Ёрфланд. Сказ о драконе

Глава 25

“Род Лараманов насчитывает три столетия. Все представители королевской крови отличны пшеничными волосами и зелеными глазами. Светлая кожа и бледные, невыразительные губы. Рост средний. Телосложение атлетическое. Предположительно произошли от кровосмешения исконных жителей Ларкона и жителей Песчаной Пустоши.”

Летопись шести королевств. О королевстве Ларкон.

На ужин Ирис получила две толстые котлеты, рис, кружку молока, хлеб с сыром и даже ложку меда. Так плотно и вкусно она, кажется.. никогда в жизни еще не ела. Ирис с волчьей жадностью смела предложенную еду, облизнулась и погладила округлившийся живот.

Старушка все это время сидела на своей постели, раскачиваясь вперед назад, шептала молитвы своему деревянному ворону. Когда Ирис закончила с праздным ужином, в дом вошел тот самый широкоплечий мужик, которого она встретила в первый день. Он встал у двери и молча замер, не сводя глаз с девушки.

-Чего это он? - прошептала Ирис бабушке.

-Следит, шоб ты не убежала, - прокряхтела старушка. - Ты уж меня прости, детка, не уберегла.

-А что будет завтра?

-Пойдешь в Лараман. Завтра день Ужина, - вздохнула бабушка, жуя губами. - Через три полных луны будет день Завтрака, еще через три Обеда и опять все по кругу. Ты сильно то не волнуйся, на Завтраке я за тобой отправлюсь.

-Я ничего не понимаю, - тем же шепотом произнесла Ирис, хмуря брови.

-Завтра. Все завтра, - махнула Соха и улеглась в своей постели.

Девочке ничего не оставалось, кроме как опуститься на свою подушку и накрыться пледом. Мужик так и стоял в дверях, не моргая, следил за Ирис. Под тяжестью его взгляда никак не удавалось уснуть. Хотелось спрятаться, заползти под пол и, свернувшись калачиком, превратиться в юркую мышку, которую страшный и угрюмый блюститель не сможет поймать своими крупными ручищами.

Сон пришел к Ирис под самый конец ночи, скверный и мрачный, как щель под кроватью старухи. Девушке снился дворец. Гигантский, каменный с высокими башнями и длинными шпилями. Его стены были черны, как обгоревшая древесина, а окна выбиты, словно внутри буянил ураган. Черепица содрана и разбита, валялась у обугленных ворот. Цепи, что когда-то держали подвесной мост, болтались оборванными лентами и скрипели от каждого дуновения ветра. В щелях завывали призраки, гнилые кости горками лежали в разрушенных залах.

Кто-то был там. Внутри этого разваленного склепа. Слышалось шуршание. То ли мыши скреблись под прогнившими половицами, то ли змеи вились в дырявых стенах. Хлопали чьи-то широкие крылья, и запах отсыревших углей и разлагающихся овощей расползался по этажам заброшенного дворца.

Раздался грохот. Ирис вскочила с постели вся потная, с тяжелым дыханием. Она начала крутить головой во все стороны, ища того, кто следил за ней среди трухлявых камней дворца. Но вместо чудовищ и демонов она различила грозную фигуру своего охранника в дверях, а рядом гобатую старушку, которая уронила на пол миску с жижей и теперь с трудом наклонилась, чтобы ее поднять.

-Вставай, детка, пора уже, - прохрипела Соха, заметив подскачившую Ирис. - Сядь, поешь перед дорогой.

Серой каши осталось всего полчашки, а вместо вчерашних молока и меда, на столе девочку ждала ключевая вода и ломоть хлеба. Ирис привередничать не стала, поднялась и, с до сих пор громыхающем сердцем, принялась за скудный завтрак. Ложка едва шла в рот, а вода жгла горло.

После завтрака Ирис вывели на улицу, и Соха нежно потрепала ее по волосам:

-Ты не бойся ничего, Карсис за всеми нами присматривает и под крылом своим бережет.

-Нас так точно, - хмыкнул мужик, - раз тебя прислал.

-Ступай детка, - Соха проигнориловала замечание, продолжая щупать золотую косичку Ирис. - Ох, Карсис, как же ты на них похожа. Те же волосы, те же глаза. Может он не тронет тебя..

-А может еще больше разозлиться, - буркнул балкан.

-Не груби, Борис, - и старушка выпустила локоны из скрипящих пальцев, отступая назад.

-Вы же обещали помочь мне! Отправить меня домой! - выпалила Ирис, чем заслужила грубое движение Бориса.

Этот боров схватил ее за руку под мышкой и резко дернул на себя. Ирис аж подлетела, болтнув ногами, как куколка.

-Все. Попрощались, - он поволок девушку за собой, приподнимая ее над землей.

Ирис охала от боли, ожидая синяков от грубых пальцев на своем плече. Проходящий мимо народ совершенно никак не реагировал на представление. Пару человек лишь повернули головы, когда девушка закричала и попыталась вырваться. Она била свободной рукой по торсу Бориса, болтала ногами и яростно крутила головой, но мускулистый мужик даже не замечал трепыханий тощей пташки в своих руках.

Борис вытащил ее за пределы городка и с такой силой швырнул на землю, что Ирис плюхнулась на каменную дорожку, ударяясь коленками и ладонями.

-Дорога займет день. Будешь брыкаться, свяжу тебя и потащу за собой, как мешок с картошкой, - прорычал Борис, наклоняясь над девочкой и сводя свои густые брови. - Ну? Сама пойдешь или тащить?

Ирис скопировала выражение лица своего мучителя, нахмурила светлые бровки, упрямо выдвинула нижнюю челюсть вперед и скрестила руки на груди. В другой ситуации бойкость малявки посмешила бы Бориса, но сейчас он только шумно выдохнул, распрямился и возвел глаза к сизому небу. Серые густые облака медленно тащились над его головой, наливаясь темнотой дождя.

-Значит, потащу, - он наклонился. Ирис тут же замахала руками, отталкивая ладонь Бориса, вскочила на ноги и пнула его по лодыжке. - Сделаешь так еще раз и пожалеешь!

Он грубо схватил ее ровно за то же место, что и в прошлый раз, заставляя Ирис вскрикнуть от боли, и поволок прочь от городка. Девушка надула щеки и воротила от Бориса нос, нарочно вытягивая ноги перед собой, сопротивляясь движению.