Эргиал - Заложник Обстоятельств. (том 1)

Глава 16

- Как ты посмел?! – раздался мерзкий визг, стоило только Сергею-Рамзесу войти в просторное и помещение тронного зала. – Как ты посмел явиться в мой дворец?

Юноша не сразу понял откуда раздался этот режущий слух голос. Только после того как он огляделся, все стало на свои места.

Тронный постамент, метра на два возвышающий над полированным гранитным полом, находился прямо в центре помещения и являл собой скорее обзорную площадку. В массивном золоченном кресле, находящемся на вершине постамента, развалился он – фараон Та-Кемет и проводник воли Пламеокого – Кхабош Энунд из рода Анхенатэн. Именно голос этого существа сейчас противно резонировал, создавая неприятные ощущения в барабанных перепонках всех присутствующих.

- Стража! Схватить его! – продолжал неистово визжать фараон. – Заковать и предать смерти, немедленно!

Вот тут Сергей немного опешил, поскольку с большой вероятностью, эти слова прозвучали в адрес его персоны. Парень инстинктивно сделал пару шагов назад выискивая эфес меча на поясе, но его там ожидаемо не обнаружилось.

На удивление Сергея, стражники даже и не думали выполнять приказа фараона, они все так же недвижимо стояли вокруг трона-помоста, никаким образом, не выдавая в себе ни малейшего намека на жизнь.

- Разве пристало царю страшится юнца в собственном дворце? – вперед выступил пожилой мужчина при оружии в ножнах, в ниспадающем до самых пят халате расписанном золотой нитью. Грудь его прикрывал легкий доспех цвета меди.Воин, видимо старший среди царской стражи, повернулся к фараону и склонил одно колено. – Ты знаешь заветы своего предка, мой царь. Да сгорит во пламени Его гнева осмелевший причинить зла мирному гостю иль путнику, и пусть будет проклято все его потомство во веки. Я не отдам приказа, пока юноша не проявит враждебности или пока он находится во дворце.

- Как смеешь ты… раб, обвинять меня в трусости! Приказываю вывести его во двор и отрубить голову там! – не желал успокаиваться фараон.

- Я не могу этого сделать, мой царь. – Воин склонился до самой земли. – Ты вправе казнить меня, но нарушать святых заветов я не посмею.

По огромному залу раздался гул одобрения. Практически все дворянство, находящееся в тронном зале, поддержало мужчину. Самые нетерпеливые, бесстрашные или попросту безрассудные, тут же стали выкрикивать фразы-упреки в адрес фараона.

- Неслыханное кощунство!

- Пламеокий покарает отступника.,

- Позор!

Тиски, сжавшие сердце Сергея, заметно ослабили хватку. Парень мысленно поблагодарил судьбу, за то, что он попал в архаичный и глубоко религиозный мир, завязанный на неукоснительных правилах и традициях предков, а не в какой-нибудь коммунистический и безбожный.

Весь цвет Та-Кемет меж тем и не собирался успокаиваться. Сплошной стеной все присутствующие медленно стали надвигаться к тронному постаменту окружая его со всех сторон. Стража заметно напряглась. Дворяне прекрасно понимали, что даже единожды позволив фараону нарушить древние правила публично, они обрекут себя на верный произвол со стороны правителя в будущем.

- Назад! Назад! – завизжал Кхабош заерзав на золотом троне.

Стражники с зычным выкриком, синхронно выставили перед собой копья, давая понять, что подходить ближе не стоит никому. Празднество вот-вот могло перерасти в бойню, но слава Пламеокому, все обошлось.

Все же дворяне были неглупы и нападать на царя никто не собирался, даже те, которые участвовали в заговоре. Тем более что все гости были безоружны и понимали, что многочисленная и хорошо обученная стража могла мигом положить конец попытке переворота. А как только из соседней комнаты выбежало еще несколько десятков стражников, которые уже непроницаемым кругом закрыли тронный постамент, сразу стало понятно, что заговор обречен на провал. Глухой хлопок раздавшийся за спинами заставил женщин вздрогнуть от неожиданности, многие тут же обернулись назад. Пятеро стражников фараона намертво встали возле захлопнувшихся массивных створок, преграждая путь.

«Теперь и оружие не взять» - подумал Сергей.

- Позволь говорить, мой царь. – вперед вышел старик с уже знакомым Сергею скрипучим голосом.

- Молчать! – прервал того своим взвизгом фараон.

По залу вновь прошелся гул, на этот раз осуждающий. Толпа гостей снова колыхнулась вперед, готовая в любой момент голыми руками схлестнутся со стражами, но один из дворян, оказывается находящий за спинами телохранителей фараона, близь тронного постамента, в три прыжка взобрался по ступеням и тут же бросился что-то шептать Кхабошу, сопровождая свою речь резкими взмахами рук.

Все замерли, кажется даже затаив дыхание. Взгляды присутствующих были неотрывно прикованы сейчас ко двум говорившим на помосте людей – Фараона Та-Кемет и его любовника, по совместительству являющимся Джати Палаты Порядка.

Сергей только сейчас осмотрел тронный зал полностью, пока выдался свободный промежуток времени. Надо сказать, что помещение поражало как своими размерами, так и убранством, но самое огромное впечатление конечно же произвели стены. Огромные, высотой метра четыре от пола до потолка, стены обносили весь тронный зал сразу с трех сторон. Они были из чистейшего полированного стекла с зеленоватым оттенком. Причем толщина их была настолько велика, а полировка и форма огранки так необычна, что даже свет двух местных солнц не бил в глаза, а лишь только создавал необходимое освещение, но не более того. Хотя огромные жаровни все же стояли по углам тронного постамента, которые находились здесь скорее для антуража, а не для своего прямого назначения. Потолок же был сплошь покрыт листовым металлом по цвету очень сильно напоминающий червонное золото, но Сергей сильно сомневался, что это было именно оно. Слишком уже много его было, да и на вид объемный узор из переплетающихся линий, кругов и рисунков местами сползающий по стенам к полу, по весу тянул на несколько тонн. По всему потолку были заметны вставки почти такого же цвета, на которых были изображены, казалось бы, самые обычные бытовые сцены из жизни людей, но это только на первый взгляд. На деле же, потолок в четкой последовательности изображал весь процесс сотворения этого мира, и мало кто из присутствующих действительно знал, о чем говорят объёмные металлические гравюры.