Еще одна луна

Глава 18.

Многие заводят домашнее животное, мотивируя это тем, что оно их будет ждать дома и встречать после работы. Для меня же стало неприятным сюрпризом увидеть Эльгу. Я совершенно о ней забыла и ни разу не спросила Франческо, съездил ли он забрать ее. Прошел почти месяц с тех пор, как я видела ее еще перед отъездом в Сабаудию. За то время из квартиры даже исчез тот неприятный молочный запах, который присущ щенкам. Именно он ударил мне в нос, когда я открыла входную дверь. Собака сразу встала и принялась вилять хвостом. Она заметно выросла, и только мысль о том, что это еще не предел, сразу омрачило мое возвращение.

Я наклонилась к ней и потрепала по голове, отодвинув мохнатую морду подальше от своего светлого платья. Странно, но я смогла уловить едва ощутимый сладкий аромат, исходивший от холки собаки. Шерсть ее блестела, и я подумала, что после заводчицы, Франчи отвез ее к грумеру.

• Ну, что, черная морда, - сказала я Эльге, - пошли, выведу тебя погулять.

Это снова была теперь моя реальность – жить вместе с этим конем. Лучше будет, если я смирюсь и начну принимать ее, как неотъемлемую часть и моей жизни.

Мы вышли на улицу и пошли к единственному в нашей зоне парку для собак. Собачников было совсем немного. На половине для мелких пород тусили такса, мопс и какая-то судорога на тоненьких ножках. На другой – только мерзкий бультерьер с широко расставленными мелкими глазками. Я колебалась, не зная, стоит ли заводить Эльгу в один вольер с этим чудовищем. Но его хозяйка узнала ее и стала зазывать ее, не меня, прошу заметить, войти.

• Девочка моя мохнатая, соскучилась!? Какая же ты хорошая! – расходилась хозяйка бультерьера, пока трепала собаку по голове, спине, шее, и совсем не замечая меня. – Кажется, ты ещё выросла за два дня, что я тебя не видела. Спусти ее с поводка, - неожиданно заметили и меня. – Цезарь ее хорошо знает и не обидит. Ты – дог-ситтер? Франческо говорил, что ему надо найти кого-нибудь…

Цезарь? Дог-ситтер? Франческо говорил?.. Это был нескончаемый поток слов и движений. Я было раскрыла рот, чтобы сказать, что я по сути являюсь совладелицей этой псины, но не успела. Девушка уже отцепила карабин и носилась вместе с Эльгой по площадке. От нее очень сладко пахло теми же духами, что и от собаки. И неудивительно – она постоянно ее трогала и прижималась. И все это она сопровождала неуемной жаждой говорить, спрашивать, но не слушать. Я выносила это минут двадцать, а потом сказала, что нам надо уходить. При этом вслед я получила замечание, что собаки этой породы нуждаются в более долгих и интенсивных прогулках. Я пообещала, что учту, и поспешила удалиться.

В квартире было чисто. Даже слишком – Франческо всегда отличался любовью к порядку. Он даже посуду после завтрака сразу убирал в уже разгруженную посудомойку. Хотя сегодня она была все еще закрыта – ждала меня, когда я ее разгружу. Я вытащила оттуда пару тарелок, стаканов и вилок с ножами. И меня это даже не насторожило до тех пор, пока я не заметила в раковине две кофейные чашки.

С инстинктом охотничьей собаки я оставила кухню и пошла по квартире осматриваться. Я ничего конкретного не искала, просто вставала на середину комнаты и медленно поворачивалась вокруг своей оси. Я почти не дышала, совершая короткие вздохи и выдохи, как будто боялась, что вместе с воздухом в меня войдет беспокойство и страх.

В гостиной все было, как прежде: здесь правил минимализм. За три неполных месяца мы еще не успели обзавестись совместными фотографиями или памятными предметами, привезенными из совместных поездок.

Я прошла в спальню и подошла к кровати. Простыни были не те, что оставались, когда я уезжала. И хотя у нас было два совершенно одинаковых полосатых комплекта, все же это был не тот. Простыни были подвернуты под матрас не так как это делала я. А из корзины для белья в ванной выглядывал уголок снятого комплекта.

Мне было противно, но я вытащила его и, отыскав обе наволочки, стала их нюхать. Я глубоко втянула воздух, и вместе с приторно-сладким запахом уже знакомых духов в меня ворвался и страх. Сомнений быть не могло – сегодня ночью в нашей постели Франческо был не один.

Может, у кого-то из женщин и остались бы сомнения в произошедшем, и они стали бы искать еще доказательства, но мне было достаточно и этого. Та девушка с бультерьером спала в моей постели с моим парнем. И все же, не смотря на уверенность, думаю, до конца я не верила.

Я вернулась на кухню и вернула всю посуду на место, как она и была: чистую в посудомойку, а грязную в раковину. Потом я быстро переоделась и вышла на улицу. Сначала я хотела взять с собой и чемодан, чтобы было похоже, как будто я только что приехала, но внизу меня видел консьерж. Достаточно будет прогуляться и вернуться позднее Франческо. Не знаю, получится ли у меня, но я собиралась вести себя как ни в чем не бывало. Почему? В тот момент я не смогла бы ответить на этот вопрос.

Оказавшись на улице, мне как будто бы стало лучше. Мое открытие показалось мне менее реальным и даже призрачным. Сразу появились сомнения, так ли я все поняла.

Около шести позвонил Франческо.

• Карамелька, - весело позвал он. – Ты куда пропала? Чемодан дома, а тебя нет. Послушай, - продолжил он даже не дождавшись моего ответа, - сейчас я вышел с Эльгой. Буду через часик. Ты уже вернешься?
• Да, - прохрипела я и откашлялась.
• Ты заболела?
• Да, немного простудилась, горло болит, - быстро нашлась я.
• Жаль, - его голос действительно был разочарованным, - а у меня были на тебя планы…