Эмин. Когда любовь стала исцелением

Глава 17

Сижу на лоджии, сжимая в руке бокал вина, которое давно потеряло вкус. Перед глазами — ночной город: окна, машины, неоновые вывески. Всё это пульсирует и живёт. А я застывший за стеклом, выброшенный из этого ритма. Лёгкий дым сигареты поднимается вверх и расплывается, и мне кажется, что так же расплывается моя жизнь — по кускам, по обрывкам, теряя очертания.

Как вышло так, что Амелия назвала дочь Ариной? Это совпадение? Или странная игра судьбы? Я всегда думал, что подобное возможно только в книгах, где авторы ищут символы, или в рассказах стариков. Но никак не в реальности. Однако реальность сильнее всякой выдумки.

У меня есть дочь. Мечта всей моей жизни сбылась, но не тогда и не так, как я представлял. Не в радости, не в осознанной любви, не в тот момент, когда я мог бы взять её на руки и поклясться сделать для неё всё. А вот так — случайным признанием, чужими словами, мимоходом. И самое больное то, что имя её — имя моей матери…

Чёрт! В голове не укладывается!

Этот факт рвёт меня на части: я не имел права слышать её смех, быть рядом при первых словах, видеть первые шаги. Я был лишён всего этого, и всё же не имею права винить Амелию. Она сделала то, что считала правильным. А я… я попросту не был рядом. И впервые в жизни чувствую себя по-настоящему бессильным.

Думаю, как войти в её жизнь. Я не хочу напугать, не хочу ворваться с холодной властью или жёстким тоном. Ребёнка силой не удержишь, тем более девочку. Она не должна видеть во мне чужака, который пытается занять место приказами. Я должен заслужить это. Медленно, терпеливо, шаг за шагом. Стать тем, кто вызывает доверие и улыбку, а не страх.

Примет ли Ариша меня? И как сделать так, чтобы не оттолкнуть, а дать понять — она часть меня, и я готов ради неё на всё? Я умею бороться с конкурентами, управлять агентством, давить на врагов и подчинённых. Но сейчас передо мной стоит самая трудная задача в жизни: завоевать доверие собственной дочери.

Добиваю вино и, потушив сигарету, решаю позвонить отцу. Они в Штатах. И им однозначно не понравится, если последние новости услышат от кого-нибудь другого. Даже если от Эмилии.

Папа отвечает на второй звонок. Голос его звучит сонно, хотя в Штатах день:

— Эмин… что случилось?

— Всё нормально, пап. У вас как? Спать в такое время? Это что-то новенькое?

Отец выдыхает в трубку.

— А я что, робот? Не могу отдохнуть днём, если необходимо?

— Можешь, конечно. Где мама?

— На кухне, наверное. Ты никогда не звонишь просто так. Говори, что случилось…

— Есть новости. От которых я в шоке.

Слышу шуршание. Отец явно встаёт с кровати.

— Я слышал насчёт тех девчонок, что ты сегодня отчитывал.

— Успели пожаловаться?

— Ну а как же… Эмин, пусть нормально работают люди.

— Вот именно. Пусть работают. А не лезут к другим. Видишь, мы одного мнения, — усмехаюсь, откидываясь на спинку кресла и глядя на ночное небо.

— Эмиль, сын позвонил? — наконец раздаётся мягкий голос мамы.

— Да. Говорит, новости есть. Я поставил на громкую связь, Эмин.

— Здравствуй, мам. Когда прилетаете обратно?

— На следующей неделе. Что случилось?

— Почему что-то должно случиться, мам?

— Потому что ты никогда не звонишь просто так, — повторяет она слова отца. А потом я слышу смех папы.

— Ладно. Я не буду тянуть. Хотел сообщить, что у вас есть внучка…

В трубке повисает пауза. Родители молчат несколько секунд.

— В смысле? Эмилия снова беременна?

Я усмехаюсь.

— Нет, мам. У меня… есть дочь.

Снова молчание. Тишина конкретно действует на нервы.

— От кого? То есть… твоя девушка беременна? Эмин, ты можешь по-человечески сказать, что и как? Мы должны загадки разгадывать? — злится отец.

— Папа, у меня есть дочь. Ей пять лет. Я о ней недавно узнал. Решил и вам сообщить. Вы же рады?

Отец выругивается, мама ахает. Снова молчат, но я кожей чувствую, насколько они злы. Представляю, как бесится папа.

— Как так? От кого?

— Эмиль, успокойся, — шепчет мама. — Это не телефонный разговор. Эмин нам обязательно всё подробно расскажет, когда мы вернёмся. Да, сынок?

— Угу, — ржать от нервов хочется. — Мам… Так получилось. Не знаю, как так вышло. Никогда не хотел такой жизни.

Впервые я оправдываюсь. Раньше за мной такого не наблюдалось. Я действительно расстроен. Зол. На самого себя. На Амелию, которой ни слова сказать по этому поводу не могу. Обвинить тоже.

Никто, кроме меня, не виноват. Уж тем более Ариша младшая.

Маме хотя бы было на что жить, когда отец уехал, оставив её. У неё была должность, квартира. А у Амелии ничего из того. Даже образования. Как она вырастила дочь? Через что прошла? Я могу только представить…

Тошно становится от мысли, что всему виной был я.

— Сынок, ты видел дочь?

— Да. Один раз. Хочу сблизиться, но пока такой возможности нет.

— То есть… Познакомить нас ты пока не сможешь?

Прикрываю глаза, таращусь в потолок.

Самому для начала познакомиться бы с дочерью. Сказать, что я её отец. Но, чёрт возьми, я не знаю, как это правильно сделать. Надо бы по-человечески поговорить с Амелией. Попросить у неё помощи. Да только она меня терпеть не может.

— Все будет. Но для этого нужно время, мама. Все, мне пора. До скорой встречи.

— Сынок, будь аккуратнее, пожалуйста. Зная твой характер, ты запросто можешь сделать необдуманные поступки.

— Это тебе так кажется, — зло усмехаюсь. — Всего хорошего. И приятного вам отдыха.