Эра пурпурных звезд: Решимость

История пролога 1: Интервьюер

На часах 03:37. Лето. Окраина небольшого городка. По пустой улице разносится громкая музыка. Ее источник – сомнительное заведение под названием «LuxuryPlace», расположенное в трехэтажном доме старой застройки. Клуб, граничащий со статусом притона. Выход из него направлен во внутренний двор, используемый в качестве стихийной парковки.

Из парадной двери выходит мужчина, одетый в джинсы, потертые кроссовки, и броскую рубашку. Сверху на него небрежно накинуто пальто, нуждающееся в серьезной чистке. На руках он несет женщину, с трудом сохраняющую крупицы сознания. Ее светлые волосы растрепаны, тонкая летняя кофточка испачкана в чем-то красном, джинсовая юбка слегка задралась, а куртка с завышенной талией не очень подходит для ночной прогулки. Светлая кожа девушки под светом луны казалась мертвецки бледной. Переборщила с алкоголем или чем-то еще? В любом случае охранник на входе не будет задавать лишних вопросов. Так здесь заведено.

Мужчина проследовал на парковку и аккуратно положил девушку на заднее сидение своего автомобиля. После этого он занял место водителя и завел двигатель. Мужчина в пальто еще раз посмотрел на белокурую женщину на заднем сидении и убедился, что та окончательно провалилась в беспамятство. Внезапно, он ощутил приступ раздражения.

«Она оказалась на удивление крепкой. Та смесь, что я ей в итоге смешал, вместе с выпитым ей алкоголем… весьма ударная доза. Главное, чтобы эта леди не двинула коней прямо на моем заднем сидении».

Отвернувшись от белокурой женщины, мужчина взял с соседнего сидения свою сумку и вытянул оттуда записную книжку. Бросив сумку обратно, он раскрыл записную книжку и достал из нее несколько аккуратно сложенных бумажных листов. Расправив их, мужчина в пальто вчитался в написанный на них текст и вновь обернулся к девушке.

«Блондинка. Светлая кожа. В разговоре призналась, что ей за 30, но точный возраст не назвала. Рост около 165 сантиметров. Вес 45-50 килограмм. Судя по состоянию кожи, волос, глаз и прочего, периодически недосыпает, употребляет алкоголь и прочие вещества. Тем не менее, на серьезную зависимость не похоже. Есть работа. Круг социальных контактов ограничен. Одинокая. Близкие родственники живут в какой-то глуши. Почти сразу согласилась на свидание в клубе с сомнительной репутацией. Общее психическое состояние умеренное. При общении с легкостью поддавалась внушению и подстраивалась под мое мнение. Если сверяться со списком – это идеальный кандидат для первого номера».

Закончив свой анализ, мужчина убрал листы бумаги в записную книжку, а саму ее спрятал в сумку, после чего автомобиль, наконец, тронулся с места.

Ночные улицы города были пустынными. Звуки радио казались ему раздражающими, а потому тишину в салоне разбавлял лишь шум работы двигателя автомобиля. В такое время, в таком месте, в таком состоянии человека сразу тянет поддаться меланхолии.

«Значит три позиции из списка закрыл, осталось пять. В этот раз больше, чем обычно. Кроме того, просили найти всех как можно скорее. А список ведь не самый простой. У них там что-то намечается? Впрочем, меня это не касается. Они делают свою работу, а я свою. - Машина подскочила на кочке. Дорожное полотно становилось все хуже. - Уже почти пригород. – Мужчина в пальто направлялся загород. Он избегал шумных и благоустроенных трасс, выбирая менее комфортные обходные дороги между селами, которые даже на карте не значились. Путь предстоял неблизкий, а потому мужчина вновь погрузился в свои мысли.

«Моя работа…. Думаю, если охарактеризовать род моей деятельности и сравнить его с другими профессиями, то лучше всего подошел бы термин «Интервьюер».

Пейзаж за окном автомобиля сменился на поля, освещаемые только лунным светом. На дороге не было видно ни попутных, ни встречных машин. Лишь одинокий свет фар машины Интервьюера разбавлял поглотивший все вокруг морок.

«Поиск, интервью, доставка. Вот основа моей работы. – Интервьюер, ловко орудуя рулем, объезжал многочисленные ямы. В отдаленной глуши, где единственным источником света была одинокая луна, заплутать не составило бы труда. Однако мужчина не сомневался в маршруте. Он не замедлял ход, и, казалось, будто дорогу ему освещает нечто другое.

«Все начинается со списка. Несколько бумажных листов появляются в моей квартире на тумбочке рядом с входной дверью. Я не знаю, кто его приносит. Я не знаю, как этот кто-то попадает в мою квартиру. Я не знаю, когда он это делает. Список может появиться глубокой ночью, рано утром, в середине дня. Он может появиться, когда меня нет дома или когда я лежу в соседней комнате. Иногда кажется, что достаточно просто отвернуться и он возникнет на той самой тумбочке в ту же минуту. Мне запрещено пытаться подловить курьера, застать его на месте, ставить камеры или как-то препятствовать ему. Эти правила плотно отпечатались в моем сознании, хотя я не помню, чтобы кто-то хоть раз озвучивал их мне. За девять лет работы я точно понял, что меня не должно волновать то, когда и каким образом появляется список. Хм…, а ведь за все эти годы я даже не задумывался о том, чтобы заменить эту пошарпанную, облезлую тумбу. Даже сейчас от одной мысли об этом меня бросает в дрожь. Довольно странно. Я никогда не был сентиментальным, но эта тумба кажется чем-то сокровенным, неприкосновенным, пугающим….

Как бы то ни было, но единственное, что меня должно волновать так это содержание списка. Обычно на нем отображены три или четыре номера с описаниями подходящих кандидатов, – мужчина вновь потянулся к сумке. Вытянул оттуда записную книжку, а из нее достал три листа бумаги. Они были толстыми и шероховатыми. На них ровными рядами напечатанных букв пурпурного цвета отображался перечень искомых кандидатов: