Эпоха Возрождения

Глава 5

– Устраивайтесь поудобнее, – Чарвиния Соррен сложила на койку комплект чистого нижнего белья, – если будет что-то нужно, не стесняйтесь заходить в мою лавку. Она…

– На втором уровне, – улыбнулся Гэдмар, – я уже видел вашу лавку, когда Зак заходил к вам за моей одеждой. С виду довольно симпатичное местечко.

Женщина растянулась в добродушной улыбке. На вид ей было чуть больше пятидесяти, однако Чарвиния порхала по комнате словно пятнадцатилетняя школьница. Черные волосы были заплетены в две густые косы. И пускай Чарвиния была слегка полновата, виски уже подернуты сединой, а возле глаз виднелись морщины, ей это никак не мешало проводить весь день на ногах. Гэдмар провел в ее компании не больше получаса, но у него уже сложилось впечатление, что Чарвиния никогда не устает. Давненько он не видел настолько энергичных и жизнерадостных людей. У Чарвинии явно остались достаточно четкие воспоминания о жизни До Происшествия, но, казалось, сейчас она живет так, будто никакой катастрофы и вовсе не случалось.

– Кстати, насчет рубашки, – Гэдмар подергал рукава и удовлетворенно хмыкнул, – отличный материал. Я просто в восторге. Неужели вы сами шьете?

На какой-то момент Чарвиния даже немного оробела. По всей видимости, комплименты местные покупатели делают ей не так часто.

– Моя мать была швеей, – смущенно улыбнулась Чарвиния, – она начала учить меня шить, когда я только в первый класс пошла. Мне всегда давалось это легко... Да и в конце концов, в этом нет ничего сложного. Главное набить руку, а затем все делаешь на автомате.

– Как с велосипедом.

– Простите? – женщина вопросительно приподняла бровь.

– Ну, я имею в виду, научишься кататься на велосипеде раз – уже никогда не забудешь, как это делается.

– А, вы об этом, – Чарвиния застелила новое шерстяное одеяло, сменила наволочку на подушке, – ну, я никогда не умела кататься на велосипеде. Так что мне не с чем сравнить.

– Быть того не может… – Гэдмар удивленно покачал головой.

– После того, как папа ушёл к другой женщине, у нас с мамой всегда не хватало денег. Однажды я попросила ее купить мне велосипед на день рождения, но на следующий же день маму уволили с работы за очередное опоздание и…

Женщина тяжко вздохнула и села на кровать.

От прежней жизнерадостности Чарвинии не осталось и следа. В эту секунду Гэдмар чувствовал себя настоящим идиотом.

– Чарвиния, извините, если я…

– Да нет, – Чарвиния быстрым движением смахнула слезинку с глаз и поднялась на ноги, – вы ни в чем здесь не виноваты. Моя мама постоянно выпивала, поэтому работу она меняла едва ли не каждый месяц. Наверное, так она уходила от стресса после ухода папы.

На какое-то мгновенье воцарилась тишина. Чарвиния потупила взгляд куда-то в сторону, а затем широко улыбнулась, будто этого разговора и не было.

– Ну, как я и сказала, – поравнявшись с Гэдмаром, она хлопнула его по плечу, – можете заглядывать в мою лавку с восьми до одиннадцати.

– Спасибо, – улыбнулся в ответ Гэдмар.

Чарвиния кивнула и отправилась к выходу.

– Да, и еще кое-что, – она уже потянула на себя дверь, как резко обернулась через плечо, – не обращайте внимания на Зака. Он не всегда так себя ведет. Мальчишка просто хочет казаться взрослым и уверенным в себе. Возможно, иногда он и действительно переходит границы, но только для того, чтобы на Новазэме царил покой и порядок. В душе Зак действительно очень отзывчивый парень. Присмотритесь к нему получше и поймете, о чем я говорю.

Гэдмар Фоллс лишь молча кивнул и проводил взглядом уходящую Чарвинию.

Мужчина рухнул звездочкой на кровать, и облегченно выдохнул. Невероятно… Кровать с настоящим пружинным матрасом. Он уже думал, что никогда в жизни на такой не поспит. Гэдмару выделили целую комнату. Однако… Все ли Новазэмцы живут в подобных условиях? Пока они поднимались на самый последний ярус, на ярус мэра, Гэдмар смог убедиться, что в Новазэме существует несколько слоев общества. Как и в любом другом городе прошлого. И все эти слова мэра Шантера об «утопии», об «обществе, в котором никто ни в чем не будет нуждаться», о «лучшем мире», были не больше, чем обычным блефом и ложью. Пока в приемной мэра висят роскошные картины за несколько тысяч долларов, пока он распивает дорогой виски и коллекционирует редкие экземпляры книг, остальные новазэмцы ходят в обносках и стоят по пол дня в очереди за пресной водой.

Гэдмар не доверял ни единому слову мэра. Было видно, что он врал буквально во всем. Когда Одрэйн Шантер вообще выходил из своих покоев в последний раз? Складывалось ощущение, что он проводил в кабинете все свое время, а жизни остальных новазэмцев его никоим образом не волновали. Он раздавал свои приказы Лармио Дейну, а тот их безоговорочно исполнял. Мэр держал Дейна на коротком поводке. Скорее всего, он поселил его в роскошных апартаментах, выдает еду и питье сверх нормы, и уж совершенно точно не ограничивает его в свободе действий. По крайней мере, в тех пределах, которые выгодны самому Шантеру.

Но как бы там ни было, Гэдмар должен выполнить просьбу мэра и найти тот дурацкий город на одном из островов. Что мэр надеялся там разыскать, Гэдмар даже и думать не хотел. Но, если даже Гэдмар отыщет этот город, сдержит ли Шантер свое слово? Расскажет ли он о координатах Саварена? У Гэдмара не было никаких гарантий. Но ничего другого не оставалось.

Гэдмар Фоллс с тяжким вздохом поднялся с кровати, и огляделся по сторонам.

На удивление комната была достаточно просторной и уютной. Единственное окно выходило прямо на океан. Гэдмар отметил, что так он себя чувствовал даже спокойнее. За десятилетия странствований по Единому Океану он совершенно отвык от долгого пребывания в замкнутом пространстве. Безмятежный вид океанского горизонта и шум волн действовали на него успокаивающе. Вода стала его стихией, и без нее Гэдмар больше не чувствовал себя живым.

На прикроватной тумбочке стоял горшок с искусственным бонсаем. Неподалёку же располагался письменный стол.