Эра зеркал. Вечная любовь.

Глава 22. Великий отец

Великий отец еще не был великим. Он был обычным шаманом, которого выгнали из деревни. Он ни о чем не думал. У ног его плескалась вода озера, оно молчало как хороший слушатель, и шаман обратился к нему:

— Я знаю, что я могу быть великим. Что же мне делать? Я должен вернутся и доказать всем, что я самый сильный шаман на берегах озера.

Он снова и снова вспоминал свой позор изгнания из деревни, глаза девушки, которую собирался выбрать себе в жены, полные жалости или (неужели?) презрения. Как??? Как все это могло с ним произойти?

Вся его жизнь была продумана до мелочей. С самой ранней юности он представлял себя великим шаманом, которому поклоняются все жители близлежащих деревень. Он усердно учился у знатных шаманов своей и других деревень, он не ленился ни дня, вставал ранним утром и ложился поздней ночью только чтобы быстрее освоить все колдовские премудрости. Когда другие ходили на охоту, гуляли с девушками, он бежал на окраину деревни к старухе-шаманке. Помогал по хозяйству и взамен получал уроки мастерства. Вскоре он заметно преуспел в этом деле, научился не только простым трюкам, но и сложным ритуалам. Но при всем мастерстве не мог никак достичь величия.

— Эх, зря ты так уперся, — ворчала старуха-шаманка

— Почему?

— Ты обычным рожден, не великим! — вздохнула бабка

— Но я же постиг все твои премудрости! — возмутился ученик

— Постиг-то да, да только не хватает тебе таланта, не быть тебе великим — отрезала бабка.

Юноша вскочил, красный как рак, хлопнул дверью и больше старуха его не видела.

Зато сам он решил, наконец, действовать. И пообещал вызвать дождь. Только вместо дождя получилось у него только позор. Вода с неба так и не пришла, от засухи начал умирать скот. Жители деревни собрались на совет, и решили выгнать горе-шамана пока, осознанно или нечаянно, не уничтожил он деревню ради своего тщеславия.

— Уходи, уходи — пока просим тебя по-хорошему — сказал старец и бросил ему в дорогу палку и мешок с едой.

Шаман встал и стряхнул мучившие его воспоминания. Он сделал все, что мог. Видимо, не быть ему великим. И возвратиться в селение он больше не может, и идти дальше некуда. Позади непроходимый лес, впереди безграничное озеро.

Значит, вперед — решил он, и шагнул в воду. Ледяная вода обожгла ноги, словно пытаясь отрезвить человека, остановить его. Но он шел. Все глубже и глубже. Вот уже его одежды намокли и вздулись над водой парусом. Еще пара шагов, и он уже не чувствовал под ногами дно. Поплыл и сам удивился собственной глупости: зачем я плыву, если хочу утонуть? И опустил руки, закрыл глаза.

Чудные сны снились утопленнику. Девочка с разноцветными бантиками смеялась и звала куда-то, какой-то камень обжигал ярким светом зеленых прожилок.

Вода выбросила его на берег

— даже озеро не принимает меня-подумал он в отчаяньи глядя на холодную узорную снежинку, летящую с небо. И закрыл глаза — лед сковал мокрую одежду, обернул тело, застеклил глаза. И в тот момент, когда сознание покидало его, он услышал мурлыкание большой кошки и почувствовал ее тепло.

Когда он снова открыл глаза, перед ним лежало озеро, а кругом затаилась природа. Рысь притащила его в пещеру и ушла. Он остался жив и остался один.

Его пугала тишина. Тишина не вокруг, а внутри него. На сотни километров — вода, камень и лес.

Построить дом, добывать еду — не большая трудность для опытного шамана. А вот быть одному, каждую минуту наедине только со своими мыслями, воспоминаниями — он понял, что скоро сойдет с ума.

— Надо дышать в так этого мира, надо перестать думать о чем-то, кроме коротких мыслей… — понял он. И перестал думать. Стал слушать, смотреть вокруг и следовать тому, что видел…

Казалось, что он очень устал за долгую жизнь среди людей, словно какой-то неподъемный груз тащил все это время на своих плечах, и так привык к нему, что когда груза не стало, это испугало его.

Однажды он проснулся и вышел к озеру раньше обычного. Солнце уже взошло, и вода казалось огромным зеркалом. Он остановился, замер, потом сел на колени. И долго молчал. зачерпнул воды и умыл лицо. Когда он поднялся, то все для него было уже другим.

У деревьев были имена, следы рассказывали целые истории, солнце всходило и заходило, рассказывая свои сказки.

Он подошел к дереву, приложил к нему руку и очистил свои мысли от всего, кроме тишины. И через мгновение почувствовал, как его рука покрывается упругой, сочной корой, сквозь которую пробиваются первые зеленые веточки. Уже через пару секунд он был частью этого дерева, дышал и рос вместе с ним.

Испугавшись, шаман отшатнулся. И снова стал человеком. С изумлением он смотрел на свою руку, которая только что была частью дерева. Не веря своим глазам, шаман снова приложил руку к вековой ели. И снова тонкими иголками стала прорастать наросшая кора.

Уверившись в том, что видит, он приободрился. И приложил руку к камню, потом к земле, к воде. Он касался всего, и становился всем, что было живым. И каждое прикосновение делало его сильнее.