Ещё одна магическая Академия

Глава 17. О пользе страха смерти

Башня Воздуха была самым светлым из всех помещений, которые первокурсники успели увидеть. Огромные окна и высокие арки коридоров и вправду создавали ощущение легкости, так подходящей для этой стихии. Однако учебный класс на самом верху башни оказался вполне обыкновенным – большая доска, кафедра, расходящиеся от нее концентрические дуги парт и кресел. Совершенно непонятно было, зачем им так настойчиво рекомендовали на первое занятие прийти в спортивных костюмах.

Стефан поспешил занять ближайшее свободное место, и только потом сообразил, что сидит на самом первом ряду. Оглянулся, проверяя, можно ли пересесть подальше, но тут рядом с ним вдруг молча уселась Никса, и немедленно убегать за другую парту ему показалось очень невежливым.

Девушка явно была не в духе, и Стефан хотел было спросить, в чем дело, но почти сразу сообразил, в чем – она то и дело кидала гневные взгляды на Айвена, который расположился на противоположном краю того же самом ряда, в гордом одиночестве, с видом виноватым и даже несколько потрепанным. Видимо, поругались. Стефан не особенно вникал в тонкости отношений между однокурсниками, но эту парочку не заметить было невозможно.

В этой сфере жизни Стефан не понимал примерно ничего, честно себе в этом признавался, и советы раздавать не лез, так что промолчал, только сдвинул в сторону книги, освобождая место неожиданной соседке.

Через минуту к ним подсели Алекс и Лорейн, и Никса немного оживилась.

– Ой, у тебя и форма спортивная черная, ух ты, не знала, что такая бывает!

– Да, мир полон открытий, я, например, тоже не подозревала, что бывает такой яркий розовый цвет, – с ухмылкой ответила Алекс, глянув на нее всего лишь на секунду. То ли поддеть пыталась, то ли они все время общались таким образом – кто их разберет.

– Это фуксия, – пробормотала Никса и отвернулась от нее.

Стефан уже почти набрался решимости, чтоб все-таки встать и пересесть, подальше от девчоночьих разборок, но тут в класс вошла мастер Иннис, и он замер в уже привычном в последнее время ступоре: многолетняя школьная привычка вставать при виде учителя заставляла мышцы напрячься, но здесь, как он успел обнаружить, этого не требовалось.

Мастер Иннис пока оставалась самой загадочной из преподавателей. Стефан видел ее, кажется, пару раз в запутанных коридорах Академии – она куда-то мчалась легкомысленной походкой, больше приличествующей юной студентке, и рассеянно улыбалась, глядя вдаль. Наверное, от нее стоит ожидать легкости нрава, рассудил он. Специализация обязывает, как-никак. Ну или не обязывает, но всячески этому способствует.

Стефан меньше недели был учеником мага Земли, но чувство принадлежности к некоему «цеху» уже захватило его с головой. Найти «своих», какую-то группу, к которой можно себя причислить, оказалось невероятно важно. Он с гордостью носил метку стихии, нарочно расстегивал верхние пуговицы рубашки, чтоб знак был виден всем желающим. И сам не заметил, как начал делить всех встречных магов на своих и чужих. В категорию «своих» пока что входил в основном мастер Тойво. Были, конечно, у него и другие ученики, кроме Стефана, и даже один аспирант, Ори, который сразу же за что-то невзлюбил новичка – но с ними Стефан пока что почти не пересекался. И тем не менее, он чувствовал, будто незримая стена отделяет его от Берта и других мальчишек, с которыми он то и дело сталкивался в общежитии. Все они вели себя дружелюбно, всерьез никто никого не задирал, разве что шутили порой грубовато, да и то в основном над своими же приятелями. И тем не менее, Стефан почему-то не мог дурачиться вместе с ними. Все его мысли занимали книги, выданные мастером Тойво для изучения, и при первой же возможности он углублялся в чтение – пусть иногда для этого приходилось уходить в сад с фонариком, потому что соседям приспичило устроить шумную вечеринку.

Там было много непонятного, в этих книгах, и он с удовольствием обсудил бы их с другим магом Земли, однокурсником… но таких пока что больше не нашлось. А рассказывать Берту о тонкостях настройки кристаллов казалось неправильным – он ведь выбрал другую стихию.

Впрочем, до зимней сессии не так уж мало времени, кругом полно неопределившихся еще первокурсников. Может, он еще сумеет завербовать парочку-другую адептов для теперь уже своей кафедры? Вот Алекс, например, не спешила с выбором…

– А чего это вы расселись? – спросила Иннис, забавным жестом уперев руки в бока.

Стефан оглянулся на однокурсников, не зная, что делать. Кто-то из них уже начал привставать с места, полагая, видимо, что их просят все-таки соблюсти традицию и поприветствовать преподавателя стоя.

– Сегодня писать вам ничего не придется, убирайте свои конспекты, – весело сказала Иннис. – И подходите сюда, в центр зала, смелее! Ладно, не в самый центр, вот по контуру круга, становитесь, видите круг на полу?

– Не нравится мне это, – пробормотала Алекс, но поднялась нехотя и даже потянула за собой подруг. Стефан тоже выбрался из-за парты и поспешил вслед за девушками.

Когда все выстроились в кольцо, Иннис тоже покинула центральный круг, очерченный на полу тонкой линией синего камня, и подошла к стене, где виднелось несколько рубильников и рычажков – точно старинная панель управления каким-то механизмом.

- Знакомство со стихией – обязательная практика, как вы, наверное, уже заметили, – произнесла она. – Но это сложно организовать, когда стихия не имеет материального символа. Воздух вокруг нас, он повсюду, мы не можем жить без него, и все же – его сложно пощупать, не правда ли?

Она повернула один из рычагов на стене.

- Зато его можно, например, услышать. Попробуйте, прислушайтесь!

Что-то запело в стенах. Сначала звук возник, как едва заметная дрожь, вибрация, ощутимая не ушами, а, скорее, костями, подошвами ног и почему-то кончиками пальцев. Затем и уши уловили пение – тихий, нежный свист, точно кто-то осторожно подул в старинную флейту, проверяя, не забилась ли она пылью, пока валялась среди ненужного хлама. Звук становился громче и чище, менял тона, точно невидимый флейтист осмелел и принялся перебирать пальцами, пытаясь нащупать ускользающую мелодию.