Эмиссар Его Величества

07.09.2023

Впрочем, на сей раз ничего подозрительного не было и в списках жаждущих аудиенции. Золотые атиссы искали достойных жён – разумеется, приближенных ко двору; серебряные тарры предлагали свои услуги государству, медные дрихвы молили о помощи детям, а ланы надеялись получить работу во дворце. На то, чтобы разобрать обращения, составить ответы и передать списки в канцелярию, у нас с Лихом ушло три дня: помощник быстро втянулся в работу и даже разобрался в таких сложных концепциях, как «едим в поезде» и «едем в поезде», но предпочитал успешно совмещать. Порой приходилось отвлекаться на новые письма, но их становилось меньше с каждым днём: в столице прознали, что я уезжаю из Назаварры, и поднос для обычной переписки все реже радовал меня сиреневыми вспышками.

Я даже немного расслабилась и начала подумывать о том, чтобы получать удовольствие от поездки, когда полыхнул срочным сигналом первый поднос – тот, куда до сих пор присылал сообщения один лишь Аурелис.

Разумеется, я тотчас сорвалась с места, испортив все старания ланы Фосс, как раз пытавшейся соорудить из моих волос прическу по последней эневерской моде. Опытная камеристка, впрочем, только тяжело вздохнула – и ничего не сказала. Все люди, что работали на меня, прекрасно знали, что стоять между седьмым эмиссаром и ее подносами противопоказано.

Справедливости ради, на этот раз спешка была ни к чему. Записка оказалась не от Аурелиса, а от тарра Аргена.

«Атисс Гроумвелл отбыл со срочным поручением в Австориж. Разузнать его цели не удалось.

В Дарансе о династическом союзе с Эневером никто не знал. В перспективе низы не заинтересованы.

Образование атисса Гвенеля Джузиньона подтверждается дипломом Третьей академии лекарских искусств Даранса и записями о десяти годах практики в госпитале под патронажем королевской семьи. Потом Гвенеля Джузиньона выкупили и подарили принцессе на помолвку, и с этого момента он не вел других пациентов. До заметок лекаря о состоянии королевы добраться не удалось.

Лана Кадми сообщает, что Ее Величеству нездоровится по утрам, а на кухню стали поступать запросы на блюда, к которым королева раньше не притрагивалась. Подослать к Ее Величеству независимых лекарей не удается».

Ни подписи, ни личных выводов, ни предположений – тарр Арген был в своем репертуаре. Он свое дело сделал, а от анализа пусть голова болит у золотой атиссы.

Я бросила записку обратно на поднос, убедилась, что от нее остался только пепел, и сжала виски. Голова болела исправно, но теперь, для разнообразия, не из-за королевы.

Австориж – это даже не государство как таковое, а россыпь мелких оазисов в огромной солёной пустыне, выглаженной ветрами и солнцем до зеркального блеска. Назаварра отгораживалась от мертвой земли узким горным хребтом – не забыв, впрочем, пронзить его десятком тоннелей. Соль тоже имела ценность, а для жителей пустыни было ценно все остальное.

Что ж, я ожидала чего-то подобного. Если уж Аурелис озаботился тем, чтобы я не увиделась с бывшим мужем, то с него сталось бы позаботиться о том, чтобы мы разъехались в противоположных направлениях.

Только вот какое поручение придумал Его Величество для Теллура? Неужели в столице начались перебои с поставками соли и фиников, и пришлось срочно отправлять ни много ни мало восьмого эмиссара, чтобы договориться об увеличении партий?

И доставить по письму в каждый оазис, без сомнения.