Энни - третий клон

Ч. 1 Гл. 4

Глава четвертая

- Мое имя, Эрика Клер, - сразу начала говорить женщина (Энни, смутно вспомнила, что уже где-то слышала это имя). - Сначала я подробно расскажу о себе, и о своей жизни, потом объясню, почему я так поступила в отношении вас потом дам совет, как вам жить дальше. Воспользоваться или нет моим опытом и моими советами, будет только вашим решением, я ни в чем вас не ограничиваю, и постараюсь помочь хотя бы деньгами. О себе подробно и без утайки я буду рассказывать для того, что возможно это поможет вам лучше и быстрее узнать самих себя, понимать самих себя и доверять самим себе. Все мои рассказы будут подкреплены архивными документами и фильмами.

…Точную дату и место своего рождения, я не знаю. Меня подбросили под двери приюта, в возрасте одной недели. Имя и фамилию мне дали в детском доме. Эрикой звали женщину, что меня нашла, а Клер, директора этого детского дома. Ко мне относились очень хорошо. Жилось мне совсем не плохо. Может из-за моей внешности, может из-за характера. Я была очень красива, это раз, и обладала стильным характером – это два. С первых лет своей жизни я всегда была лидером. Со мной считались даже старшие по возрасту. Не буду описывать свою жизнь до семнадцати лет, вы все прошли через детские дома и знаете, какая там жизнь. Начну с того времени, когда пришла пора покинуть приют. Я долго думала, что мне дальше делать, хоть я отлично училась, выбор возможностей был сильно ограничен. Я решила поступить в военное училище, в котором готовили спасателей, для помощи людям, попавших в разные опасные ситуации (в эту секунду Энни чуть не подпрыгнула). Я поступала не одна, сагитировала идти в училище чуть не пол группы.

Этот выбор был очень удачным. Строгая дисциплина, не дала разболтаться, ведь детдомовские дети, энергичнее, решительнее, и даже злее, чем их домашние одногодки, поэтому чаще попадают в неприятные и опасные ситуации. Зарплата одна из самых высоких, дружба, о которой ходили легенды, взаимовыручка, а то, что продолжительность жизни была самая короткая, и самая высокая смертность, в двадцать лет нас это не пугало.

Проучившись три года, пришла к неутешительной мысли, что больше всего спасателей гибнет, из-за просчетов командования в выборе самых безопасных маршрутов спасения, бездарного руководства, и тупости старших офицеров. Мне все меньше и меньше хотелось подчиняться дуракам и идиотам, получившим высшее образование, благодаря деньгам своих родителей. Я захотела сама стать офицером, но для этого было необходимо закончить Высшую Академию, учеба, в которой стоила очень дорого.

Терпеливо год за годом собирать необходимую сумму, было не по мне, и я придумала, как мне попытаться прорваться в Академию. Существовало два способа получить возможность бесплатной учебы. Первая – блестяще сдать вступительные экзамены, но об этом можно было и не мечтать, всего несколько мест, для огромного количества желающих, к тому же хоть я и училась блестяще, наше училище, находящееся на самой периферии не могло мне дать таких знаний, чтобы обойти всех конкурентов. Так что эта возможность была для меня закрыта, а вот вторая…

Ежегодно проводились, престижные соревнования среди команд выпускного курса всех военных училищ. Приз был просто нереальным. За первое место все члены команды получали возможность бесплатного обучения в Академии (конечно не самой элитной, но это не имело значения). Члены команды, занявшей второе место, получали также возможность бесплатного обучения, но только те из них, что победили лично в каком-нибудь состязании или на одном из этапов соревнования. Члены команды, занявшей третье место, получали возможность бесплатного обучения, при условии победы не менее, чем в двух состязаниях. Именно этот пункт меня и заинтересовал.

Повторяю, что училище, в котором я училась, находилось на периферии, и еще ни разу, за всю историю своего существования, не принимала участие, подобных соревнованиях. Считалось, что уровень подготовки, что дает училище не достаточно высок, чтобы соревноваться на равных с выпускниками элитных училищ… но чем больше я думала о возможности участии в этих соревнованиях, тем больше мне нравилась эта идея, но вся проблема заключалась в том, что мне нужны были только призовые места не ниже третьего, это выглядело весьма сомнительно, да что там сомнительно - просто нереально. Казалось бы, что я должна была бы сразу отбросить мысль об этом соревновании, но моя интуиция, которой я всегда доверяла, говорила мне, что стоит попробовать. И я решилась. А если я что-то решила, остановить меня было очень сложно. Я пока никому не говорила о своей идее, это было слишком рано. Мне нужно было все хорошо обдумать, составить план, просмотреть выступление команд за все предыдущие годы, и только потом соваться к руководству училища со своей идеей. Но как раз наступили летние каникулы, на практике, куда меня определи, работой не сильно загружали и у меня появилось достаточно времени, чтобы взвесить еще раз все возможности.

Я составила план. Мне нужно было сформировать команду (поскольку за меня этого никто не будет делать). Убедить руководство подать заявку на эти соревнования, и, собственно, сама подготовка. На все про все два месяца, этого было мало, очень мало, но выбора у меня не было или пан, или пропал. Для начала я села за просмотр и анализ предыдущих соревнований. За этой работой я провела почти все лето, не поверите, но надежда на победу крепла с каждой минутой.

Я на память помнила лучшие показатели ребят в разных видах состязаний, каких хотела пригласить в свою команду, и я с удивлением обнаружила, что они ничуть не хуже, чем у участников победивших команд. Мысленно формировала команду и была полностью уверена, что смогу, всех выбранных мною, убедить согласится на участие. Не могла дождаться начала учебного года, чтобы начать подготовку, как мои все надежды на победу, внезапно рухнули.

…Сначала я обнаружила последовательность в победах семи команд. Они побеждали по очереди, уже на протяжении многих лет. Я стала просматривать записи игр, потом файлы со скандалами, расследованиями, жалобами на предвзятое судейство. Такие иски подавались неоднократно, но никогда не были удовлетворены, если это мешало победе определенной команды. Еще раз, просмотрев спорные моменты, я убедилась в нечестности, а может и продажности судей. Но судьи менялись ежегодно! Не могли же подкупать всех, должны же были попадаться и честные непредвзятые. Я еще раз стала изучать личности судей, где учились, где служили, ничего связывающего их не было. Ничего, вернее никого, кроме Председателя судейской комиссии адмирала Джона Бредиссона. Он на протяжении многих лет бессменно возглавлял судейскую комиссию. Едва взглянув на его самоуверенное самодовольное лицо, я возненавидела всей силой своей души. Вот он источник нечестности продажности. Он никого не боялся, никому не подчинялся, от его отношения зависели все: участники команд, судьи, начальники училищ.