Эля не в стране Оз или приют в повозке

ГЛАВА 9. Собачий гид

ГЛАВА 9. Собачий гид

Лаз оказался не лазом, а скорее, коротким, пологим спуском в полную темноту. Я ползла на четвереньках, чувствуя, как мой плед цепляется за каждый камень, а тапки скользят по сырой земле. «Ужин» Тоты, который я с трепетом обошла, пах так, что я предпочла не строить догадок о его происхождении.

Через пару метров спуск закончился, и я оказалась в небольшом подвальном помещении. Вернее, в том, что от него осталось. Сводчатый потолок из потемневшего кирпича кое-где протекал, на полу лежали скользкие от влаги камни. В углу была сложена горка каких-то тряпок — видимо, лежанка. В другом углу стояла ржавая железная чашка с дождевой водой. И всё. Больше ничего. Ни мебели, ни света, кроме слабого серого пятна от входа и… мягкого свечения, исходившего от самой Тоты.

Да, присмотревшись, я заметила, что её лохматая шерсть излучает очень слабый, изумрудный отблеск. Как будто она проглотила пару светлячков и те никак не могли найти выход.

— Добро пожаловать в мой дворец, — проворчала Тота, укладываясь на свою тряпичную кучу. — Не обессудь за помпезность, бюджет подрезали.

Я осторожно присела на свободный от явной плесени камень, всё ещё закутанная в плед. Обстановка навевала мысли о чахотке и рахите, но после переулка это казалось почти уютным.

— Спасибо, — сказала я искренне. — Ты… очень любезна.

— Не любезна, — отмахнулась она. — Прагматична. Одна в подвале скучно. Да и новости с поверхности интересно послушать. Так что, рассказывай. Как это ты умудрилась просочиться через Главный портал? Их же лет пятьсот как на замок посадили, ждут своего героя.

Я вздохнула. Сейчас, в относительной безопасности, история моих злоключений звучала ещё нелепее.

— В общем, я болела, — начала я. — Дома. У меня температура была. И я… услышала голос. Потом увидела светящегося мужчину. Он предложил меня вылечить и сказал, что я должна изменить мир. Я подумала, что это бред, и, чтобы он отстал, сказала «да». А он… он меня пальцем в портал толкнул.

Я закончила и приготовилась к тому, что Тота начнёт ржать или как минимум скажет что-то вроде «ну ты и лох». Но она просто лежала, положив морду на лапы, и смотрела на меня своими зелёными точками-глазами.

— Сияющий тип, бархатный голос, пафосные речи? — уточнила она.
— Да! Именно!
— А потом пинок под зад и посадка в помойку?
— В самую точку!

Тота тяжело вздохнула, поднимая клубы пыли со своей лежанки.

— Классика. Это Луминархи. Или их прислужники. Любят они такие штуки — найти какого-нибудь лоха из другого мира, наобещать с три короба и швырнуть в нашу реальность, как мокрую тряпку. Мол, крутись, как знаешь, а мир должен измениться.

— Но… зачем? — вырвалось у меня. — Если им нужен герой, почему не подготовить всё как следует? Встретить, экипировать, инструкцию выдать!

Тота фыркнула.

— А с чего ты взяла, что им нужен именно герой? Им нужен… катализатор. Имхо, им просто скучно в их сияющих башнях. Вот они и кидают в мир случайных людей, как дети — камушки в лужу. Посмотрят, какие круги пойдут. А там хоть трава не расти.

Я почувствовала, как во мне закипает возмущение. Меня использовали. Как расходный материал для какого-то космического эксперимента! И даже не потрудились подобрать приличный контейнер для доставки!

— Но золотой свет… — вспомнила я. — Ты говорила, он означает, что ждут Избранного.

— Ждут, — подтвердила Тота. — Но не факт, что дождутся того, кого хотят. Золотой свет — это просто сигнал, что портал активировался для прибытия кого-то «нездешнего» с большим потенциалом. Ну, типа сканер сработал. А уж что приедет — герой в латах или девушка в тапках — это уже как карта ляжет. Стражи, конечно, ждут первого. Поэтому и паникуют. Но если бы они знали, что их Избранная сейчас сидит в подвале и боится подцепить блох… — она усмехнулась, — …они бы, наверное, предпочли, чтобы портал вообще не работал.

Вот так. Моё великое предназначение свелось к тому, что я была случайным камушком, брошенным скучающими небожителями в лужу по имени Люрминария. И теперь я должна была как-то «изменить мир», имея в активе пижаму, плед и внезапно обретённое здоровье.

— И что мне теперь делать? — спросила я у маленькой светящейся собаки, потому что больше спрашивать было не у кого.

Тота подумала.

— Для начала — выжить. Потом — придумать, как не умереть. А там, глядишь, и до «изменения мира» дело дойдёт. Но это не точно. Чаще всего такие, как ты, просто сгинают в трущобах через пару недель. Если повезёт — их ловят и отправляют на рудники. Если не повезёт… — она не договорила, но по её тону было всё ясно.

Обнадёживающая перспектива. Я посмотрела на свои тапки. Заячьи уши печально обвисли.

— А через портал назад? — робко спросила я последнюю надежду.

Тота покачала головой, и её светящаяся шерсть отрисовала в темноте грустный зелёный веер.

— Забудь. Его теперь будут беречь как зеницу ока. До тех пор, пока не появится настоящий, по их мнению, Избранный, или пока магия не иссякнет. А это… ну, очень долго. Ты здесь надолго, новенькая. Привыкай.

В подвале стало очень тихо. Слышно было только, как с потолка капает вода. Кап. Кап. Кап. Как счётчик, отсчитывающий секунды моей новой, безнадёжной жизни в мире, который я должна была изменить, но где меня даже не пустили на порог.