Еще одна луна

Глава 9.

То, что мы нашли утром на полу на кухне и в гостиной – Франческо забыл закрыть туда дверь – сложно описать приличными словами. Поэтому я просто оделась и снова молча ушла из дома, даже не позавтракав. Это было просто выше моих сил – присутствовать при уборке того бедлама, что устроила собака. Я понимала, что мое поведение откровенно заявляло, что я не принимаю Эльгу, но я не хотела мириться с пофигизмом Франческо. Как можно было не вывести собаку вечером?! Это надо было сделать хотя бы для того, чтобы выработать у нее привычку. Пусть теперь сам отвечает за свою безответственность!

Я злилась. Это заметила синьора – хохяйка бара. Она спросила, что случилось. Под давлением эмоций я рассказала про собаку и непонимание, которое накрыло меня в последние дни.

- А ты попробуй принять то, что есть, - мягко сказала она, крепко затягиваясь сигаретой. – Знаешь, может твой парень и сам уже не рад. Помоги ему. Он оценит…

Наверное, я вела себя слишком категорично. Я не приняла во внимание желание партнера иметь собаку. Конечно, он тоже пренебрег моим мнением. Но я должна постараться ради нас. И сегодня вечером я выведу псину, так как точно вернусь домой раньше Франческо.

Эльга ждала под дверью, когда я вошла в квартиру. В прихожей с пола и мебели, куда могла добраться великанша, было убрано все: обувь, сумки, кремы, коробка с салфетками. На полу меня ждала одна лужа, но пятна от предыдущих тоже просматривались. И я не знала, что скажет хозяин квартиры, когда увидит их.

Прицепив поводок, я вывела собаку на улицу. Мы прошли с ней целый квартал, прежде чем она сообразила, что нужно начинать справлять свою нужду. Навалив кучу, она рванула вперед, увлекая меня за собой. И только сейчас я поняла, что на поводке не висел контейнер с одноразовыми пакетами, чтобы убирать за животным. Пока я соображала, что делать, а я даже не сдвинулась с места, меня уже отчитывала какая-то синьора, что я несознательная горожанка. Я занервничала, меня бросило в жар. Поискав в сумке бумажные салфетки, я стала собирать экскременты. Было противно, но я сделала и это.

Потом мы пошли в ближайший магазин товаров для животных, чтобы купить эти одноразовые пакеты для уборки. И только потом отправились домой.

Мытье лап тоже заняло некоторое время. Тащить ее в душ мне запрещал здравый смысл. Я нашла тряпку и принялась за работу. Лошадка брыкалась, но я ее утихомирила. Утомленная мной, она тут же растянулась на прохладном кухонном полу у холодильника и заснула. А я взяла моющие средства и начала оттирать пятна с паркета.

К моменту, когда Франческо вернулся с работы, а он тоже поторопился, я уже приготовила ужин, сходила в душ и начала улыбаться.

Увидев меня такой, Франческо сначала насторожился, но поцелуи и объятия быстро вернули его в нормальное состояние.

- Мы с ней подружились, - ворковала я ему на ухо, когда мы сели на диван, ожидая последние минуты перед ужином. – Я купила все необходимое, чтобы прибирать за ней на прогулке. Надеюсь, ты тоже будешь это делать…

- Спасибо тебе, карамелька! – он уткнулся носом мне в ключичную впадину и стал покрывать плечо мелкими поцелуями.

В итоге совет той синьоры из бара оказался хорошим. Мне почти ничего не стоило смягчиться и постараться помочь человеку, которого я люблю, а не нападать на него. И Франческо это оценил. Он ожил и с большим вниманием и благодарностью стал относиться ко мне.

И все же, несмотря на усилия и понимание с моей стороны, в день отъезда Франческо мы крупно поссорились. И случилось это, естественно, из-за Эльги. Это как с ребенком: его рождение переворачивает всё с ног на голову, и только самая крепкая и понимающая пара выдержит испытание достойно и без потерь. Там же, где изначально было не все гладко, брешь станет только больше.

Честно говоря я несколько упустила из виду вопрос с собакой. Я много времени проводила с девочками, а дома готовилась к отъезду, собирая информацию о том, как и где их развлекать в ближайшие две недели. Франческо, видимо, тоже не думал о Эльге, окрыленный своим холостяцким отпуском. Поэтому мой вопрос в шесть утра в день отъезда застал его врасплох.

- А с кем останется твое животное?

Я всеми фибрами ждала ответ, чтобы с чистой совестью спустить на него всех собак.

- С тобой, - ответил мне Франческо с тем выражением лица, которое появляется у людей, когда они отвечают на элементарный вопрос.

- Я уезжаю с девочками в Сабаудию через три дня! – возразила я. – Я тебе об этом говорила. Именно поэтому я не еду с тобой!

- Хорошо, я отвезу ее к заводчице. У нее есть пансион для собак. Это тридцать пять евро в день. Предлагаю поделить расходы пополам.

- Что?! – возмутилась я. – Это твоя собака!

- Черт! Когда ты начнешь называть ее по имени?! Мы живем вместе! И это наша собака.

И тут меня понесло…

- Я ее не хотела. Я была против! Я знала, что тебе некогда ею заниматься. Но тебе очень хотелось, и ты взял этого слона в двухкомнатную съемную квартиру. И я поддержала тебя: когда могла, выгуливала ее, кормила, вытирала за ней мочу и многое другое. Я уже несколько дней не сплю, потому что она скулит! А ты даже не позаботился о том, чтобы пристроить ее. И теперь хочешь, чтобы я оставалась с ней, пока ты отдыхаешь с друзьями?! – орала я. – Как это эгоистично! Не только по отношению ко мне, но и к собаке. Ты оставляешь ее опять, едва взял!