Энтони не Тони

Часть 1 -- Июнь, Глава 1

— Признайся, что ты трус! — сказал Генрих с лёгкой усмешкой, глядя на своих дружков. Кроме него, Энтони почти никого не знал. Лица были знакомыми, как у тех, кого видишь каждый день в коридоре школы, но не называешь по имени.

Один из них протянул бутылку, завернутую в пластиковый пакет. На нём были брекеты, чёрная футболка с черепом и военные шорты. Худощавый, с фальшивой татуировкой паука на предплечье. Он выглядел так, словно пытался казаться опасным. Генрих сделал шаг в сторону Энтони, словно собирался отомстить за что-то, чего не было.

— Так вот, Энтони, возьми бутылку и пей, если ты не трус. Ты же сказал, что уже пробовал…

На самом деле он соврал. Никогда раньше не прикасался к алкоголю и даже не знал, какой у него вкус. Наверняка горький, а Энтони терпеть не мог горечь. Он даже острые крылышки в KFC обходил стороной. Неуверенность, конечно, сразу вылезла на лице. Может, один глоток — и они отстанут, дадут просто побыть в покое.

Всё, чего он ждал от каникул, было просто: каньон в глубине леса и ледяная вода. Он мечтал прыгнуть в неё и плыть, пока не замерзнут пальцы. Эта мысль не давала ему покоя.

— Почему мне кажется что ты соврал? — спросил тот, что держал бутылку.

— Зависит от того, что у тебя за алкоголь, — пробормотал Энтони.

— Пиво.

— Хорошо, — наконец, он глубоко выдохнул. Это же всего лишь пиво. Он где-то читал, что оно из Германии, делают его вроде бы из соложёного ячменя и чего-то вроде газированной воды. Ничего страшного… вроде бы. Он успокоился, взял бутылку и решил: не нюхать, не смаковать, просто сразу глотнуть и всё.

— Давай, Энтони! — заорал Генрих. Его дружки сразу захлопали и зашумели, как болельщики на дурацком матче.

Он сжал бутылку и сделал несколько быстрых глотков. Газ резко ударил по горлу. Энтони зажмурился, как будто получил пощёчину. Его короткие светлые волосы были слегка растрепаны, а на носу сидели большие очки, за которыми скрывались глубокие карие глаза, полные недоумения и тревоги. Энтони опустил бутылку, чувствуя, как внутри него стало просто отвратительно, и он хотел вырвать.

— Видишь? — прохрипел Энтони, еле выговаривая. В конце концов его глаза покраснели — то ли от газа, то ли от стыда.

— Молодец, Энтони! Молодец! — Генрих и остальные вопили, подпрыгивали, толкались, как будто сходили с ума от восторга.

Они носились вокруг обычного парня, который всегда носил джинсовые шорты и свою любимую белую футболку с оранжевыми полосами. Того самого, который так долго ждал этих жарких солнечных дней, ярких и полных жизни, и мечтал провести время только на улице. Того самого, кто убьет четверых в начале августа.

Энтони Грин.