Эрбэ, или спящая магия

22.

Битва со сном закончилась полнейшим и безоговорочным поражением. Элиас лежал уже которую ночью, не в силах сомкнуть красные, отяжелевшие веки, которые, будто сломанный механизм, не желали приходить в движение и замерли в одном, полуоткрытом положении. Частично отключенный мозг работал в аварийном режиме в надежде на хотя бы временную передышку и выдавал изощренные, мало походящие на реальность, видения: Элис в образе лесной нимфы, облаченной лишь в легкую летящую сорочку, дурашливо пританцовывала на сахарном облаке, бросая обворожительные, дерзкие взгляды на юношу. Бесстыдно выставив, босые ступни, девушка щекотала нос Элиаса кончиком большого пальца.

«Сумасшедшая», — шептал тот в полубреду, счастливо расплывшись в улыбке, и усердней распалял свое воображение. Его совсем не смущали пикантные эпизоды галлюцинаций.

Кто-то подергал Элиаса за плечо, и сознание, отчаянно цепляясь за ускользающие фрагменты грез, неохотно вынырнуло из дремы.

— Эл, у тебя глаза открыты. Эл!

— А? — юноша с трудом сфокусировал блуждающий внутренний взгляд на девушке, представшей перед ним из плоти и крови, еще более очаровательной в строгом сером платье до колен и белым накрахмаленным воротничком.

«Интересно, как ей удается сочетать простоту и элегантность?» — пронеслась у юноши мысль.

Между тем лицо девушки выражало беспокойство и легкое нетерпение.

— Эл, ты меня вообще слышишь? Кого ты сумасшедшей назвал?

— В слух произнес значит... Да так, никого, — Элиас приподнялся на локтях. — Ты почему не спишь еще?

— Да вот проснулась, и увидела тебя с открытыми глазами. У меня чуть сердце деру не дало при виде такого зрелища. Брр.

— Вот как? Значит вот какие чувства я в тебе вызываю? — поддразнил Элис юноша. Его улыбка все так же играли на губах, и девушка при взгляде на него постепенно начала успокаиваться.

— На тебя Маркус плохо влияет. Ты чаще стал надо мной подшучивать. — рассмеялась Элис и легонько ударила его по плечу. Элиас ловко поймал ее ладонь и погладил. Девушка покраснела и попыталась отдернуть руку. — Эл... Ты чего? Я тебя не узнаю...

— А три года назад ты спокойно брала меня за руку. Что изменилось? — юноша высвободил ее ладонь.

— Мы были другими тогда... И... — Элис закрыла глаза, с шумом вдыхая и выдыхая воздух и пытаясь унять дрожь в коленях. — Мы больше не дети.

— И это все? С каких пор мы руководствуемся возрастом в наших поступках? Разве мы не вольны жить так, как велит нам наше сердце?

— Ты не понимаешь! — произнесла Элис запальчиво. — Ты все это время делал вид, будто меня не существует. Сначала такой весь из себя нелюдимый, а потом жесткий и надменный. Я просто не знаю, как себя с тобой вести; не знаю, кто ты теперь такой!

— Элис, — его голос дрогнул, выдавая легкое волнение. — Со мной непросто. Тот глупый, наивный и вспыльчивый мальчишка, каким я был, сломался. Он не смог принять эту реальность, не был жизнеспособным. Прости, но его больше нет. Теперь перед тобой человек, который не боится боли. Человек, который осознает зло и может причинить его в ответ. Человек, в которых полыхает адский огонь мщения, сжирающий его изнутри. Человек, который не успокоится, пока не добьется возмездия. Я изуродован как внешне, так и духовно. Да, я стал гораздо сильней. Но эта та сила, что разрушает, а не строит. Та сила, от которой не спастись, если попасть под ее пламя.

— Эл! Но ты даже не дал мне выбора! А просто выкинул из своей жизни на все эти годы! — глаза девушки вспыхнули от негодования.

— Я просто пытался тебя уберечь от себя самого. А теперь ты сама знаешь, что ждет нас обоих. Я не могу тебя просить встать на мою сторону, делая выбор между мной и своим отцом. Ты меня никогда не простишь за то, что я хочу с ним сделать... — Выдавив на губах кривую усмешку, Элиас на мгновение замолчал. — Но я не могу иначе. Именно поэтому я до сих пор жив. Жажда мести подпитывает мой организм.

—  Эл, возможно прозвучит глупо, но я не верю, что отец мог такое сотворить. Да, он далеко не ангел, но и не убийца. Мог бы ты хотя бы выслушать его, прежде чем вершить самосуд?

Элиас издал приглушенный смешок и рывком встал.

—  Я даже не сомневался, что ты такое скажешь, дочь своего отца. Нет и еще раз нет. Какие еще доказательства тебе нужны, чтобы ты прозрела? Не ты ли сама мне говорила, что он создал «Каменистую Пустошь»? Не ты ли сама хотела расквитаться с ним и расшифровать это документ? Я не в праве ставить перед тобой выбор, на чьей стороне быть. Это решение исключительно за тобой. Однако не проси от меня невозможного. Я не могу проявить слабость и пойти на уступки. Если бы он разрушил бы только мою жизнь, было бы все иначе. Однако лорд Ревельт трус и подлец. Он буквально поработил отца Маркуса и чужими руками избавился от моего. Ему нет прощения.

Элис почувствовала, что вот-вот расплачется. Девушка в отчаянии заломила руки за спину, растерянно и молча взирая на юношу. Слова потеряли всякий смысл и были больше не нужны. Она не в силах была просто взять и уйти. Но и продолжать эту агонию не представлялось возможным. Элиас видел ее буквально на сквозь. Не делая попытки приблизиться, он сосредоточенно наблюдал за ее мыслительным процессом, так ясно отображающимся на ее лице. Текли долгие минуты, превращаясь в мучительные часы. А ребята все также стояли неподвижно, не открывая взгляд друг от друга, пока темнота ночи не сменилась угрюмым утренним светом. Такими их и застал Маркус, беспрестанно зевая и потягиваясь,и хловал заспанными глазами, потирая их костяшками пальцев.

—  Что за немая сцена — «Печальные влюбленные перед долгой разлукой»? Вы вообще спали, господа? Вы выглядете весьма помято. Особенно ты, Элис. Фасад, мягко говоря не очень. Нежить запросто примет за своего. Объясниться не желаете?

—  Зато ты выглядишь весьма свежо. Цветешь и светишься, — Элис отмер, приветственно оскалившись в улыбке.

—  А то как же, — Маркус довольно поскреб ногтями небритый подбородок, нисколько не обидевшись на саркастичный тон друга. — бери пример с меня. Настроение всегда в зените, живу сегодняшним днем и не парюсь по всякой ерунде.