Эра Водолея

Пролог

Северные земли Германии.

76 г. д. н.э.

Ближе к вечеру зимний день быстро угасал. Солнце, скрылось за грядой леса, небо на востоке ещё светилось тонким, перламутровым сиянием. В воздухе висела предвечерняя хрустальная тишина, нарушаемая лишь скрипом снега под ногами двух сестёр. Сетти шла впереди, неся на плече коромысло с двумя деревянными ведрами. За ней, поспешая, двигалась младшая сестра Хельга. Их тёплые платки покрыты изморозью, а щёки горели от колющего ветра. Озеро лежало перед ними, подёрнутое матовой дымкой. Ледяная поверхность, покрытая тонким слоем снега, выглядело прочно.

— Держись моего следа, — бросила Сетти через плечо.

Они осторожно ступали по натоптанной тропке к тёмному, дышащему морозным паром пятну проруби. Оставалось несколько шагов, раздался резкий, сухой звук. Увидела, как тёмная паутина трещин мгновенно разбежалась от ступней. Время будто замедлилось. Долго не думая. Резко развернулась, изо всех сил толкнула сестру в сторону, к берегу.

Под ногами Сетти всё провалилось.

Падение в бездну. Сначала — оглушительный, леденящий удар. Не холод, а удар, вышибающий весь воздух из лёгких. Мгновенная, всепоглощающая темнота, пронзительная до боли. Поток ледяной воды, тяжёлый, накрыл с головой.

Горячая рука вцепилась в запястье с такой силой, что кости хрустнули. Резкий рывок, вырвавший из ледяных объятий бездны. Сетти вылетела на ледяную поверхность, одеревеневшее от холода тело, глухо ударилось о лёд. Воздух, который не могла вдохнуть секунду назад, обжёг лёгкие. Она лежала, беспомощно сотрясаясь от судорожных, хриплых попыток откашлять воду. На небе висела полная луна. Но это не та, знакомая, холодная спутница зимних ночей. Кроваво-красной, свет лился на землю густой, багровой пеленой, окрашивая снег в багровый цвет.

Незнакомая фигура, возвышалась над ней, огромная и неясная в этом свечении. Массивные крылья нависали за его спиной, одно обтянуто тонкой кожей, как второе имело белоснежное оперение. На голове крупные веткообразные рога. Заострённые уши. Он осклабился, оголяя белоснежные зубы, клыки выделялись. В красных глазах вспыхнули огоньки.

— Идём, — гортанно сказал он, — время твоей жизни истекло, и ты теперь не жива и не мертва, — протянул руку.

— Ты... — попыталась выдохнуть Сетти, но слова застряли где-то глубоко в горле, вырвавшись лишь хриплым, булькающим шёпотом. Лёгкие, наполненные ледяной водой, горели огнём.

Её взгляд метнулся к тёмным силуэтам поселения, к слабым огонькам очагов, где жизнь, тепло, Хельга. Потом — на эту жуткую фигуру под кровавой луной.

Сетти с рывком вскочила на онемевшие ноги и бросилась бежать. К дому, к спасению, прочь от этого кошмара.

Но тело ощущалось тяжёлым. Не успела сделать и трёх шагов, как услышала громкий хлопок, порыв ветра ударил в спину. Сильная рука вцепилась за шиворот мокрой туники, почти подбросив её в воздух. Мир кувыркнулся, и с секунду она снова увидела багровую луну, плывущую в черноте, прежде чем ударилась об лёд. Треск льда, костей смешался, голова пошла кругом. Холод. Холода больше нет, только тепло, растекающееся по всему телу.

— Кончай метаться, этим ты себе не поможешь, и смысла бежать от участи уже нет.

Незнакомец, схватил за шиворот и поволок в сторону белоснежного берега, где стоял жеребец, нервно бьющий копытом по снегу. Бросил Сетти на спину лошади, сам вскочил, резко развернул лошадь, которая встала на дыбы. Они понеслись прочь от озера, от поселения, вглубь тёмного, безмолвного леса. Ветер свистел в ушах, хлестал по лицу колючим снегом.

Они мчались сквозь хрустальный лес, залитый светом луны. Сетти, не чувствовала тела. В голове много чего творилось, от услышанных слов от этого незнакомца, до того как над головой сгустилась беспроглядная тьма. Давящая темнота, сдавливающая тело, холод, после тепло. Приятное тепло.

В глубине чащи, в скрытой от мира поляне, незнакомец осадил коня. Спешился, легко снял и Сетти, опустив на подмерзшую землю.

Ноги ее подкосились, незнакомец, усадил на поваленное ветром дерево.

— Проклятье избрало тебя. Станешь Щитоводом. — он указал на пылающую луну. — Будешь служить на них. Правителя самой большой темницы. И в тоже время на хозяина самого прекрасного сада. На подходе Эра Рыб. Мне доведётся, наконец-то уже освободить себя и принять вечный покой небытия. Ты сможешь распоряжаться как жизнью, так и смертью. Так и судьбами всех смертных, особенно питать тебя будут падшие смертные своим грехом. Но, раз в год, тебе потребуется и поедать плоть их.

— Вы ошиблись. Спутали с кем-то. Точно не я вам нужна.

Сетти вскочила на ноги, бросилась наутёк куда подольше, от этого незнакомца. Она бежала вперёд по протоптанной дороге, которая всё становилась длиннее и длиннее. Ноги медленно начали увязать в густом снегу. Шаги становились тяжелее. Сугробы всё глубже. Вскоре вовсе увязала, проваливаясь вглубь. Резкий рывок, отозвавшийся острым онемением сухожилий в кисти, распространившись вверх до плеча. Незнакомец положил руку на плечо, рядом с шеей сжал пальцы.

— Ещё раз такое выкинешь, переломаю все кости тебе. С большим удовольствием буду лицезреть, как будешь сходить сума от боли восстановления.

— Почему…

—… ты? Проклятье выбрало тебя. Ты забыла нашу встречу три заката назад? Позабыла, как твоё тело пронзил удар молнии, когда ты случайно соприкоснулась с незнакомцем у таверны?

Сетти отступила назад, всматриваясь в него, воспоминания как навязчивая старица из селения. Яркими вспышками поразили память. Тот день, когда встретилась с всадником.

— Так, что дитя? — он протянул руку.

Сетти несколько секунд смотрела. Приподняла ладонь, потянулась к нему, но тут же замерла.

Незнакомец не стал ждать, схватил её ладонь, сжал.

— Время. Когда придет следующая смена Эр, возможно, ты найдёшь того, кому сможешь передать проклятье дальше, и освободится от этого, и обрести свой покой в небытие. И обретёшь свой вечный уже покой. Знай, что лишь через две тысячи лет, встретишь верного друга, он тебя изберёт сам. Как мой верный друг, Аргангрх, — незнакомец посмотрел на лошадь.