мысленно пошутила Эльвира, сжимая свисток. – Или местная бригада сантехников?» Существа зашипели, черные глазки сузились, уставившись на свет. Они начали расходиться, окружая. Шлепки стали быстрее.

«Май, план «Б»! – крикнула Эльвира. – Ты – хаос! Я – ледяная королева!»

Май не заставил себя ждать. Он рванул не вперед, а в сторону, к стене, покрытой инеем. Начал дико скрести когтями по льду, издавая пронзительный, не кошачий визг, который эхом разнесся по туннелю. Существа вздрогнули, замерли в нерешительности, их глазки забегали, пытаясь понять источник звука.

Эльвира использовала момент. Она не стала дуть в свисток широкой волной – слишком много энергии. Вместо этого сфокусировалась. Представила каждого слизняка и тонкую иглу холода, направленную прямо в его склизкую тушку. «Воля в Дыханье!» Короткий, резкий выдох в свисток.

Не гул. Тонкий, свистящий звук. И из свистка вырвались десятки синеватых игл, метко поразив ближайших существ. Те вскрикнули (булькающе-шипяще) и... замерзли на месте. Буквально. Покрылись коркой инея, превратившись в склизкие ледяные статуи. Остальные слизни зашипели громче, но замешкались. Май, не прекращая визжать и скрести, бросился к следующей стене, создавая жуткую какофонию.

«Браво, генерал! – мысленно похвалила Эльвира, целясь в следующую группу. – Премия – целый лосось. С головой». Она снова дунула – еще три слизня превратились в поп-арт ледяные скульптуры. Остальные, наконец осознав угрозу, с визгом бросились врассыпную, шлепая в темноту. Через секунду в туннеле стояла лишь ледяная тишина, нарушаемая тяжелым дыханием Эльвиры и довольным урчанием Мамая, подошедшего и потрувшегося о ее ногу.

«Экскурсия «Тайны Подземной Канализации» завершена, – выдохнула Эльвира, глядя на ледяные изваяния. – Надеюсь, они оттают с хорошим настроением». Холод в руке приятно покалывал – сила сработала точно, без перерасхода. Май тронулся дальше, его хвост дергался с выражением «Я же говорил, что справимся. Где мой лосось?».