Еще одна луна

Глава 33.

Итак, у меня больше не было ни работы, которая давала мне доход, ни рабочего контракта, который давал мне право на пребывание в стране. У меня все еще не было жилья, а от Франческо надо было съезжать как можно скорее. Моя угроза вроде бы подействовала, но разве мне могло быть комфортно рядом с человеком, который своими руками уничтожал мою стабильность?!

С Бруно я еще не разговаривала, но, возможно, это уже сделал его брат. Если честно, я на это надеялась, тогда бы мне не пришлось затрагивать эту тему самой и, возможно, мне удалось бы избежать упоминания Франческо. Но сидеть сложа руки было опрометчиво. Я хотела поговорить с Клаудией. Меня тяготило осознание того, что из-за меня могут страдать Эмилия и Аличе. О их матери я не могла думать спокойно, чтобы не добавить нелицеприятный эпитет или обидное слово. В моей голове не укладывалось, что она могла поверить в то, что у меня были отношения с ее мужем. Учитывая все факты о моей и его занятости, я приходила к выводу, что Клаудия была обо мне весьма не высокого мнения и в своем воображении обманутой жены наградила довольно легким поведением. Это не было справедливым и возмущало меня. И подобные мысли подогревали во мне негодование и решительность, пока я шла к клинике, где работала теперь уже бывшая моя работодательница.

Я ждала Клаудию на парковке для персонала, зная примерно, в каком часу она должна была появиться. К сожалению, в моей голове не было четкого плана, что сказать и как улучшить ситуацию. И теперь я даже не была уверена, хотела бы я свою работу назад или нет.

Она увидела меня, когда выходила из машины. Захлопывая дверцу, Клаудия сделала такое выражение лица, как будто увидела давно преследовавшего ее сталкера. Однако, она не торопилась уйти от меня прочь, а, наоборот, замедлила шаг и направилась в мою сторону.

- Я все равно не передумаю о работе, - бросила она мне в лицо, и мне даже показалось, что ей было жаль это говорить.

- А я и не прошу у вас этого, - оскорбилась я. – Мне просто важно, чтобы вы выслушали меня и не обвиняли вашего мужа. Я беспокоюсь о девочках…

- У них все в порядке! – Клаудия поджала губы и теперь на ее моложавом лице отразился ее возраст.

- Мне очень жаль, что мой бывший жених наговорил вам столько ерунды. Он просто хотел отомстить мне за то, что я оставила его.

- Вера, я не хочу все это слушать, я очень устала, а у меня еще целый день впереди. Просто уйди! – на последней фразе она повысила голос, и несколько человек посмотрела с нашу сторону.

Тогда я замолчала. Было что-то странное в том, как Клаудия реагировала на меня. Я ждала обвинений, визгов и криков, зная, какой она была эмоциональной с Аличе. И потом дело касалось псевдолюбовницы ее мужа, а, значит, толерантность и дипломатия могли и вовсе не понадобиться. Но Клаудия была сдержанной и раздраженной.

После того, как она ушла, я еще несколько минут стояла на парковке, пытаясь понять причину столь короткого разговора. Неужели она поняла, что все это – клевета?! Или это медицинское хлоднокровие?! Я бы, наверное, рвала и метала… Нет, я уже была на месте Клаудии. И повела себя тихо, не учиняя ни допроса, ни скандала ни Франческо, ни Элоди.

На часах было еще только начало десятого – весь день впереди, а у меня нет работы, нет занятий, нет планов на сегодня. Только неуверенность и куча сомнений, что делать дальше, куда идти и как уладить все так, чтобы никто не пострадал.

Я вернулась в свой район, засела в баре за самый дальний столик с чашкой капучино и антидепрессивной выпечкой и открыла сайт с предложениями о работе. Мне бы, конечно, пригодились рекомендации от семьи Луккезе, но Клаудия сейчас мне точно ничего не напишет. А я и сама не осмелюсь попросить. Может быть, позже, это сделает Марко. А пока я лишь добавила новую строку в свое резюме и стала рассылать его, не особенно копаясь в вакансиях. Мне нужна была просто официальная работа, иначе у меня просто нет оснований на пребывание в стране.

К полудню я отослала десять резюме. Везде предлагали только временный контракт, который могли обновить, а могли и не продлевать через шесть месяцев. Признаюсь, это дестабилизировало – начинать с трудоустройством все с самого начала. И, поддавшись, волне негативных мыслей, я набрала номер Барбары. Только услышав ее голос вперемешку со звуками чего-то хрустящего в трубку, мне стало легче.

- Ты ни за что не угадаешь, что я ем, - весело прозвенела она в трубке. – Чипсы с инжировым вареньем.

- Бе, - не удержалась я. – Тебя знатно плющит.

- Ты даже не представляешь, насколько! – хруст на мгновение прекратился чтобы смениться на шуршание пакета и снова возобновиться. – Беременность – это состояние, в котором ты больше себе не принадлежишь и не можешь контролировать ситуацию…

В ее голосе больше не чувствовалось недоумения по поводу происходящего. Кажется, она сдалась под натиском крохотной жизни в своем теле.

- И вот я просто ленюсь, ем и сплю, - заключила Барбара. – А как у тебя дела? Приезжай в гости…

- Мне бы очень хотелось, но сейчас в моей жизни наступил такой беспорядок, что я не могу...

- Вот меня всегда удивляло, как Клаудия при всей своей точности и пунктуальности способна навести хаос в чужих жизнях! – вспылила подруга.

- Она меня уволила...

Барбара разразилась итальянско-польскими проклятиями. А я, чтобы прервать ее, начала объяснять, почему. Мой рассказ получился длинным, ведь надо было упомянуть и о том, что я рассталась с Франческо, и о Бруно.

- Я так рада! - визжали мне в трубку. – Бруно – прекрасный человек, хоть и с острым языком. Я сразу знала, что вы будете вместе! О, как я рада, как рада, что все получилось. Что все было не зря!..

Я почти ее не слушала, вынашивая в голове один единственный вопрос: почему Бруно и Лилия расстались. Едва представилась возможность, я задала его и ждала ответ, затаив дыхание.

Лилия была младшей сестрой лучшей подруги Клаудии. Барбара не знала подробностей, но Клаудия почему-то очень опекала ее и не была особо довольна их отношениями с Бруно. На семейных сборищах они сталкивались лишь раз – это было Рождество. А потом отголоски об этих отношениях доходили до Барбары, но без подробностей и крайне редко.