Эпичная случайность

Глава 4

Пользоваться арбалетом оказалось гораздо проще, чем можно было себе представить, недолго его рассматривая, стало понятно, что принцип его заряда чем-то схож с обычным луком, с которым хоть раз в детстве играл любой ребенок, даже из моего родного мира. По сути, там было точно такое же ложе для стрелы, лишь с одним отличием, в нем был закреплен спусковой механизм. Чтобы его зарядить всего то нужно было натянуть тетиву. Для этого на нем была специальная ручка, тянешь до защелкивания спускового механизма и все, оружие готово к бою.

Благо, пару раз в фильмах мне довелось видеть, как его правильно держать, поэтому с этим трудностей не возникло, примерно так же держат обычное ружье. Более того мой отец был охотник, и я пару раз видел его за делом, но мне оружие, к моему сожалению, он ни разу не доверял.

Наконец-то я осмелился попробовать выстрелить, выбрал для начала дерево, которое стояло поблизости, стрела устремилась в землю. Но для начала это не плохо, арбалет хотя бы выстрелил, значит я двигался в правильном направлении.

Спустя еще пол часа тренировок я уже хоть как-то научился оценивать куда все же приземлится стрела, мой самодельный прицел оказался как никогда кстати.

***

Стражи, которые нас сопровождали начали вновь собираться около нас, мы все поняли, что, судя по всему, наше время вышло, и нам стоит стать в ту же шеренгу, с которой все эти учения и начались.

Один из них, вновь начал что-то объявлять своим громким голосом, я конечно же ничего не понимал, но все было написано на лицах окружающих. И лица эти выражали дикий ужас.

Было очевидно, что тренировались мы не напрасно. Мы станем пушечным мясом.

Под командованием главного мы выдвинулись в дорогу, все дальше и дальше отходя от города и от места тренировки. Вдали начало виднеться некое сооружение, замкнутое укрепление с башней в центре. Это был военный форт.

- Нас явно ведут на верную смерть, - решил я.

Думаю, все окружающие поддержали бы мое утверждение. Никто не чувствовал себя в безопасности, но самое страшное было в том, что наше сопровождение в виде воинов тоже не излучало спокойствие. Все что-то обсуждали и точно у каждого прослеживалась дрожь в голосе.

Наш строй остановился относительно недалеко от того сооружения. Прозвучал некий приказ. И все вновь стали в одну линию лицом к форту, я лишь мог повторять за всеми. Люди принялись выставлять оружие вперед, явно готовясь к нападению. Но вот только я не был готов к такому повороту событий.

Сопровождающие нас военные начали отходить от нас на пару миль. Как я понял они стали второй линией нападения.

Не до конца было понятно, против кого намечается сражение, но то, что мы не останемся без потерь и пролитой крови было очевидно.

Приняв всю серьезность ситуации, в голову начали лезть мысли о доме, родных, о том, что я здесь оказался по нелепой случайности, а теперь меня, пятнадцатилетнего ребенка, отправляют на верную гибель. Но оставалось лишь одно, так или иначе постараться выжить. Выжить, несмотря на панику, дрожь во всех конечностях и обездвиживающий страх.

Из-за спины мы услышали громкий, явно что-то приказывающий крик и все, кто стоял рядом со мной с таким же оглушающим воплем ринулись вперед.

Примерно в пятистах ярдах от укрепления, стало возможно разглядеть, что по всему периметру форта были расставлены лучники. Их огненные стрелы были направлены точно на нас. Мы должны были просто принять на себя первый и самый мощный удар, а дальше за дело бы принялись настоящие воины. План стал понятен.

Чем ближе мы приближались, тем сильнее противники натягивали тетиву.

Подняв голову вверх, я увидел первый залп. Стрелы противников буквально освещали все небо. С воздуха летела огненная стена, которая могла поразить любого из нас. Стараясь бежать не оглядываясь, туда, куда просто несли ноги, боковым зрением я все ровно заметил, как в нескольких людей около меня попали стрелы. Они пронзали их тела насквозь, а пламя расползалось по их одежде. Слышались дикие крики, которые из-за моего страха, будто усиливались во сто крат в моей голове. Они буквально оглушали и выводили из равновесия, которого и так не было. Я осознал, что сейчас, каждый сам за себя, а шансов выжить, практически нету.

Мне приходилось бежать, не опуская головы, но также контролируя обстановку вокруг. Мелкими перебежками, от одного человека к другому, я продвигался все ближе и ближе к форту, не зная, что меня ждет впереди.

Но в очередной раз, глядя в верх, заметил несколько стрел, летящих прямиком в меня. Укрыться было не за чем. Единственное что было поблизости, это парнишка, который бежал чуть позади меня. Чтобы спасти свою жизнь, мне просто пришлось его подставить, немного притормозив и пропустив его вперед. Я просто схватил его за плечи и ровно в эту секунду стрела приземлилась прямиком в его грудь. Еще бы мгновение и на его месте мог бы оказаться я. Но в такие моменты, своя жизнь важнее кого-то другого. Я не думал ни о какой морали, кругом лилась еще теплая кровь, а мне просто нужно было выжить. Я был как теленок на бойне, который просто хочет, хотя бы еще раз в жизни увидеть свой дом и родных.

Не заметив, как это случилось, я был уже в метре от стены укрепления, немного поднажав, смог до нее добежать без каких-либо явных увечий, хотя из-за прилива адреналина, мог просто этого не заметить.

В надежде, что я уже в относительной безопасности, осмелился посмотреть в сторону «своих». Пленные лежали по всему участку, который мы прошли, истекая ручьями крови, а из разных частей их тела торчали стрелы противников. Но меня поразило то, что в небе перестали виднеться огни, а военные, которые изначально нас сопровождали перестали стрелять из своих луков и как обычно что-то кричали, но по их интонации я осмелился предположить, что это был победный крик.

В этот момент, ровно надо мной, появилась чья-то голова, а сразу же за ней, руки направляющие в меня стрелу лука. Стоя, прижавшись спиной к стене, держал арбалет вертикально, а когда увидел направленное оружие, с испуга нажал на курок. Видимо, это был очередной подарок на день рождения свыше. Моя стрела угодила в голову лучника, отчего он расслабил руки. Стрела, что должна была поразить меня, воткнулась в землю, десятком сантиметров правее.