Эмин. Когда любовь стала исцелением

Глава 8

Студия вновь наполнена светом. Над головой мощные софтбоксы, излучающие мягкое, рассеянное свечение, от которого нет тени, но есть объем. Пространство живёт своим ритмом: щелчки затвора, тихие указания ассистентов, приглушённые разговоры. Всё слаженно, отрепетировано — каждый знает своё место.

Я стою немного в стороне, рядом с Мари. Мы у стены, ближе к выходу, где меньше всего мешаем. Отсюда прекрасно видно происходящее. На площадке стоит пара. Оба в светлой одежде — тонкие ткани, легкий шелк, полупрозрачные текстуры. Они двигаются синхронно, будто чувствуют друг друга. Он держит её за талию, чуть наклоняя, а она прижимается к его плечу, запрокинув голову. Весь образ как сцена из рекламного клипа дорогого парфюма.

— Очень красивое сочетание, — шепчет Мари, склонившись ко мне. — У них химия. Не часто такое встретишь.

Я киваю, не отрывая взгляда. И действительно: в позах — близость, в движениях — уверенность, в мимике — тонкая игра чувств. Они не просто позируют, они рассказывают историю. Фотограф то подаёт голос, то отступает, позволяя им работать в импровизации.

— Повернись чуть к свету. Левую руку выше… Да, стоп. Отлично, держим. — Голос фотографа звучит спокойно, но требовательно. Команда профессионалов вокруг слаженно двигается: один поправляет свет, другой контролирует отражатели, третий следит за одеждой.

Я замечаю, как стилист бросается поправить складку на платье модели. Ассистент в этот момент подкручивает фон — теперь он отливает теплым персиковым оттенком. На мониторе виден результат — кадры действительно живые, кинематографичные.

— Это уровень, — шепчет Мари. — Вижу, как ты всё в себя впитываешь.

Я молчу, но внутри и правда бурлит. От восхищения, от лёгкой зависти, от вдохновения. Такое наблюдать бесценно. Это настоящая школа.

Съемка продолжается. Мужчина прижимает девушку ближе, и камера ловит момент, где в их взгляде мелькает вспышка — мгновенная, едва уловимая искра. Фотограф не упускает ни секунды, выдает серию кадров.

— Они настоящая пара? — спрашиваю у Мари. — Или просто профессионалы?

— Думаешь, это важно? — отвечает она. — В кадре вся правда. А какая она на самом деле, знают только они.

Понятно. Мари любит говорить загадками — я это уже поняла.

Я снова отвожу взгляд к паре. У них будто невидимая связь. Прекрасная работа тела, взгляда, эмоции — всё собрано воедино. Это вдохновляет и учит. Молчаливо, но очень ясно.

Когда придёт моя очередь, я вспомню этот момент. И постараюсь быть такой же живой в кадре. Не просто красивой, а настоящей.

Каждый раз, когда я наблюдаю за удачными кадрами, хочется сделать то же самое.

— Мне очень понравилось. Буду стараться не подвести, Мари. Я…

Вдыхаю и на полуслове замираю.

В воздухе что-то меняется. Сквозь аромат кофе и косметики, пробивается знакомый, тягучий запах. Это Эмин. Я узнаю его из тысячи. Такой характерный, взрослый, слишком уверенный в себе. Он пах так в прошлом. Он пахнет так сейчас.

Оборачиваюсь слишком резко, почти инстинктивно, смотрю направо-налево, но никого не вижу. Люди снуют туда-сюда, кто-то смеётся, кто-то несёт штатив. Все заняты делом. Но этот запах не исчезает. Он даже становится ощутимей, будто накрывает ближе, гуще.

Поворачиваю голову назад, через плечо и застываю.

Бестужев стоит у двери. Прямо у выхода из студии. Спокойный, недвижимый. Руки в карманах, строгий темный пиджак, лицо без выражения. А взгляд устремлен прямо на меня.

Не отводит глаз.

Эмин просил зайти к нему в двенадцать. Но его не было на месте. Мне сказали, что он уехал вместе с матерью. Меня бросает в дрожь, едва я думаю, как буду рассказывать ему об Арише.

Дочь была пухленькой. А когда начала говорить, называла мою подругу Аминкой.

Амина в свою очередь малышку — Витаминкой. Редко называем ее по имени. Но факт остается фактом — это имя я выбрала не случайно. Если бы не Арина, которая появилась в ту ночь вовремя, наверное, ни меня, ни моей дочери не было бы.

Однако то, что она мама Эмина… Я никогда не поверила бы, не увидев все собственными глазами. Покрутила бы у виска, скажи мне это кто-нибудь.

Разве такое совпадение бывает?

Я назову это просто судьбой.

— У меня сегодня будут съёмки? — тихо спрашиваю у Мари.

— Вечером, да. Ты скажи… уволилась с прежней работы? Мне Амина утром сказала, когда я тебя искала.

— Да. Эмин… Эмильевич попросил поехать и написать заявление.

— М-м-м, вот как, — Мари сужает глаза, глядя на меня, а потом, видимо увидев за моей спиной Бестужева, улыбается. — Эмин? Какой сюрприз. Ты давно тут?

— Хорошая работа, — говорит он, игнорируя ее вопрос. — Милены сегодня нет?

— Сказала, что позже приедет!

— Прекрасно, — кивает. — Амелия, зайди ко мне.

Я ловлю на себе странный взгляд Марианны. Но, конечно, оправдываться не стану. В чем моя вина, если шеф зовет меня к себе?

— Ужинать пойдем. Не задерживайся, — говорит она тихо.

Будто это от меня зависит. Ведь прекрасно знает характер Эмина.

Кивнув, разворачиваюсь и выхожу следом за Бестужевым. Оказавшись в его кабинете, я захлопываю дверь.

— Если ты так будешь делать при сотрудниках агентства, они станут говорить про меня не очень хорошие вещи!

— Например? — Эмин садится в свое кресло, жестом руки указывает, чтобы я расположилась напротив.

— Например то, что я оказалась тут через постель!

Бестужев вскидывает бровь, а потом издает смешок.

— Боюсь тебя удивить, но тут все знают, что со мной это не катит, Амелия. Не переживай по этому поводу. Лучше скажи, ничего тебе та баба не сказала?