Эля не в стране Оз или приют в повозке

ГЛАВА 26. Привязывание небес

ГЛАВА 26. Привязывание небес

Утро началось с голоса Босса, прозвучавшего прямо у меня в ухе. Я дёрнулась, чуть не ударившись головой о потолок.
— Просыпайтесь. Фаза активного бодрствования началась. Солнце встало тридцать семь минут назад, оптимальное время для тестирования.

Я протёрла глаза. Марк уже сидел, зевая. Тота, свернувшись калачиком, издавала недовольные звуки.
— Босс, есть такое понятие — «завтрак», — проскрипела я.
— Потребление калорий — параллельно с подготовкой. Марк, вода и хлеб. Эля, проверь узлы. Допускаю погрешность на ослабление не более пяти процентов.

Мы, как заведённые, выполнили приказы. Позавтракали наспех и отправились к сарайчику. Повозка ждала нас, слегка паря углами, словно нетерпеливый жук.

— Теперь самое важное, — сказал Босс. — Привязка левиков к раме. Постоянная, жёсткая, но с элементами динамического демпфирования. Эля, принеси ремни из сыромятной кожи.

Я принесла. Длинные, грубые, пахнувшие заводской обработкой.
— Отмерь от каждого угла рамы семьдесят сантиметров. Марк, держи мешок с левиком ровно на этой отметке. Не дыши на него! Эля, оберни ремень. Затяни. Сильнее. ЕЩЕ СИЛЬНЕЕ! Ты что, на диете из облаков?

Я тянула изо всех сил. Марк, держа на весу мешок с парящим камнем, потел от напряжения.
— Стоп! Фиксация. Теперь второй виток, со смещением. И узел… нет, не этот примитивный бантик! Узел «двойная удавка с контролируемым скольжением»! Я покажу мысленно.

В моей голове возникла чёткая, трёхмерная картинка того, как должны переплетаться ремни. Жутковато, но эффективно. Я, повинуясь инструкции, завязала сложнейший узел.

— Приемлемо. КПД узла — девяносто два процента от расчётного. Переходим к следующему углу.

Так мы и провели следующие два часа: Босс отмерял, придирался, показывал в голове схемы, а мы, обливаясь потом, привязывали небеса к нашему деревянному корыту. Тота в это время выполняла важнейшую миссию — лежала у входа и следила, чтобы никто не помешал.

Когда последний узел был затянут, мы отступили на шаг. Повозка больше не лежала. Она висела. Всеми четырьмя углами. Примерно в пятнадцати сантиметрах от земли. Ровно, без кренов. Мешки с левиками, теперь жёстко закреплённые, излучали ровное сияние. Конструкция выглядела законченной. И пугающей.

— Фух, — выдохнул Марк. — Получилось.
— Получилось закрепить источники левитации, — поправил Босс. — Теперь необходимо проверить управляемость. Эля, Марк — забирайтесь внутрь. Медленно. Равномерно распределяя вес.

Мы осторожно перешагнули через борт и уселись на дно ящика. Повозка под нами дрогнула и опустилась сантиметров на пять, но осталась висеть.
— Тота, твоя очередь, — сказал я.
Собака нехотя поднялась, недоверчиво посмотрела на парящее корыто, а затем, с грацией заправского циркача, запрыгнула внутрь, заняв место у борта. Повозка даже не дрогнула — её вес был незначительным.
— Отлично, — заметил Босс. — Допустимая осадка. Теперь — тест на управление. Эля, возьми шест. Оттолкнись им от стены сарая. Плавно.

Я взяла длинную палку и упёрлась ею в противоположную стену. Нажала. Повозка, скрипнув, медленно поплыла вперёд, к выходу из сарая.
— Отлично! — воскликнул Марк. — Она слушается!
— Это инерция и примитивное векторное управление, — охладил его пыл Босс. — В полевых условиях стен не будет. Но для начала… — он сделал паузу, и в его голосе прозвучала нотка, отдалённо напоминающая волнение, — …необходимо вывести аппарат на открытую местность и проверить способность набирать высоту. Выезжаем.

Я, отталкиваясь шестом, медленно вывела нашу летающую корзину из сарая на заросший бурьяном пустырь.

Утреннее солнце осветило наше творение. Мы сидели в ящике, парящем в полуметре от земли, с младенцем и рыбкой в банке посередине и собакой у борта. Картина была сюрреалистичная до слёз.

— Ну что, команда, — сказала я, чувствуя смесь страха и восторга. — Готовы к первому полёту? Ну, или к первому контролируемому висению.
— Готовы, — сказал Марк.
— Буду наблюдать, — булькнула Аури.
— Я всё ещё не уверена в здравости этого предприятия, — заявила Тота, укладываясь поудобнее. — Но раз уж запрыгнула, придётся лететь.
— Тогда… поехали, — прошептала я и, оттолкнувшись шестом от земли посильнее, заставила наше корыто медленно плыть вперёд, к открытому пространству и нашему первому, самодельному небу.